Она и сама, словно подчиняясь какому-то наитию, не спеша потянула руку к зверьку. И тот подался вперед, подставляя ухо для почесывания. Лира провела рукой по его серебристой шерстке и улыбнулась. Ее маска суровой и боевой девочки треснула.

А я вдруг ощутил, как Рау признает ее, перестав бояться. Улыбка сама собой появилась на моем лице.

— А он милый… — сказала Лира и тут же вскрикнула от неожиданности, когда Рау прыгнул к ней на колени.

Он пулей взобрался ей на голову, осматривая округу уже с ее макушки. И тут по залу прокатился звонкий, переливчатый смех. У меня сердце екнуло от того, насколько он оказался обворожительным. И я понял, что Тинг очень, очень давно не слышал этого смеха сестры.

— Ах ты негодник! — Лира попыталась поймать руками Рау, продолжая смеяться. Но Рау ловко заскользил по ее плечам, рукам и спине, играючи уворачиваясь от тонких пальцев.

Она вдруг замерла, посмотрела на меня большими, по-настоящему живыми глазами и восхищенно выдохнула:

— Какой он чудесный, брат! — она на мгновение запнулась, а потом тепло, по-доброму рассмеялась: — И ты назвал его в честь того звука, который они издают, да? Какой же ты всё-таки…

Она не договорила, но в голосе ее слышалось столько тепла, что я невольно улыбнулся еще шире. Передо мной сидела и игралась с духовным зверьком маленькая девочка, которая мечтала стать Связной. Та, кем и должна была быть Лира.

— Только не уноси его от меня, — попросил я.

Смех стих и Лира посмотрела на меня, а Рау замер у нее на плече.

— Ты чувствуешь его? — прошептала она.

Я кивнул, хотя сам еще не до конца понимал природу этой силы.

— Невероятно… — выдохнула сестра.

— Я чувствую, что нам пока нельзя расходиться больше чем на пару метров, — добавил я.

Лира схватила свою книжку, стала быстро-быстро листать выцветшие страницы, остановилась на одной. Потом глянула на меня.

— Так и есть. Первая стадия запрещает разрывать контакт со Связным зверем в первые сутки.

Я привстал и заглянул в книжонку.

— У тебя там и такое даже написано?

Лира по-детски показала мне язык и прикрыла книгу.

— И не только такое. Это книжка… — она немного поникла. — Бабушкина.

Я едва успел прикусить язык, чтобы не спросить «А она тоже была Связной». Пусть память Тинга ничего мне не подкинула, но все же я остерегусь задавать такие прямые вопросы.

— А ты дашь мне потом ее почитать? — улыбнулся я.

Лира приложила палец к нижней губе и сделала задумчивый вид.

— Ну… если ты мне дашь поиграть с Рау, я подумаю об этом, — ехидно улыбнулась она.

— Я же не могу, — удивился я ее такому… ребячеству.

Лира погладила Рау по загривку, и этот предатель развалился на ее коленях, мурлыкая.

— Да, первые сутки вам нельзя разрывать контакт, но после второй стадии в этом не будет проблемы.

Да что ж мне со всеми приходится торговаться-то! И Рованом, и с Гарвом, и вот теперь с Лирой.

— Ну хоть сколько там стадий ты мне скажешь? — попытался я узнать больше о Связке.

— Обычно делят на три, — продолжала она играть с Рау. — Но это грубое разбиение. И вообще, — она посмотрела мне в глаза, и в них снова мелькнула прежняя искра. — Почему ты мне сразу все не рассказал?

Ну и как мне ответить. Я ни черта в этом мире еще не понимаю и хотел сначала разобраться? Нет. Глупости.

— Да как-то не до этого было, — усмехнулся я и бросил взгляд за окно. Солнце клонилось к западу. Пора было идти.

Допил чай, чувствуя, как по телу расходится приятная бодрость. Посмотрел на Лиру, которая снова принялась играть с Рау, мягко улыбнулся этой картине и поднялся на ноги. Лира тут же замерла.

— Снова в Лес? — спросила она, растеряв в миг всю свою веселость.

— Да, Марвин придет за заказом завтра, — просто ответил я и ради новой улыбки Лиры спросил: — Рау, предатель, ты со мной или как?

Девочка и правда улыбнулась, а зверек послушно метнулся ко мне и ловко забрался на плечо.

Я прошёл на кухню. Осмотрел Минка и подумал о том, что можно было заварить для него бодрящий чай. Не двойной пролив, какой мы только что пили с Лирой, а что-то крепче, сильнее, чтобы дать телу энергии. Не знаю, сработает ли, но попробовать стоит. Значит, помимо Семицвета нужно будет поискать тех трав, которые дают бодрости. Решено.

Я быстро собрал сумку: зазубренный нож, воду, перевязочную ткань, несколько мешочков и баночек для трав. Среди тряпья в кладовой отыскалась плотная кожаная куртка — старая, местами дырявая, но с длинными рукавами. Сгодится. Накинул её поверх рубахи и вышел в зал.

— Постараюсь успеть до вечера, — бросил я Лире.

— Будь осторожен, — серьезно сказала она, проводив меня взглядом. — Я присмотрю за Минком. И… — она запнулась. — И никому не показывай Рау. Это очень важно. Мы с тобой еще поговорим об этом.

На миг задумавшись, почему так, я кивнул и вышел из лавки. Раз поговорим, значит, поговорим. Но сейчас у меня другое дело. Я миновал двор, толкнул калитку и остановился, бросив долгий взгляд на темнеющую вдали громаду Сумеречного Леса. Над ней клубился черный туман, которому даже дневной свет был не помехой. Он плыл, как ядовитое облако. А лес давил своей мощью даже здесь.

Сердце невольно сжалось, когда я вспомнил, каково там, за Первой Границей. Какие шныряют твари, какой тяжелый, спертый там воздух. Как я тащил Минка, как пот заливал глаза, а ноги подкашивались. По спине прокатился холодок, когда от темного марева покатилась волна, пригибая траву. Лес Дышал и Дышал по-своему.

Система, сколько у меня времени? — мысленно спросил я.

Перед глазами тут же вспыхнула строка:

[До окончания действия Отвара Укрепления осталось: ~ 5 часов]

Зверек напрягся и издал свой фирменный «рау», когда я поправил лямку сумки и решительно шагнул в сторону деревьев. В этот момент в лицо ударил тугой порыв ветра, а в уши ввинтился далекий вой.

Авторы решили порадовать вас двумя продами, за большую активность. Спасибо) если лайки будут проставляться так же активно, завтра будет еще 2 проды. )

От автора:

Инженер в теле кузнеца. Только я могу заставить механизмы Древних работать.

Что значит эти технологии прокляты? Меня казнят? За что⁈

https://author.today/reader/595280

Глава 14

Рау я заранее посадил в сумку. Вытащив мордочку, он напряженно водил носом. А я шёл через луг и размышлял о семицвете и о бодрящем отваре, который мог бы приготовить для Минка.

Пару раз мимо проходили ватажники, но бросали на меня только усмехающиеся взгляды. Они были одеты как настоящие собиратели и охотники. Каждый в добротных кожаных куртках с множеством карманов, перчатках, таких же штанах и крепких сапогах. И у каждого были необычные наборы на поясах: щипцы, несколько видов ножей, какие-то ножницы и ухватки.

Меня обогнала группа из трех. Двое молодых, третий постарше — с сединой в бороде и широким шрамом через щёку. Он шёл первым и, в отличие от парней, был мрачнее тучи и не смеялся — просто мазнул по мне взглядом и отвернулся. А вот тот, что помоложе, с нашивкой оскаленной пасти на рукаве, не удержался:

— Глянь, опять одиночка. И ведь без ничего, с одним ножом. Ты глянь, а? — он пихнул второго локтем. — Эй, парень, тебя там сожрут еще до Дыхания Заката. Ты б хоть куртку нормальную надел.

Второй заржал. А третий, что постарше, осадил его через плечо:

— Не мели языком перед выходом. Или Карха уже забыл?

— Да я ж…

— У мужика три десятка выходов было, — не дал ему договорить старший и рявкнул, что даже я вздрогнул: — Три, мать твою! Три! Всего один раз расслабился в Лесу, и где он теперь?

Болтливый помрачнел и отвернулся. Второй пробормотал что-то про «ну так там Вторая Граница», но осёкся под яростным взглядом старшего.

— Вот именно, щенки, — отрезал тот. — Всего лишь Вторая Граница. А обратно его принесли в плаще. Четверо опытных воинов было, и ни один не успел среагировать на первую атаку зверя.