Сегодня я прошёл в паре метров от теневой рыси. А завтра могу не успеть заметить ее. И что тогда будет с Лирой? С Минком? С лавкой, которую я только-только начал поднимать?

Нет, это не мой путь. Рау силен, но и он еще детеныш, им тоже нельзя рисковать. Моя задача стать тем, к кому такие как Минк будут нести свой улов. Тем, кто сможет сделать из добытых ими трав то, чего не сделает никто другой.

Дальше я уже шел с полным пониманием, что когда вернусь в лавку, займусь своим делом. Но раз уж я в Лесу — использую шанс собрать то, что само идет в руки. В основном они были обычные, что-то годилось под чай, что-то под алхимию, но большую часть из них я пропускал мимо. Как и говорил Рован, собирать нужно умеючи и хранить так же.

А для сбора алхимических вообще должно быть особенное время. Об этом говорил Марвин и Система подтверждала. Даже здесь, в Лесу, это имело значение, если растение росло не в определенной зоне.

Это была неплохая работа, если ты знаешь, как собирать травы, как их хранить и ходишь не один, а в компании таких же опытных сборщиков под прикрытием охотников. Ватаги. Не зря эти объединения людей пользовались популярностью в городе у алхимиков и скупщиков. Они точно зарабатывали на этом очень неплохо.

И Минк… тут я сбился, но додумал… Минк может стать уважаемым ватажником с его-то чутьем. Главное, чтобы проснулся. Обязательно сделаю для него качественный восстанавливающий чай.

А для этого нужны ингредиенты. Тинг знал много трав, но не у всех помнил свойства, но было среди них одно, чей вид напомнил мне элеутерококк. Поэтому я двинулся ближе к Границе, где заметил просветы в кронах.

В отличие от женьшеня он рос на опушках, в подлеске, где рассеянный свет. Тинг такие кусты точно встречал и даже что-то собирал.

Рау спрыгнул и зашагал рядом, то и дело обнюхивая и собирая какие-то листочки, чтобы тут же их съесть. Могли бы мы с ним говорить, думаю, он бы мне многое рассказал о травах.

Я углубился в полосу редколесья, где деревья немного расступались. Почти сразу заметил несколько кустов, усыпанных мелкими темными ягодами, собранными в зонтики. Издали они напоминали земной элеутерококк — те же гроздья, тот же рисунок листа. Но растерев пару ягод в пальцах, не ощутил присущей ему пряности, только слабая горечь и жжение на коже.

Активировал анализ — он подтвердил: колючий зонтичник, ранг ноль, содержит слабый яд. Не то.

Я вытер пальцы о штанину и прошёл чуть дальше, туда, где просвет был шире. Там рос ещё один куст — пониже, с более редкими, но крупными ягодами. И вот у него запах оказался удивительно приятным, что-то среднее между можжевельником и тмином, с лёгкой горчинкой. Но Рау зашипел на него, и я не стал рисковать.

Видимо, подобного нужного мне растения здесь не было. С другой стороны — ожидаемо. Но я должен был проверить.

Изредка я замечал перелетающих странных птиц, которые с любопытством смотрели на нас. Среди ветвей пауки плели свои сети. А где-то впереди уже слышалось журчание ручья. Лес все еще пугал, но уже не так сильно, как в первый поход.

Упавшее под собственным весом дерево показалось через несколько минут. Его кора давно потрескалась и поросла мхом, а корни торчали вверх, как скрюченные пальцы. Я замер, положив руку на его шершавую кору. Иду верно. Память Тинга не врала.

За преградой обнаружилось русло. Оно должно быть высохшим, но на деле среди валунов с лишайником тек ручей. Пришлось сворачивать и идти вдоль него по едва заметному склону. Шум шуршания гальки под ногами наверняка разносился далеко, но выбора не было.

В какой-то момент Рау на моей голове вытянул шею вперед. Он не пищал и не дергался, но я прямо ощущал его интерес. Не будь этого ограничения Связки на два метра, он давно бы уже рванул по веткам туда, куда ему хочется. И стал бы есть растения. Я уверен.

Воздух здесь был прохладный, сырой, а значит, тут мог найтись аналог лимонника. Он любил такие места. Дальше шел вглядываясь в каждое растение и куст, ища хоть какие приметы. Память мальчишки молчала и приходилось полагаться только на собственные догадки.

У ручья я проверил пару подозрительных растений — простую желтянку и болотную лозу. Пусто. Ни одна не годилась.

Еще через несколько минут, русло ушло чуть вправо. На этой излуче слева, где деревья расступались, я заметил старый пень, провалившийся по центру. Покрытый по краям зеленым мхом, он походил на небольшой земляной холмик с углублением внутри. А вокруг него…

Я остановился и стал пробираться поближе.

Вокруг этого пня росли цветочки. Разные. Но место было тем самым, которое помнил Тинг. Приблизившись, огляделся, но вроде никого не было. Никаких лежанок дубовых вепрей и прочего.

Рау спрыгнул с моего плеча и стал обнюхивать цветы. Они походили на большие ромашки. Но… у них было разное количество лепестков. У одних три, у других пять. А вот семь, как было понятно из названия, я не увидел ни одного. В груди колыхнулась тревога, но я загнал ее в глубоко внутрь и стал обходить огромный пень по кругу.

Каждый лепесток имел свой оттенок: от розового, до темно фиолетового. Они не выглядели яркими, скорее приглушенными, но при этом от них исходило легкое свечение в сумраке, и оно завораживало. Этот мир не переставал меня удивлять.

Потоки Дыхание в этом месте были спокойные и ровные. Почти как за пределами Сумеречного Леса. Пока я осматривал и искал семилепестковый цветок, Рау следовал за мной по пню и оглядывал округу, как сторожевой пес. Уши его стояли торчком, а нос забавно дергался.

Я замер с другого края пня, когда мне наконец попался нужный экземпляр. Но не успел я обрадоваться, как понял, что с ним что-то не так. Аккуратно подцепив его, сообразил, что меня смутило. У него было семь лепестков, но один был меньше других и почти не давал света. Он только рос. Все эти цветы были будущими Семицветами, но пока не выросли.

Активированный анализ подтвердил мои догадки.

[Семицвет (растущий). Ранг 1. Используется в алхимии. Подходит для использования в ответвлении Чайный Мастер. Свойства: Стабилизирующие. Продлевает срок годности готовых эликсиров и отваров в два-три раза. Предотвращает расслоение составов и выпадение осадка.]

[Резерв Родника: 64/100]

Пришлось обойти пень по кругу и… все равно я не нашел того, что искал. Меня вдруг накрыла волна отчаяния. Как так? Почему здесь нет ни одного полноценного цветка? Но я усилием воли подавил накатывающую панику. И еще дважды обошел пень в надежде, что проглядел. Нет. Не проглядел.

Тяжело рухнув рядом с пнем, стал тереть переносицу по старой привычке. Попытался выудить из чужой памяти еще такие места с семицветом и… ничего не вспоминал. Только голова разболелась. Рау опустился рядом, дернул меня за штанину, но я отмахнулся от него.

Что теперь делать? Марвин не простит второго невыполнения заказа, а у меня на него уже были большие планы. Он та самая соломинка, которая не давала Тингу и Лире утонуть окончательно. Может сорвать тот, еще не выросший?.. Я устало покачал головой. Нет. Так не пойдет.

Рау забрался мне на голову и стал дергать за волосы. Я прошептал:

— Не мешай. Не видишь, я думаю.

Только он не остановился, а я невольно разозлился. Попытался схватить его, но этот проныра соскочил с моей головы на край пня и уставился в его центр.

— Ах ты, зараза, — я потянулся за Рау, но застыл.

Застыл, потому что внутри пня росли еще цветочки. Забыв обо всем, я перелез внутрь, обдирая кожу на ладонях и стал судорожно, но аккуратно перебирать цветочки. Один, другой… не то, не то… и этот не тот… Вот! Вот он! Я замер у одного, растущего почти на стенке пня. Семь лепестков. Все разных оттенков. У меня сам собой вырвался облегченный выдох. Сердце забилось быстрее, а мышцы расслабились.

Рау уселся рядом, наблюдая за мной с любопытством.

— Извини меня, старого брюзгу, — потрепал я его по загривку. — Ты отличный помощник.

Потом достал нож и осторожно, стараясь даже не дышать, подвёл лезвие под стебель. Марвин ничего не говорил про то, как именно собирать, но интуиция и память Тинга подсказывали: нужно срезать под самый цветок, но не касаться самих лепестков. После среза лепестки затвердевают и не отпадут, но если коснуться их до среза… то они посыпятся и потеряют свойства. Так семицвет защищал себя.