- Не надо скорую, дочка, я уже себя хорошо чувствую, мне уже лучше совсем, - ещё и встать пытается.
- Посидите ещё, пока таблетка действовать начнёт, - командует наш врач. – Потом бабушку проводите в дом, а я после работы зайду посмотрю, если будет плохо, сразу скорую вызывайте!
Собрала все свои медицинские причиндалы в сумку и пошла к себе домой, пройдя мимо меня и даже не взглянув.
А я тут при чём? Обиделась? Так она сама же отвечала мне… ну кто эту женскую натуру поймёт?
Зашёл к себе во двор, решительным шагом прошагал к злополучному штакетнику, сдвинул его в сторону, с трудом правда и зашёл в дом к Ларисе.
Вижу, на кухне хозяйничает, да ещё и горелым молоком попахивает.
Встал в дверях, подперев косяк плечом, наблюдаю за ней и в душе такая нежность поднимается к ней.
- Кажется, в наблюдении за больным надобности больше нет, - наконец выдаёт она, также стоя ко мне спиной. – Судя по тому, что тут недавно было, пациент скорее здоров, чем болен.
- Ларис…
- А что Ларис? – напустилась на меня, размахивая шумовкой. – Ведёте себя безобразно! Думаете, если одинокая, то можно вот так схватить и поиметь? Если б раненый не был, я бы тебе показала!
Ты ж моя голуба…
Развернулся и вышел, только в спину донеслось.
- А обедать? – конечно буду, только оплошность свою немного скрашу, обиделась ведь.
Оборвал у себя в саду куст пиона и пошёл с этой огромной охапкой к соседке.
Тихо зашёл… сидит за столом, головку на сложенные ручки положила, вижу, что страдает тоже… по мне.
- Ларис…, - резко голову подняла, слёзки вытерла. – Прости меня, пожалуйста… я обидеть не хотел, просто ты такая… такая… во снах тебя вижу, вот и сорвался… держи!
Присел кое-как перед нею на корточки и пионы протянул.
- Принимается…, - засмущалась, лицо в цветах спрятала, а у меня руки чешутся, так хочется её снова на стол усадить.
- Что совсем не понравилось? – блять, ну кто меня за язык тянет, сейчас этим веником по мордасам и выставит же.
- Садись уже обедать, герой-любовник! – смеётся и руку протягивает, чтобы помочь мне встать, поднимаюсь резко, и комната начинает ходуном ходить перед глазами. – Сеня! Ну говорила же рано ещё организм перегружать!
- Просто резко поднялся…, - опустился на стул, и голова перестала кружиться. – Чем кормить будешь, хозяйка?
Подмигнул правым глазом, да ещё умудрился руку поцеловать, зарделась от удовольствия… вот дебил, девушек завоёвывать надо, а ты как медведь набросился сразу и в партер! Ну или на стол, в нашем случае... никакой романтики, служака он и есть служака!
Глава 9
Ой не могу! Два дня уже цветы мне носит, всю клумбу у себя оборвал, уже и до моей добрался, только у меня снизу срывает, чтобы я не заметила.
Думает я слепая… приятно просто до неба! Вот правду говорят женщина ушами любит… и глазами.
Я же вижу, что это для его характера нетипично, суровый он и сюси-пуси не понимает, значит и правда всё серьёзно у него ко мне, значит не обманывает.
И я решилась… ну что мужика понапрасну гонять порожняком, тем более что я и сама не против… ну… этого.
Чувствует Семён себя уже намного лучше, но к себе на ночь не уходит.
Вечерами сидим обнявшись, телевизор смотрим, обсуждаем последние новости… молчим в тишине…
А сегодня я решила ужин праздничный сделать…, а там уж как получится.
На всякий случай утром постельное бельё новое постелила в своей спальне, да на рынок забежала ажурную комбинацию себе купила, ну такую легкомысленную с халатиком коротким… на моей комплекции смотреться будет в самый раз.
Завтра я в город уезжаю вечером, к суду подготовиться надо, ну там платёжки из банка собрать, справки о зарплате с двух своих работ… к адвокату зайду, проконсультируюсь, что ещё может потребоваться.
Да и с разлучницей нашей встретиться надо будет, с Галиной, в одной лодке как-никак оказались, обе ответчиками идём, обманули бедного Сашеньку… ай-ай-ай!
Но это завтра, а сегодня я буду угощать своего болезного ухажёра запечённой рыбой.
Вот как раз заказ мне приготовили, уже и почистили и голову отрубили… сейчас солью натру на двадцать минут, промою под струёй воды, а потом майонез с большой ложкой аджики перемешаю, намажу толстым слоем раскрытую на противне рыбину, сверху выложу кружочки помидор, на помидоры лук кольцами и в духовку на час при сто восьмидесяти градусах.
Вкуснотища! Просто за уши не оттянешь! Даже слюнки потекли.
Пришла домой, Семёна нет… возле его ворот машинка красная стоит… явно женская.
Без паники! Может… да откуда я знаю, кто это может быть.
Переодеваюсь в домашнее модное платье, ну такое красное из тонкого трикотажа, красиво фигуру мою пышную облегает и вырез глубокий, грудь мою шикарную демонстрирует во всей красе, в меру конечно… демонстрирует.
На такую красоту надеваю обязательно свой любимый фартук и принимаюсь за дело… через полчаса рыбка уже в полном обвесе стоит в духовке, а я нарезаю свежие овощи.
Для этого блюда никаких салатов, никаких закусок. Только крупнонарезанные овощи и зелень!
Бутылку красного вина в холодильник поставила и пошла немного помудрить с макияжем и причёской.
На улицу не выхожу, чтобы себя не нервировать, ну явно на красной машине женщина приехала… может Люся эта самая…
Но выйти всё-таки пришлось, на огороде ведь лучок зелёный взошёл и укроп, от Петровича, видимо, осталось.
Иду через сад и вдруг слышу.
- Котяш, посмотри какая бабочка тут! – голосок такой писклявый, женский… котяш?
Фу, как противно звучит!
Незаметно кидаю взгляд в сторону соседского участка и просто выпадаю в осадок…
Там такая ляля…, как будто кукла ожившая. Вся в ярко-розовом, каблучищи во, губищи не меньше, да ещё и блондинка к тому же, что объясняет её восхищение обычной бабочкой…
На дочку Семёна не тянет, по годам не срастается… значит это Люся?
И вот это чудо будет в доме у него пыль стирать? А оно знает хоть как это делается?
Так, а что он ко мне полез? Мы с нею как небо и земля, никаких соприкосновений ни в фигуре, ни в типаже…
Да и хрен с ним, с этим Семёном! После такой крали я его и уважать перестану!
Быстро нарвала зеленушки и рванула домой, краем глаза заметив за забором, вышедшего из-за дома, соседа.
- Лариса! – ещё и зовёт меня, познакомить со своей кралей крашенной, видимо, хочет… ага, щазз. – Лор!
Пролетела мимо, словно ничего не слышала и закрыла дверь на все замки внутри…
Швырнула зелень на тарелку, прямо не мытую, прошла в гостиную и упала на диван.
- Да что же это такое! – вскочила с дивана, потому что от подушки шёл его запах. – И тут он!
Хотела зашвырнуть её куда подальше, но тут послышался стук в дверь.
- Лариса! – вот что ему надо… - Открой! Это я, Семён.
Да это я уже и так поняла…
Открою и отправлю восвояси этого полового гиганта!
- Ну! – отперла замки и уставилась на него недовольно. – Чего надо?
- О как…, - вижу, что удивился. – А что это мы без настроения? Я звал тебя, а ты мимо пронеслась… на работе что?
- Да нет, - сейчас во мне женское прямо взыграло не на шутку. – Мешать тебе не хотела, котяша, там такая птичка розовая у тебя в саду порхала!
- Ларис…, - лыбится, как майская роза. – А ты что ревнуешь что ли?
- С чего бы? – а саму прямо от ревности на части разрывает. – Ты мне никто, с кем хочешь, с тем и встречайся!
- Ревнуешь…, - в двери ломится, отодвигая меня в сторону, протиснулся и к этой самой двери меня прижал. – Класс! Мне нравится!
- Знаешь, что, Семён Угрюмов! – придётся что-то тяжёлое в помощь себе взять, чтобы выставить его.
- Знаю…, - зажал так, что ни рукой, ни ногой не пошевелить. – Это не моя птичка!
- А чья?
- Служака, он машину мою с базы пригнал, нам же с тобой на суд ехать надо, вот я его и попросил…, а это его… ну как бы девушка.
- И где они сейчас?
