— Ну, в принципе, им будет всё равно, чей это будет след, — пожал плечами профессор.

— Очень интересно. Получается, что они запросто могут пойти за нами до самого побережья?

— Возможно, — снова вздохнул профессор. — Вся беда в том, что я могу только теоретизировать. Точных знаний об этих животных почти нет. Ведь это, — тут он ткнул пальцем в сторону, где собралась стая, — давно уже вымершие животные. Я исхожу из общих знаний о подобных животных. Скажем так, знакомлю вас с выжимками.

— Понятно. Придётся, выяснять всё о них методом научного тыка, — махнув рукой, вздохнул Руслан.

— Именно ещё и поэтому я хочу поехать с вами, — быстро ответил профессор. — Наблюдать этих животных в их естественной среде, во время охоты, это же просто мечта любого специалиста.

— Ну, вы нашли время, — растеряно протянул Миша, снова поднимая тепловизор.

— Миша, другого случая у меня может и не быть, — вздохнул Васенков.

— Не учите меня жить, лучше помогите материально, — насмешливо фыркнул Руслан.

— Да уж, от помощи я бы не отказался, — неожиданно кивнул Васенков.

— От какой именно?- насторожился Миша.

— Мне бы камеру хорошую, цифровую, чтобы заснять их.

— Зачем?

— Что значит, зачем? Для изучения. И для доказательства, что эвакуация была объявлена не с пьяных глаз, — развёл руками профессор.

— Доказательство, это хорошо, — задумчиво протянул Миша. — Такие доказательства и нам бы не помешали. Костя, — окликнул он смежника. — Колись, у тебя в закромах что-нибудь такое имеется?

— Имеется, — нехотя кивнул Костя. — Но если мы её прое…в смысле, потеряем, расплачиваться до гробовой доски будем. Причём, все вместе.

— Не боись. Мы её профессору на шею повесим. Пусть снимает. Нам потом эта запись может сильно жизнь облегчить, — быстро, словно наткнувшись на какую-то мысль, ответил Михаил.

— Ладно, — сдаваясь, проворчал Костя. — Но учтите, потеряете прибор, лично всех перестреляю. Всё равно меня начальство за неё живьём под асфальт закатает.

Принеся фирменную камеру, он принялся обучать Васенкова правилам пользования этим электронным чудом. Между тем, Руслан, осознав, что происходит, подошёл к профессору и, тронув его за плечо, спросил:

— Егор Михайлович. А вы не забыли, зачем мы вообще собираемся эти гонки устраивать? Наша задача, зверей от каравана отвлечь и подальше в сторону увести. А вы кино снимать собрались.

— Руслан. Я всё помню, — быстро ответил Васенков. — К тому же, вы сами говорили, что стрелять по ним на убой вы не собираетесь. Вам нужно раздразнить их и увести за собой. Так что, я могу спокойно вести беспокоящий огонь, а потом снимать их попытки догнать нас.

— Главное, не забывайте держаться покрепче. Виражи у нас ещё те будут, — вздохнул Руслан, мысленно проклиная профессорское упрямство.

— Не беспокойтесь за меня, Руслан. Я умею держаться и становиться кормом даже для этих животных, совсем не хочу, — улыбнулся Васенков.

— Свежо питание, да серится с трудом, — буркнул Руслан, отходя в сторону.

Услышавшие его последнюю фразу бойцы, не удержались, и столовая огласилась громким хохотом четырёх лужёных глоток. Удивлённый профессор только растеряно покачал головой, и не найдя, что ответить, неопределённо пожал плечами. Скепсис опытного бойца был ему понятен, поэтому, он не стал влезать в пустую полемику, решив доказать всё на деле.

Караван от соседей появился под утро. Первым, его заметили грендели. Медленно кружившая вокруг зимовья стая, в один момент вдруг сорвалась с места и стремительно унеслась куда-то в темноту. Наблюдавший за ними боец из группы Михаила, тут же разбудил командира, а тот, в свою очередь, собрал совет. Вопрос был один. Простой и вполне понятный. Объявлять боевую тревогу, или подождать возвращения зверей.

Но принять толковое решение они не успели. Наблюдатель, вернувшийся к окну, доложил, что слышит стрельбу, и следом за его докладом, по рации, на открытом канале, на связь вышел капрал Джонс, сообщив, что они на подходе и что караван на ходу пытаются атаковать. Схватив СПШ, Руслан выпустил в воздух одну за другой две осветительные ракеты, помогая водителям каравана определиться на местности и отвлекая зверей.

Одновременно с этим, Костя, связавшись с капралом, приказал ему загнать вездеходы во внутренний двор зимовья и не позволять людям покидать транспорт. Погрузку бойцы планировали начать сходу. Как только вездеходы окажутся у зимовья. Не ожидавший такой оперативности капрал, явно растерялся. Но Костя не собирался давать ему времени на споры и внесения изменений. Быстро отдав все указания и переспросив, поняли ли его, он отключил рацию и, повернувшись к Руслану, показал большой палец.

— Не слишком жёстко?- осторожно спросил Васенков.

— В самый раз. Пусть со своим начальством спорит. Про остальных, я даже не говорю. Предупреждаю сразу, Егор Михайлович, бойцы получили прямую команду, бить в морду любому, кто попытается спорить или что-то доказывать. Не огладываясь на возраст, пол и социальное положение. У нас есть толковый план, и мы будем его реализовывать, — жёстко отрезал Руслан, привычными движениями проверяя оружие и боеприпасы.

— Ну, точно, без суда не обойдётся, — обречённо вздохнул профессор.

— Да плевать я хотел на их суды. Не нравится, пусть спасаются сами.

В этот момент, словно специально, к ним подошла женщина из группы соседей, и высокомерно покосившись на Руслана, спросила, сосредоточившись на Васенкове:

— Если на ошибаюсь, это вы командуете экспедицией?

— Верно, — кивнул профессор. — Егор Михайлович Васенков.

— И каков ваш план, господин Васенков? Как вы собираетесь вывозить нас отсюда?

— У моего заместителя по безопасности есть план. Так что, вам нужно только выполнять указания, его, и его людей, — ушёл от прямого ответа профессор, указывая на Руслана.

— Как вас понимать? Что значит, выполнять указания?- начала заводиться женщина. — Хотите сказать, что нам даже не сообщат, что делать?

— В этом нет необходимости, — вступил в разговор Руслан. — Всё, что от вас требуется, это внимательно слушать команды и быстро их выполнять. Всё остальное, мы сделаем сами.

— Я не ваш подчинённый и уж тем более, не солдат, чтобы тупо выполнять команды. Или вы объясните мне, в чём состоит ваш план, или я с места не сдвинусь, — притопнув ногой, заявила дурная баба.

— Да бога ради. Оставайтесь. Грендели будут очень довольны, — пожав плечами, усмехнулся Руслан. — Вы забываете, что мне нет никакого дела до вас. Я отвечаю за людей из нашей, экспедиции, а вы, можете делать, что угодно. Мне наплевать.

Выделив голосом ключевое слово, парень повернулся к ней спиной и не спеша направился к окну. Сообразив, что её попросту послали, баба сорвалась с места и, догнав Руслана, попыталась рывком развернуть его лицом к себе. Ожидавший чего-то подобного парень, положил руку на цевьё автомата, и в момент рывка, сделал резкий тычок прикладом назад. Откинутый каркасный приклад автомата воткнулся дуре прямо в солнечное сплетение, заставив её охнуть, и осев на пол, тихо застонать от боли. Таким ударом запросто можно было проломить рёбра.

— Не нужно дёргать человека за руку, если у него в руках оружие. Это может быть опасно, — наставительно произнёс Руслан, и с невозмутимым видом направился дальше.

Наблюдавший за этой картиной Васенков, удручённо покачал головой и, подойдя к женщине, помог ей подняться.

— Вы ведёте себя слишком импульсивно. Это опасно. Парни и так на взводе, — тихо сказал Васенков, поддерживая её за локоть. — Слава богу, обошлось без человеческих жертв, но ещё ничего не кончено.

— Я этого так не оставлю, — просипела дурная баба, едва отдышавшись. — Я засужу его.

— И как вы себе это представляете?- не удержался от иронии Васенков. — У вас нет свидетелей, нет доказательств, вы даже следы побоев не можете зафиксировать. Ведь ваш врач находится в подъезжающем караване. А главное, как вы собираетесь привлечь его в судебное заседание? К тому же, судя по вашему лицу, это был не первый раз, когда вы неосторожно хватаете вооружённых людей.