Быстро поставила тарелочки с едой в холодильник, помыла две чашки, пирожки на блюде на столе оставила, просто салфеткой прикрыла, вдруг ещё захочет, мужик крепкий, ему этот утренний чай, как мёртвому припарка.
Захожу в зал, лежит на диване с закрытыми глазами, лоб блестит от испарины, слабоват ещё…
Тихо из дома вышла, не забыв документы в сумку положить, открыла ворота, выгнала свою новенькую машину со двора, снова ворота закрыла и поехала на работу…
- Вот ваш кабинет, Лариса Ивановна, врача у нас уже месяц нет, так что ожидайте большого наплыва больных, - да это всегда пожалуйста, мы в центральной городской тоже сидя не сидели, там и днём, и ночью пациенты идут. – Очередь уже с семи часов собирается, вчера объявили, что врач новый будет принимать, вот и идут…
- Хорошо, через полчаса можешь запускать первого, - а я сначала всё в кабинете просмотрю, так… градусники на месте, ростомер, весы… медкарты, тонометр… всё проверила и положила в шаговой доступности.
По профессии я вообще-то терапевт, причём высшей категории, но сюда нужен был именно фельдшер… по зарплате бьёт, конечно, но не критично, может со временем что-то другое подвернётся.
Выглянула в фойе, и дала знак медсестре, что приём начинается.
- Здравствуйте доктор, меня вчера оса укусила, опухоль не проходит, боюсь что-то…
- Доктор, коза мне на ногу наступила, ноготь слез, посмотрите.
- Ребёнок с велосипеда упал, на бок жалуется.
И так до обеда отпустила человек тридцать… действительно сельчане по врачам соскучились, иногда с такими пустяковыми болячками идут, что понятно становится просто хотят посмотреть на новую докторшу.
- Валь, я на обед домой съезжу, - о том, что у меня дома ещё больной лежит ей не говорю. – В два часа приём продолжим.
По дороге остановилась у базарчика, купила домашнего молока, немного сыра и хороший шмат сала.
Такого мужика кормить надо хорошо, это тебе не бывший твой, который всё манную кашу по утрам просил.
- Спасибо большое, - взяла у продавца пакет с домашней продукцией, села в машину и рванула дальше.
Дом встретил тишиной, как будто там никого и не было.
Захожу в гостиную, лежит мой солдатик и так сладко спит, что рука будить не поднялась у меня.
Сон лучшее лекарство, это все знают и врачи тоже. А как гармонично он в моём доме смотрится! Лариса губу закатай…
Закрыла в ту комнату дверь и прошла на кухню… сварю на обед быстро пельмени домашние с бульоном, бульончик больному прям в самый раз будет.
Поставила сразу молоко кипятиться, воду на пельмени и пошла на улицу руки и лицо в колонке холодной водичкой сполоснуть.
Хорошо здесь! Цветы весенние уже цветут, шмель кружит вокруг, выбирая самый красивый куст…, а птицы щебечут! Ну просто рай!
Ой, что это я, молоко же на плите! Переехав сюда, забыла, что такое молоко из магазина, да разве ж его с домашним сравнишь? Небо и земля…
На цыпочках залетаю на кухню, чтобы полковника не разбудить и вижу его, склонившегося над блюдом с пирожками.
Но я-то уже на полном разгоне, остановиться с моей комплекцией сразу не получается.
- Семён! – поворачивается, шаг ко мне делает, и я аккуратненько в его медвежьи объятья залетаю!
Пытаюсь извиниться и вылезти из захвата, держит крепко, голову к нему поднимаю и… а чо это в моём доме происходит то?
Товарищ полковник, этот самый Семён Угрюмов, налетает на мои губы и начинает так целовать, как будто от этого его жизнь зависит или смерть!
Подхватил меня под попу и на стол посадил, отодвинув пирожки подальше… ой, что делать? Целуется он просто отпад! Бёдра мои раздвинул своим мощным торсом и чем-то твёрдым упёрся прямо в меня… там!
Труселя замокрели в секунду, в животе стало так трепетать, а ноги- предатели автоматически его крепкие бёдра обхватили.
- Сень? – только и смогла прохрипеть в перерыве между жгучими поцелуями.
- Тихо, Лор, тихо… я ничего плохого тебе не сделаю…, - так крепко ручищами сжал, дыхнуть не могу, и возбуждаюсь так, как никогда в своей жизни… вот это мужик… вот это харизма…
Оттолкнуть хочу, ибо я же не такая! Уже и руки на плечи ему положила… мускулы под моими ладонями так и играют, отгоняя моё решение всё дальше… да толкни ты его и дело с концом!
Ан нет… запустила руки в его короткие волосы на затылке и ещё крепче к себе прижала… да катись оно всё, может это единственный шанс мне такого дяденьку попробовать.
Глава 8
Я не знаю, что на меня нашло, может быть то, что всё утро она мне снилась, причём в таких откровенных сценах, что как только глаза открыл, так сразу к её пирожкам, чтобы возбуждение хотя бы зажевать чем-нибудь.
Перед глазами груди её, не меньше пятого размера, до сих пор колышутся…
- Семён! – слышу сзади голос Ларисы, поворачиваюсь, и получаю предел своих мечтаний прямо в свои объятия!
На автомате крепко прижимаю к себе эту мягкую женщину, приподнимаю и усаживаю на стол, и закрываю её сладкие губки поцелуем, да таким страстным, что голова закружилась то ли от слабости, а скорее от этой умопомрачительной женской фигуры, от её пышных грудей, которые сейчас были вжаты между нашими телами и производили на меня бомбическое воздействие.
- Сень…
А моё имя из её уст просто спусковой крючок для меня.
Вжимаюсь между полных бёдер и тело трясёт от предвкушения… такая ляля в моих руках впервые, да я и не частый по бабам ходок… но от Ларисы меня кроет, и даже ранение не ощущаю.
Думал оттолкнёт или врежет на худой конец, уже и руки положила мне на плечи, вот жду сейчас на место меня поставит, она вдруг ласковые пальчики в волосы мои запустила… и к себе крепче прижала… ты ж моя сладкая…
От облегчения у меня ноги ослабели…, положил ручищи свои на мягкую задницу и крепче прижал да так, что член упёрся прямо туда… знает, гадёныш, где сладко бывает.
Я даже на боль внимания не обращаю, пью нектар сладких губ, а когда расстёгиваю две пуговицы на женской блузке и обхватываю грудь, которая еле помещается у меня в ладони… блять, хоть бы не выстрелить раньше времени, вот позору то будет!
- Да, моя сладкая, да… вот так… какая же ты…, - мягкие ручки гладят мою спину, плечи, ныряют в ёршик волос и царапают там коготками, вызывая в теле такой пожар, что не знаю, смогу ли за один присест погасить его.
Ловлю губами её стоны и упиваюсь ими… мне никогда так хорошо не было, как с ней…
- Лариса Ивановна! – сквозь возбуждение проскакивает чей-то громкий крик. – Лариса Ивановна!
Стук в дверь, и мы отрываемся друг от друга, тяжело дыша. Смотрим глаза в глаза… понравилось, ей понравилось, я вижу это по её состоянию.
- Лариса Ивановна, там бабушке плохо!
- Ох… ё! – Лариса наконец-то понимает, что мы не одни, отталкивает меня в сторону, запихивает свои тити обратно и прячет их от меня, застёгивая две пуговицы. – Я сейчас!
Кричит громко тому, кто во дворе, а потом мажет по мне расстроенным взглядом, мол не судьба, поправляет волосы на голове, ведь я их растрепал, бессовестный и быстро выбегает на улицу, схватив свою большую сумку.
А я остаюсь стоять, облокотившись на стол, на котором только что сидела её шикарная мягкая задница.
Какая женщина! Конфетка! Сладкая, мягкая, как сочный персик…
Кое-как справившись со своим, стоящим по стойке смирно младшим по званию, с трудом распрямился и тоже рванул следом, остановился у входной двери, ещё пару раз вдохнул и пошёл за ворота.
- Спокойно, спокойно, - Ларису я увидел у соседей через три дома, возле лавочки, на которой полулежала старенькая бабушка. – Дышите, вот так, хорошо… сейчас таблетка подействует. Я же вам сегодня на приёме сказала никакой физической нагрузки, Мария Фёдоровна! А вы сразу от меня и на огород, да?
- Дык я только помидорки полить, - с трудом возмущалась бабулька.
- Я вас сейчас на скорой в больницу отправлю, вот там точно никаких помидор поливать не надо будет, - смотрю на свою пышечку и глаз оторвать не могу, Угрюмый, ты что влюбился что ли?
