— Ну что…

Олег перевёл взгляд куда-то за бронированное стекло поста оператора, где в пустоте всё ещё висел повреждённый корабль.

— Похоже, пора тебя тащить домой.

После завершения настройки пришло время проверки. Совсем крохотный по меркам дредноута корабль (всего 20 метров в длину) всё ещё висел в пустоте за пределами шлюзовой зоны. Тёмный. Израненный. Покрытый следами попаданий.

— Ну что, — тихо произнёс Олег. — Поехали.

На схеме докового комплекса загорелся первый гравитационный захват. Где-то далеко впереди пространство едва заметно дрогнуло. Корвет сначала даже не шелохнулся. Потом медленно. Почти незаметно. Начал движение.

— Захват устойчив, — сообщила Ила.

Олег довольно кивнул.

— Уже хорошо.

Корвет полз вперёд без рывков и ударов — слишком большая масса, слишком древний корабль, слишком высока цена ошибки. При подходе к следующему сектору активировался второй захват: на схеме вспыхнула новая отметка. Первый продолжал удерживать судно, второй аккуратно принимал нагрузку. Через полчаса первый захват отключился — корвет перешёл под контроль второго. Затем включились третий, четвёртый, пятый. Движение было почти незаметным: со стороны казалось, что корабль стоит на месте. Но он шёл — сантиметр за сантиметром, метр за метром — внутрь дредноута. Расталкивая обломки, корвет продвигался дальше: куски брони уплывали в сторону, контейнеры медленно крутились в невесомости. В какой‑то момент нос коснулся большого фрагмента переборки — обломок отдрейфовал и исчез в темноте дока.

— Напоминает уборку гаража, — пробормотал Олег.

Ила решила не уточнять значение слова "гараж". Первые часы всё шло идеально. Потом начались проблемы. Когда корвет проходил примерно две трети маршрута, очередной захват внезапно выдал ошибку. На схеме вспыхнул жёлтый сигнал. Потом красный. И почти сразу погас. Корвет остался без тяги.

— Отказ захвата номер семнадцать! — мгновенно сообщила Ила.

На обзорных экранах одна за другой начали появляться диагностические сводки.

— Потеря удержания цели.

— Снижение стабильности маршрута.

— Расчёт нового решения.

— Возможна остановка процесса буксировки.

Олег несколько секунд молча наблюдал за вспыхивающими сообщениями. Потом тяжело вздохнул.

— Ила.

— Слушаю.

— Успокойся.

Пауза.

— Захват вышел из строя.

— Вижу.

— Корвет потерял тягу.

— Вижу.

— Возможно отклонение от расчётной траектории.

— И это вижу.

Несколько секунд Ила молчала. Олег ткнул пальцем в экран.

— Мы ему уже скорость дали.

На схеме продолжало отображаться медленное движение корвета. Пусть совсем небольшое. Но движение сохранялось.

— Он всё ещё летит. Инерция осталась.

— Подтверждаю.

— До следующего захвата достаёт?

Несколько секунд шёл расчёт.

— Да.

— Ну вот.

Олег пожал плечами.

— Значит долетит. По инерции, сам.

На этот раз пауза была заметно длиннее. Потом Ила всё-таки ответила:

— Вероятность успешного перехвата следующим захватом составляет девяносто семь процентов.

Олег усмехнулся.

— Вот видишь.

Ещё несколько минут оба молча следили за его движением. Корвет продолжал медленно ползти вперёд, будто рыба в тёмной воде, уходящая на глубину. Наконец следующий гравитационный захват включился. На схеме загорелась зелёная отметка. Скорость начала постепенно снижаться. Траектория стабилизировалась.

— Перехват выполнен, — сообщила Ила.

— Ну и замечательно.

Олег снова посмотрел на корвет. Теперь до швартовочной секций дока оставалось совсем немного. И спустя ещё несколько часов старый корабль наконец пересёк границу сектора. Последний захват мягко остановил движение. Корвет замер. Несколько секунд в помещении стояла тишина. Олег молча смотрел на него через обзорное стекло. Потом тихо произнёс:

— Ну здравствуй ещё раз.

Теперь он был дома.

Стабилизирующее поле мягко удерживало корабль в центре секции. Система автоматически компенсировала любые смещения, микровибрации и случайные воздействия. Олег несколько минут молча разглядывал корабль. Потом задумчиво почесал затылок.

— Ила.

— Слушаю.

— А сколько энергии жрёт это поле?

Пауза. Почти сразу рядом появилась служебная сводка.

— В текущем режиме удержания расход составляет незначительную величину.

Олег прищурился.

— Не отвечай как чиновник.

Несколько секунд Ила молчала.

— Энергопотребление составляет 0,04 процента от текущей выработки реакторного комплекса.

— Вот.

Он ткнул пальцем в сторону корвета.

— А теперь умножь это на годы.

Ила замолчала. Олег продолжал смотреть на корабль.

— Я понимаю, что сейчас это вроде бы немного.

— Подтверждаю.

— Но реактор у нас всё ещё полудохлый.

Он обвёл рукой огромный док.

— И если когда-нибудь придётся выбирать между удержанием корвета и запуском ремонтного комплекса — я выберу ремонтный комплекс.

Несколько секунд Ила анализировала сказанное.

— Тогда каким образом предполагается удержание корабля?

Олег некоторое время смотрел на корвет. Потом пожал плечами.

— Да как обычно.

— Уточните.

— На стропах.

Пауза. Длинная. Очень длинная.

— В ремонтном доке отсутствуют стандартные крепления подобного типа.

Олег усмехнулся.

— Значит будут нестандартные.

Спустя несколько часов весь док уже напоминал строительную площадку. Олег дошел до места в операторской, где находилась станция пополнения энергии скафа и запасов питательной и дыхательной смесей. Потом открыл законсервированную техническую нишу обслуживания. Внутри хранились ремонтные дроиды. После запуска зарядных контуров и быстрой диагностики несколько платформ вернулись в строй. Дальше начался поиск материалов. Старые кабели. Силовые магистрали. Технические тросы. Элементы креплений. Всё, что ещё сохраняло прочность. Олег собирал находки по всему доковому сектору. Что-то отрезал. Что-то сваривал. Что-то усиливал дополнительными накладками. И постепенно вокруг корвета начала формироваться совершенно не предусмотренная никакими регламентами конструкция.

От пола. От стен. От потолочных ферм к кораблю тянулись толстые силовые стропы. Некоторые уходили под углом вниз. Некоторые — вверх. Некоторые фиксировались сразу в нескольких точках. Дроиды аккуратно натягивали тросы, пока Олег проверял нагрузку.

— Ещё немного.

— Подтяни здесь.

— Нет, этот узел переделать.

— Здесь усиление добавить.

Работа заняла почти двое суток. Олег спал прямо в скафе на посту оператора. Когда всё закончилось, корвет висел внутри дока как огромное насекомое в паутине. Некрасиво. Нестандартно. Зато надёжно. Олег некоторое время молча рассматривал результат. Потом удовлетворённо кивнул.

— Ну вот.

Он повернулся к обзорной камере.

— Теперь никуда не денется.

Ила несколько секунд анализировала новую схему креплений.

— Конструкция отсутствует в инженерных регламентах Джора.

— Естественно.

— Подобный способ фиксации не применялся на кораблях данного класса.

— Теперь применяется.

Снова пауза. Потом Ила произнесла:

— Расчёт показывает достаточный запас прочности.

Олег довольно усмехнулся.

— Вот и отлично.

Он посмотрел на корвет. Потом на мерцающее стабилизирующее поле вокруг него.

И спокойно сказал:

— Выключай.

— Подтверждение команды?

— Подтверждаю.

На несколько секунд внутри дока стало тихо. Потом голубоватое свечение поля начало постепенно гаснуть. Через несколько секунд стабилизирующее поле полностью исчезло. Корвет даже не шелохнулся, продолжая спокойно висеть на самодельных стропах. Олег некоторое время наблюдал за ним. Потом довольно хмыкнул.

— Ну вот.

— Экономия энергии подтверждена, — сообщила Ила.

— Ага.

Он ещё раз посмотрел на корабль.

— Иногда достаточно просто привязать.