Я проплакала почти два часа… Ревела и ревела, а потом, кажется, слёз вообще не осталось… Я вспоминала маму… И её такую нежную лёгкую любовь ко мне… К папе… Я думала о том, как ей, должно быть, было больно, когда всё случилось… Как больно было семье Камиля… Ирине…
Я кое-как взяла в руки, и то чувствовала, что голос дрожит, когда звонила папе.
– Насть? Всё в порядке? Уже полночь…
– Пап… – захныкала я.
– Настя, ты где? Что случилось?
– Приедь, пожалуйста, домой… Нам надо поговорить… Пап… Насчёт мамы…
Он замолчал, словно проглотил язык… А потом скинул трубку… И я понимала, что он выехал домой…
Время уже перевалило за полночь, и мне стало не по себе, что Камиль до сих пор ничего мне не написал, поэтому я и отправила ему сообщение… Мне важно, чтобы с ним всё было хорошо. Даже если мы не вместе… Я и не знала, будем ли мы вместе вновь… Потому что всё было так сложно…
Едва отправила ему последнее сообщение о Гордее, увидела свет фар в окне и собралась…
Спустилась вниз, встретившись с отцом взглядами… Мы долго разговаривали… Я рыдала… Он жалел. Что не сказал сразу, что мне пришлось это узнать… А ещё говорил, что не хотел плохого с Ириной… Наоборот. Он хотел отношений. Когда понял, какая она, влюбился… А я, наконец, призналась о Камиле…
Наверное, для него это был шок…
– А что же Гордей… Настя…
– Я не люблю его… Поэтому и на предложение не была согласна… Понимаешь? Пап…
– Понимаю… Значит… Я должен вернуть ему деньги, Насть… Так не делается…
– Я понимаю… Я всё тебе потом верну… Возьму кредит или…
– Настя, прекрати, ты моя дочь… А парень так старался… Я и не думал, что у тебя что-то с Камилем, хотя мне никогда не нравилось, как он смотрел на тебя…
– Почему? – сквозь слёзы ухмыльнулась я.
– Потому что стоило мне тебя показать, у него глаза загорелись… Я что… Молодых не знаю, что ли… Сам таким был…
Я вдруг вспомнила всё… Как мы с Камилем познакомились на вечеринке… Как поругались… Как я его ударила. Как он прокрался мне в окно однажды и опрокинул мой фикус… Как взламывал мою дверь, как караулил везде… Как мы ночевали… Первый сексуальный опыт, который он мне дал… Вообще всё… И я понимала, что до сих пор люблю его… Очень люблю… Что бы там не было в прошлом…
– Насть… Ты, главное, не делай глупостей… Подумай обо всём, хорошо?
– Я подумаю, пап…
Поздней ночью я писала Гордею… Но он не отвечал… Когда позвонила, оказалось, он выключен. Это совсем меня расстроило… Казалось, что я всё делаю не так… И я с горем пополам уснула только в районе трёх часов ночи. От головной боли меня просто выключило… В надежде на то, что утром будет лучше… Я быстро погрузилась в сон, который, как оказалось, не нёс ничего хорошего…
***
Утром я открываю глаза, не желая идти в университет… Папа даже не стал меня будить. Проверяя телефон, не вижу ни весточки от Гордея… Зато Камиль писал… А у меня внутри такое чувство вины, что я даже не знаю, смогу ли оторвать себя от кровати с такой тяжестью.
Что делаю первым делом, так это пытаюсь отыскать в сети ту саму девчонку. Знаю только, что её зовут Рита… По фото я нахожу её у него в друзьях… И в лайках под тем его старым постом. Это сто процентов она. Вижу, что вроде как у неё появился какой-то парень… Она вполне счастлива. Путешествует где-то за границей…
Поэтому решаюсь написать ей сообщение. Увидит, ответит, если захочет…
Настя Алмазова: «Привет, Рита, это Настя… Знаю, это может показаться странным. Но мне нужно знать правду… Год назад ты сказала мне, что у тебя что-то было с Камилем Островским… Скажи, это правда? Спасибо тебе».
На этом всё… Выжидать специально не буду. Но было бы здорово, если бы она поделилась честной историей развития событий. Потому что мне важно, правду он говорит мне или же нет…
Ему отвечать не спешу… Первым делом проверяю ещё раз номер Гордея… Он снова выключен. Знаю, мне ещё придётся ехать туда, к нему… Забрать вещи и поговорить нормально, когда он остынет… Надеюсь, что этот момент произойдёт как можно быстрее…
Затем, спускаясь вниз, вижу отца, который пьёт кофе и смотрит на меня со всей печалью в тяжёлом мужском взгляде.
– Проснулась… Дочка… Я не стал будить…
– Я поняла… Мне кошмары всякие снились… Никак не могла уснуть. Голова болела…
– Понимаю… Что насчёт того, чтобы встретиться вчетвером и поговорить? Мне Ирина звонила…
– Она… Что? И что сказала… – сажусь я рядом и смотрю на него, а он пожимает плечами.
– В основном про своего сына… И про тебя… Что тебе было бы правильнее выйти замуж за Гордея, но… Я понимаю, что она так убегает… Она и от наших отношений так же убежала… Ей будто спокойнее под куполом… Я её не осуждаю… Потерять ребёнка… Страшное горе. И она молодец, что не потеряла силы воспитывать второго…
– Но я не буду выходить за Гордея… Нет, не буду… Разве это поможет хоть как-то решить ситуацию? Нет… Конечно, нет… – опускаю я взгляд. – Я причинила ему боль, но всю жизнь ломать не собираюсь. Не факт, что я буду с Камилем… Что у нас что-то получится. Но обманывать Гордея я не буду…
– И правильно. Ты права… Полностью, – поддерживает папа. – Выпьешь со мной кофе?
– Конечно… Пап…?
– М?
– А Ирина… Она что вообще о вас ничего не говорила? Совсем?
– Совсем, Насть… Я уже объяснял…
– И всё-таки… Раз Камиль нашёл в себе силы… То и тебе стоило. Это было бы по-мужски… – хмурюсь я, а отец смотрит на меня таким уставшим взглядом.
– Дочка… Я сделал всё, что мог. Она не смогла простить… Быть может подумала, что я как-то замасливаю чужой грех… Или что покупаю её… Не знаю… Но она меня не поняла… А я в свою очередь хотел прощения. Хотел с ней семью. Я бы всё исправил, если б мог… Но разве такое исправишь?
Вид у папы тоже опечаленный… Думаю, он не один день переваривал всю эту ситуацию. Поэтому мои вопросы, скорее всего, как соль ему на раны...
– Ты извини меня, пап… За всё, что я подняла, но нам нужно было поговорить…
– Я всё понимаю, Настя… И ты можешь не ехать сегодня на учёбу…
– Всё равно придётся… Мне нужно… Я иначе не могу…
– Понятно… Ладно… Хорошо… По поводу твоего магазина, я туда съезжу… И с Гордеем сам перетру по деньгам…
– Спасибо, пап, – обнимаю я его, чувствуя, что благодарна Богу, что у меня есть такой отец… За которым, как за каменной стеной. Я всегда могу на него положиться… И Ирина не понимает, от какого человека отказывается… Хотя я и не в полной мере осознаю её боль…
Собираюсь и приезжаю в универ только к одиннадцати утра… Маши сегодня нет. Только Аня и Света… И я хочу поделиться с ними тем, что внутри… Но… К сожалению, воспринимают они это иначе.
– И ты ему поверила?! Этому кобелю?!
– Насть… Я всегда против осуждения, но… Это факты…
– Я понимаю… И да, я осознаю, что он может лгать, но… Гордею я морочить голову уже не могу… Понимаете?
– Нет… Лично я не понимаю, – нападает Света. – Я в шоке… Такого парня и так кинуть… Ты пожалеешь ещё сотню раз! Вот увидишь его с другой… И тогда мозги на место встанут!
– Ага… Ань… Свет. Мне реально очень плохо. Очень-очень…
– Иди сюда… – обнимает меня Анюта, а Света так и продолжает меня ругать.
– Дурочка ты…
– Спасибо…
– Ты знаешь… Я против всего этого… И не хочу даже спорить с тобой. Сама всё поймёшь. Камиль – козёл!
Конечно, она будет так говорить… Уж больно она радовалась, когда он и меня кинул… Мы будто на этой почве даже сплотились, ведь Света поняла, что он в принципе гад… Дело не в ней… А в нём… И сейчас возмущена.
И пока мы сидим на парах, они то и дело продолжают читать мне нотации. Аня делает это ненавязчиво и тихо… Больше намекая на то, что перед Гордеем надо извиниться… А вот Света она… Прям-таки с выпадами. Чтобы не вздумала прощать Камиля…
Боль всё сильнее расползается по сердцу вместе с ядом и желчью… Я не знаю, сколько сил нужно в себе отыскать, чтобы переварить, отпустить и снова ему позвонить…
Но когда вечером выхожу из дверей универа… Взглядом натыкаюсь на его мерседес… Камиль стоит, держа в руках огромный букет из белых пионов, и смотрит на меня издалека, опираясь на капот машины…
