* * *

Четверых Кай снял выстрелами, следующего, бросившегося на него, вспорол ножом, рычания больше не было слышно, и упыри, сами запертые в этом месте, притаились, чтобы всех не перебили. Пользуясь заминкой, Кай дополнил обойму серебряными пулями, обернулся к держащемуся за голову священнику.

Кай отвлекся, потому что один из упырей быстро пробежал коридор из одной комнаты в другую, из ближней к выходу в более дальнюю.

— Тебе не понять, — прохрипел священник, цепляясь за стену и пытаясь встать. — Молодая трава — сорная трава, жить не хочет, приключений ищет. Старикам умирать не хочется, старики народ слабовольный и…

Кай перехватил его за руку выше локтя, подтянул к себе, поставив на ноги, повернув лицом. Старик был выше него, но стоял сгорбившись, они получились одного роста.

— Пока не понять, — согласился Кай и, ещё раз быстро оглянувшись на коридор, прижался своим горячим лбом к ледяному лбу священника. Тот смотрел, удивлённо распахнув глаза, установить зрительный контакт не составило труда.

Воспоминания и ощущения старика перетекали в Кая, он едва успевал фильтровать. Кай видел этот приход более людным, сад вокруг и священника молодым. Видел жестокие тренировки, деревни с жителями, смотрящими на него, как на спасителя, и чувствовал гордыню. А потом заставил себя видеть только то, что ему нужно — и узнал, где сейчас находился Дроид. И самое главное, что он жив.

Отпустив священника, Кай снова удобнее перехватил пистолет. С одной стороны, упыри предпочитали иметь дело только с трупами. С другой стороны, они бросились на Кая. Хоть и попрятались сейчас, но кто знает, как они отреагировали бы, будь это не Кай, охотник, а заблудившийся путник с семьёй.

Кай, вместо того, чтобы развернуться и уйти, прошёл вглубь прихода, отыскивая спрятавшихся.

* * *

Хаски казалось, что по-настоящему стоит волноваться тогда, когда замолкнут выстрелы. Но они, одиночные, с большими перерывами, гуляли по заросшему зданию прихода. От скуки он считал их — пятнадцатый и спустя минут пять — шестнадцатый и семнадцатый сразу. Что-то вылезло из окна, едва протискиваясь. Похожее на лысую обезьяну, на собаку без шерсти, оно начало бегать внутри круга, а покинуть его не могло, скулило.

Кай появился вскоре, оставив дверь открытой. Направил дуло на притихшую нечисть, подумал, глядя на то, как существо, поджав хвост, жалось от него к барьеру. И вполне предсказуемо Кай не выдержал, ногой нарушил круг, чтобы дать сбежать. Пользуясь тем, что барьера больше нет, внутрь проник Хаски, подскочил в два прыжка, но дуло теперь смотрело ему в лоб, и пришлось остановиться.

— Не выдержал? — усмехнувшись, спросил Кай. Белая рубашка в кляксах крови, но сам он не был ранен. Его ряса оказалась на Хаски, снова принявшем человеческий облик.

— Почему ты в меня целишься? — без возмущения, скорее шутливо спросил Хаски.

— Потому что ты хотел меня ударить. Остынь. Я сказал, что всё будет хорошо, значит я справлюсь.

Хаски всё ещё не мог избавиться от образа Гидры и Дроида, тыкающих в него пальцами и смеющихся, помотал головой, чтобы прогнать наваждение.

— Поможешь вытащить Дроида? — Кай всё-таки опустил оружие, приняв это за утвердительную реакцию.

— Далеко идти?

— Нет, тут рядом. И рясу мою отдай, чтобы я заляпанной рубашкой не сверкал.

— Хорошо. Моя одежда должна быть где-то в твоём рюкзаке.

Идти оказалось ещё ближе, чем Хаски ожидал — только за здание прихода зайти. Сверху на крышке погреба стояла тяжёлая мраморная заготовка под надгробие, чтобы сдвинуть её и нужны были двое.

— Почему ты отпустил того упыря? — спросил Хаски, отдыхая после того, как удалось поднять глыбу. Кай в то время открыл подвал и вопрос проигнорировал. А потом, ничего не сказав, соскользнул сам в погреб. Вскоре после недолговременной возни снаружи появился Дроид, уцепился за руку Хаски с видом, что если бы он только мог, то никогда бы его не касался. Потом уже выбрался Кай, целый и невредимый, разве что запылившийся.

— Хаски, тварь, — констатировал Дроид, потирая запястья. — Ну ладно, в реальность вышвырнул, но ты не мог посмотреть, что за реальность? Меня одного чуть не сожрали.

— Они думали сделать тебя упырём, — сообщил Кай, снова накидывая на себя рясу.

— Ещё хуже, — выдохнул Дроид. — Ты потратил свою способность?

— Хаски впихнул тебя в реальность? — с хитрой улыбкой переспросил Кай, садясь напротив. Хаски делал грозные жесты, пользуясь тем, что он у Кая за спиной, но Дроид, адресовав ему хмурый взгляд, признался честно:

— Не глядя. Тварь.

Дроид как знал, что при Кае Хаски ему ничего не сделает. А если Кай ругать его не будет, то и Хаски забьёт.

— Ну да. Зная везение Акросса, он здесь хозяин всех вампиров, — кивнул Кай, не выглядя при этом особо огорчённым.

* * *

Не то чтобы Акросс был хозяином всех вампиров, такого просто существовать не могло, но среди их братии имел немалый вес, потому и обитал в собственном замке, под защитой не только стен, но и слуг. Самым интересным было бы оставить Гидру в своей комнате и посмотреть на реакцию, когда она проснётся. Но Акросс решил, что шутка может оказаться не такой смешной, и девушку оставили под охраной в одной из гостевых спален.

Привратник приходил перед закатом и, придерживая влажную тряпку у глаза, объявил, что пленница очнулась, но сейчас явно не в духе, чтобы с кем-то разговаривать или тем более быть съеденной. Акросс знал, что в любом расположении духа Гидра не будет его бить, поэтому пропустил совет мимо ушей.

Каково же оказалось разочарование, когда при попытке войти в гостевую спальню он едва не получил подносом в лицо. В руках Акросс поднос смял, как бумагу. Потеряв опору, Гидра почти упала, но вовремя выпрямилась, отойдя на безопасное расстояние.

— Ты ждал тёплого приёма? — улыбаясь, язвительно поинтересовалась Гидра, отскочив вглубь комнаты, поближе к массивной цветочной вазе. Акроссу не хотелось признаваться, что, может, и не тёплого, но на поднос в лицо он точно не рассчитывал. — Как можно быть настолько самоуверенным?

Полетевшую в него вазу Акросс разбил, но, хотя цветов в той не было, его облило водой. Акросс спокойно достал платок, вытерся, пока не мог придумать, что ей сказать, и не лучше ли просто выбросить из окна. В конце концов, они враги, и это его прямая обязанность, и он должен был сделать это с самого начала.

— В этой игре я пока ещё ничем не заслужил такого отношения, — напомнил Акросс.

— Да?! Всего лишь меня взял в заложницы! — Гидра примерилась к подушкам, но кидаться ими казалось ей слишком глупым, поэтому она взялась за подсвечник. От него Акросс уклонился.

— Где я должен был тебя оставить? У торговцев «мясом»? Я почему-то решил, что лучше известное зло, чем новое.

Гидра остановилась на секунду с занесённым над головой графином с водой, но швырнула и его. Тот разбился уже об закрывшуюся дверь.

Наверное, будь Акросс младше, он, разозлившись, отправил бы Гидру в том же светлом платье в катакомбы замка. Сейчас же он понимал, что, если бы Гидра всерьёз собиралась его убить — действовала бы по-другому, а не вещами швырялась. Это скорее было похоже на ссору, чем на ненависть. Акросс думал, что ещё день просидеть в одиночестве при полном застое игры ей не помешает.

* * *

Двое охотников в одном месте вызывали у местных больше неприятных подозрений, чем оборотень в их компании. Кай, даже без применения своей способности, чувствовал напряжённость в посетителях постоялого двора. Вспомнил, что драка в таверне — самый распространённый сюжетный ход, но в то же время не мог представить, чтобы кто-то попытался драться с ними. Все знали про охотников, и никому не нужны неприятности.

— Акросс и в самом деле один из вампиров. Хозяин замка неподалёку отсюда, — рассказывал Дроид, не обращая внимания на то, как присматривались к ним посетители. — Думаешь, Гидру увезли туда?