Утопия-3. Правительственный город Республики Артост на границе с территорией землян

Обнаженный пожилой мужчина, находящийся в не слишком хорошей форме, с большим усилием пытается привести себя в форму. Он навис над симпатичной юной девушкой, однако, возраст и усталость от длительного путешествия дали знать своё. Какие бы старания он ни прилагал, проявить мужскую силу у него так и не вышло. Девушка под ним отвернула лицо в сторону, сделав невинный вид и прикусив свой указательный палец с тыльной стороны ладони.

Для любого другого мужчины ее вид показался бы крайне аппетитным и соблазнительным в данный момент, однако, Октав Сота за последние несколько месяцев развил в себе крайне извращенный вкус. Чтобы дойти до кондиции, ему необходимо больше новизны и свежести. Какой бы красивой ни была молодая нимфа, старик, облеченный почти безграничной властью рамках этого города, уже не может обрести прежнюю боеспособность.

Произойди подобная ситуация в любой другой день, одна из красивейших девушек в гареме смогла бы его возбудить. Однако, в последние несколько дней Октав провел в томительном ожидании. Он, как и его соратники, отправившиеся вместе с ним в составе делегации или оставшиеся в городе, ожидал заполучить не менее дюжины молодых и чистых красавиц во время так называемого дипломатического обмена. Чем более было завышено ожидание, тем болезненнее оказался конечный результат.

Бессовестные и наглые земляне передали ему один только мусор. Как бы ни жаждал старик «свежего мяса», он не мог пойти против своих вкусов и снизить планку качества. В гневе он отправил всех привезенных девушек в аукционный дом. Среди них он не увидел ни одну, которую можно было при приберечь для себя или соратников. Даже красивых маленьких девочек не нашлось, чтобы удовлетворить фетиш отдельных городских чиновников. А обычных на вид девочек вполне хватает в трущобах и районе для рабочих.

Отправив привезенных теперь уже пленниц и рабынь в аукционный дом, он может хотя бы дождаться завтрашнего аукциона, на котором владельцы борделей или ресторанов/гостиниц «все включено» прикупят себе новых достаточно здоровых на вид работниц для обслуживания не слишком притязательной, но относительно многочисленной клиентуры. Так удастся выручить для муниципалитета немного провизии и топлива и частично компенсировать материальные потери делегации. Хотя чиновники формально владеют городом, у каждого есть свои личные интересы, а также в городе достаточно нуворишей и лидеров банд, с которыми руководству города на данный момент нет необходимости портить отношения.

Октав, не имея возможности выплеснуть свое разочарование, бросает взгляд в сторону тумбочки. Однако, тут же мысленно мотает головой. Запасы медикаментов сейчас следует беречь, производства давно уже остановлены. Да, и не хорошо это для здоровья. Старик смотрит на девушку под собой и в раздражении дает ей пощечину.

— Убирайся! — рявкает он.

— Да, господин! — девушка встает с кровати и кланяется ему в ноги, скрывая свой взгляд, наполненный презрением, отвращением и гневом.

Пока условная наложница одевается, старейшина Сота дергает за веревочку возле кровати. Тут же в спальню входит еще более старый дворецкий, опустивший голову и уперший взор в пол. Он и глазом не повернул ни в сторону начальника, ни в сторону его игрушки.

— Чего прикажете, господин? — спрашивает дворецкий, сделав легкий поклон, но не поднимая головы.

— Выбрось эту отсюда, — Октав пренебрежительно машет рукой. — И пришли другую. Найди покрасивше, и которую я давно не видел.

— Господин, прошу прощения за дерзость… — внезапно подает голос прислужник. — В казармах района для военных и в трущобах сейчас беспорядки. Вы хотите отправиться в зал для собраний или сначала привести Вам новую наложницу?

— Беспорядки⁈ — удивленно спрашивает старейшина. — Почему я ничего не слышал?

Уже одевшись, молодая девушка привычно встала возле стены, опустив голову. Она постаралась еще лучше скрыть выражение своего лица, чем прежде. Ведь сейчас в ее глазах начала теплиться надежда. И страх… Если очередной бунт подавят, то в ее жизни не произойдет никаких изменений. Однако, что будет, если власть сменится? Будет ли у нее и других простых девушек возможность обрести свободу и права человека?

— Мой господин, — еще раз кланяется дворецкий. — У Вашей спальни слишком хорошая звукоизоляция, поэтому Вы ничего не слышали.

Октав остановился и прислушался. И правда, с открытыми дверями из коридора можно услышать отдаленные звуки выстрелов и крики толпы. Он задумывается на несколько мгновений.

— Плевать! — он гневно поджимает губы. — Приготовь мою одежду и помоги одеться. Я пойду на собрание. Вернешь ее в гарем после моего ухода.

На самом деле, выстрелов в районе для военных не так уж много. Практически все оружие с электронной начинкой перестало работать в первые же недели после прибытия демосов. А устаревших образцов огнестрельного оружия в человеческих странах Утопии осталось не так уж много. Если не считать Милитарию, конечно. Достаточно много единиц стрелкового оружия прошлых эпох законсервировано на специальных складах, но в этом городе подобного не имеется.

Поэтому остатки огнестрела сейчас находятся в руках охранников элитного района, а также защитников на стене. В районе казарм даже у патрульных имеется только один пистолет на несколько солдат. В основном же солдаты подавляют бунты и сражаются с демосами мечами или копьями, сделанными в местной промышленной зоне из подручных средств. Из-за чего из района для военных раздается не так уж много шума. Основные опасения у местных властителей вызывают беспорядки в трущобах, которые кажутся довольно масштабными из-за множества криков.

Октав покидает свой особняк на роскошной машине и подъезжает к залу собрания примерно через четверть часа. Хотя нынешние дороги в городе крайне пустынны, водитель старается вести автомобиль максимально комфортно и плавно. Еще он не смеет развивать высокую скорость, так как фары не работают. Улицы элитного района освещены керосиновыми или газовыми фонарями.

Старейшина входит в зал собрания одним из последний, легко кивает нескольким ближайшим знакомым. В это время мэр города уже стоит за кафедрой.

— Охрана нашего центрального района очень хороша! — успокоительно вещает он. — Хотя охранников центрального района меньше, чем солдат, но они лучше обучены, лучше питаются и отдыхают. Самое главное — они лучше вооружены! Я уверен, что защитники на стенах ни в коем случае не спустятся и не присоединятся к мятежу. По ту сторону стены нас поджидают голодные и кровожадные демосы.

Даже если защитники на стене захотят взбунтоваться, они не посмеют! Никто не выиграет, если демосы прорвут оборону и проникнут в город. Поэтому нашим элитным охранникам в действительности противостоят только солдаты, отдыхавшие в казармах. А у них на руках имеется только немного единиц легкого стрелкового оружия. По большей части — пистолеты. Совсем немного автоматов. Но каждый наш элитный охранник вооружен минимум пистолетом. У нас также много винтовок и пулеметов. Так что, хотя этот бунт и кажется крупнее, чем предыдущие, я уверен, что мы справимся! Мы подавим восстание к завтрашнему дню. В крайнем случае, к завтрашней ночи. Что думаете?

Сразу после его речи начинается открытое обсуждение происходящих событий и мозговой штурм, посвященный предупреждению подобных событий в будущем. Вместе с тем, у присутствующих в зале чиновников не слишком большой опыт в руководстве, поэтому обсуждение быстро скатывается в пустую болтовню. Реальные действия по противостоянию зарождающемуся бунту предпринимают только местные руководители охраны или полицейских участков. Причем, каждый отвечает только за свою зону, в основном. Единого лидера нет, и даже если бы таковой появился, из-за отсутствия какой-либо электроники на местах своевременная коммуникация между различными участками окажется невозможной.