— Винтерскай, — буркнул он. — Денежный долг сына улажен, можешь не беспокоиться. Десять тысяч кристаллов уже у старшего Кэмэла, я внёс за этого балбеса всё до последней монеты. Так что счёты наши закрыты.

Он коротко кивнул, разворачиваясь к выходу. Касьян потянулся за ним с видом побитой собаки. И тут я заметил, как в боковом коридоре у стены стоит Селеста и смотрит на меня взглядом печального, просящего милостыню котика.

Чёрт, чуть было не забыл.

— Стойте! Ещё не закрыты, — обронил я. — Спор у нас шёл не только на деньги.

Глава Краулсан остановился и обернулся.

— Помимо кристаллов ваш сын ставил на кон отказ от притязаний на Селесту, — я выдержал его взгляд. — Уговор был такой: проигрываешь, и девушка свободна выбирать, с кем ей гулять и как строить жизнь, без помолвок через голову и вопреки её желаниям.

Мужик перевёл взгляд на сына. Касьян стоял, понурив голову, и набрал в рот воды, что само по себе было красноречивее любого признания.

— Это правда, мальчишка? — глухо спросил глава дома. — Ты и невесту в заклад поставил?

— Истинная правда, — раздался от двери голос Кэмэла. Старик вышел в коридор, заложив руки за спину. — Я свидетелем был, всё так и было. Финансовую часть мы закрыли, а вот этот пункт хоть и без кристаллов, но слова с него никто не снимал.

Глава Краулсан развернулся и отвесил сыну такой подзатыльник, что у того клацнули зубы.

— Дом Краулсан всегда платил по счетам и держал слово, — процедил он, поворачиваясь ко мне. — Раз этот недоумок проиграл, значит, мы отступаем. Предварительные договорённости о помолвке расторгнем, и пусть девчонка катится на все четыре стороны.

Он круто отвернулся и зашагал к выходу, толкнув дверь так, что она снова грохнула о косяк. Касьян дёрнулся, торопливо пробормотал что-то похожее на извинение и засеменил следом за отцом.

Мы с Кэмэлом проводили обоих взглядами.

— Горячая кровь, — старик качнул головой и усмехнулся в ус. — Ну да молодость, перебесится.

Лучшего исхода я и желать не мог. Селеста избавилась от навязанного жениха, мой ресторан прогремел на всю арену, а перстень нынче пополнится двумя горками кристаллов разом. Недурно для вечерней прогулки.

Не успел я насладиться этой мыслью, как от стены отделилась стремительная тень.

— Мой герой! — выдохнула Селеста и бросилась ко мне через весь коридор.

Губки сложила бантиком, бровки — домиком, закрыла глаза и…

Чмок.

Селеста замерла. А потом её глаза распахнулись во всю ширь, и плеснулось в них такое искреннее изумление, что я едва сдержал смешок. Губы её мягко впечатались в бронзовую шёрстку между кошачьих ушей.

— Что?.. — она отпрянула, переводя ошарашенный взгляд с довольной кошачьей морды на меня и обратно.

— А кого ты собиралась расцеловать? — я приподнял кота повыше, демонстрируя его во всей красе. — Победитель и герой у нас сегодня вот этот красавец. Это он выиграл поединок, а без него, уж поверь, ничего бы и не вышло. Так что если кого и целовать за спасение, то в первую очередь его.

С полсекунды Селеста хлопала ресницами, не понимая, шучу я или нет. А потом до неё дошло, и она прыснула, согнувшись пополам от хохота — да так заразительно, что и я не сдержал улыбки.

— Ну раз настоящий герой у нас — он… — она утёрла выступившую слезинку, подхватила Рида из моих рук и звонко расцеловала в обе щеки. — Тогда вот тебе, спаситель! И вот! И ещё разок!

Рид принял почести как должное. Морда у него сделалась такая важная и довольная, что хоть портрет пиши, а по нашей связи хлынули горделивые образы: вот он я, царь, бог и гроза ледяных шавок, склонитесь же перед моим пушистым величием.

Купайся в славе, ваше котейшество. Заслужил.

— А ты, я смотрю, малый не промах, — улыбнулся Кэмэл, после чего смерил меня цепким, оценивающим взглядом и качнул головой в сторону кабинета. — Зайди-ка. Есть у меня к тебе разговор…

Я подхватил Рида с рук Селесты, кивнул ей на прощание и шагнул в кабинет вслед за Кэмэлом.

Старик опустился за широкий стол и махнул мне на кресло напротив. Я сел, а кот устроился у меня на коленях и принялся вылизывать лапу, всем видом показывая, что великие подвиги позади и теперь полагается отдых.

Кэмэл выудил откуда-то из-под стола увесистый мешок и положил передо мной.

— Девять с половиной тысяч кристаллов, — обронил он. — Десять, что ставил младший Краулсан, минус мои пять процентов как поручителя. Всё по уговору.

Я взвесил мешок в руке, слушая приятное перестукивание внутри. Ссыпать его содержимое в перстень при чужих обычно не стал бы, но тут лишних глаз не водилось, так что я отправил кристаллы в кольцо и откинулся в кресле.

— Благодарю, старший.

— Не за что, — Кэмэл сцепил пальцы и оглядел меня поверх них. — До меня дошли кое-какие слухи, юный Винтерскай. Поговаривают, ты связался с домом Дайл, а тот сейчас гол как сокол. Да к тому же испортил финансовое положение твоей семьи: долги, аресты, утопленные корабли да опечатанные склады. Из чего я делаю вывод, что для восстановления бизнеса в наших краях деньги сейчас тебе будут совсем не лишние.

Ага, вот и начинается, отметил я про себя и подобрался.

Дед явно подводил разговор к сделке, и в голове сама собой нарисовалось предположение: владелец арены, чьи звери дохнут на песке пачками, прознал про мой бульон и желает закупать его бочками. Лучшего клиента и придумать сложно, иные же причины подбирались с трудом.

— Допустим, — спокойно приподнял я бровь. — У вас, я так понимаю, есть для меня выгодное предложение.

— Есть, — Кэмэл широко улыбнулся, однако улыбка эта выглядела хищно. — Я хочу купить твоего кота. Дам за него один миллион духовных кристаллов.

Рид перестал вылизывать лапу.

— Благодарю за щедрость, но нет, — отрезал я, не раздумывая ни секунды. — Кот не продаётся.

Брови Кэмэла сошлись к переносице. Воздух в кабинете отяжелел, придавил мне плечи, напоминая, кто здесь старший по культивации.

— Подумай как следует, младший, — голос его потяжелел. — Миллион кристаллов на дороге не валяется. С такими деньгами ты выкупишь свои здания, расплатишься с долгами Дайла и ещё на новые корабли останется. Я ведь знаю, как туго тебе сейчас приходится. — Он помолчал и добавил веско: — Три миллиона. Последнее слово.

Хм. Цена подскочила втрое. Целая треть от той суммы, которая мне нужна для прохождения в наследие в вулканическом кратере.

По настоящему баснословная сумма, но старик даже бровью не повёл, словно торговался за пучок зелени на рынке. Стало быть, Рид нужен ему позарез, и причина тут посерьёзнее, чем блажь богача пополнить коллекцию зверья.

Неужто он знает, что-то ценное про Рида?

Достоверно что у него на уме, я не знал и, признаться, знать не хотел. Какая мне разница, какой там у него скрытый интерес, если мой ответ от этого не меняется.

— Дело не в деньгах, старший, — я провёл ладонью по загривку кота, и тот выгнул спину, уставившись на Кэмэла недобро. — Назовите хоть десять миллионов, хоть сто. Этот кот мне друг и товарищ, он не раз вытаскивал меня из такой задницы, из какой никакими деньгами не выкупишься. А друзей я не продаю и не предаю.

Рид утробно зашипел, прижав уши.

— Тихо, мохнатый, — я успокоил его ладонью, и кот смолк, но опасного взгляда со старика не свёл.

Кэмэл молчал. Он смотрел на меня долго, оценивающе, будто читал что-то у меня внутри.

Я выдержал этот взгляд.

А потом давление спало, старик откинулся в кресле, и на лице его проступила довольная улыбка.

— Достойный ответ, — кивнул он. — Принимаю. Не каждый устоит, когда перед носом машут такими деньгами. Хорошо. Очень хорошо.

Он побарабанил пальцами по столу и сменил тему.

— Раз ты одолел чемпиона, дорога на следующий турнир тебе открыта. Захочешь участвовать, подробности узнаешь на стойке регистрации. — Кэмэл качнул головой в сторону двери. — Ну а если больше вопросов ко мне нет, не смею задерживать.