— Правая.

— Кто его хозяин?

— Один из видных политиков. Он раскаялся и по прошествии тюремного срока будет прощён. Кажется, проект «Хаски» нашёл себе нового хозяина… Кроме того — в архивах, конечно, этого нет, но раз уж это поручено вам, я должен предупредить. Проект «Кай» не просто мальчик. Начнём с того, что он и вовсе не ребёнок, ему порядка трёхста лет. А во-вторых, он не просто подопытный. За то время, что он был на свободе, он успел создать антиправительственное движение. Прежде всего Вольфганга надо считать террористом, а уже потом бессмертным.

Закончив на этой пафосной ноте, профессор покинул комнату. Близнецы рассмеялись уже в голос, привалившись к стене от смеха.

— Твою мать… Собака и её Вольфганг!..

— Имя-то какое…

Акросс продолжал смотреть видео с камер наблюдения: зацикленное, повторяющее одни и те же кадры. Этим двоим хватило четверти часа, чтобы покинуть лабораторию, убив шестерых. И хотя для Акросса шестеро — это небольшие жертвы, для этого мира, в котором после провозглашения права на бессмертие всех стерилизовали, это потеря была невосполнима. Кай не мог этого не знать, информация поступала к ним перед игрой, прежде чем выкинуть в этот мир.

Акросс заметил, как из-за его плеча наклонилась с интересом к экрану Мей, вглядываясь в лицо Кая, когда тот убивал одного из профессоров.

— Хм… Похоже, ты добился. Окончательно его довёл, — улыбнулась Мей. — Теперь он уже не тянет на домашнего.

— Ещё не достаточно, — возразил Акросс.

— Он бессмертен, — напомнил Гранит, вернувшийся утихомирив близнецов. — Как ты собираешься его убивать?

— Ты же слышал. Целиться в сердце, — переключился Акросс. — В любом случае удачно, что у нас и тут команда.

— Как насчёт пыток? — продолжил Гранит. — Его ранили и голову пробили. Как думаешь, может достаточно с него?

— Нет. Но я уже придумал, что делать с ним в конце игры.

— Вернуть головастикам на операционный стол, — кивнула Мей. — Ну, ты как хочешь, а по мне, так ты заставил его вырасти. Настолько, что вот гляжу я на него, такого крутого, и думаю, что я б с ним переспала.

Близнецы, притихшие после Гранита, снова залились смехом.

* * *

— Так, — скинув рюкзак тут же, у порога, начал Хаски. — Жрать тут, спать туда, срать тебе не надо, но если хочешь помыться, то по коридору. Нас тут не найдут, можешь не волноваться.

Квартира Хаски была похожа на тот же исследовательский центр. Наверное, сделана из тех же материалов. В ней тоже всё казалось стерильным, будто они пришли натоптать в лаборатории. Кай прислонился к двери спиной, перевел дух.

— Слушай, есть просьба.

— Ну, конечно, можешь есть просьбу, — обернулся Хаски, расшнуровывавший солдатские ботинки, но заметил — что-то не так. Кай был бледен, стоял не прямо, а чуть согнувшись. — Тебя тошнит что ли? Они что-то там тебе вкололи? У меня должны быть номера…

— Когда в меня попали, пуля осталась в плече. Прежде чем что-то делать, мне нужно, чтобы ты её вырезал. Рана зажила, но кусок металла внутри — не самое приятное. Сможешь? — Кай старался говорить быстрее.

— Конечно, — с готовностью согласился Хаски, достал не использованный нож с зазубренным лезвием из ножен на поясе. Кай кивнул, сел на пол, сняв куртку, оттянул ворот футболки, пальцем надавил на место под ключицей, прижал. Хаски пришлось опуститься рядом на колени. Он решил избавить Кая от шуток на тему того, что он сейчас прямо как Акросс будет над ним издеваться, или что Акросс был бы рад такому испытанию. Дроид или Гидра замешкались бы, а Хаски знал, что лучше вскрыть заросшую рану, чем оставить загнивать. О том же знал и Кай, и он убрал палец, уступив место острию лезвия, выдохнул, как засыпая или приготовившись к медитации.

Хаски уважал его решимость в этот момент, и был даже рад, что такое задание досталось именно ему. Вглядевшись в лицо Кая, опустил глаза к лезвию и нажал, прорезая новую рану.

* * *

Одежду Хаски запаковал в картонную коробку, прежде чем выбросить. Кай выбрался из душевой в флисовой мягкой пижаме, ушел в комнату, не спросившись, которая тут его и где он будет вообще спать, и Хаски поспешил за ним, чтобы сказать, что спальня в квартире одна и придётся решать, кто спит на диване. И замер в дверях.

Кай стоял в центре комнаты, рядом с ним — Гидра, и Кай улыбался ей. Хаски привалился к дверному косяку, покачав головой удивлённо.

— Я помню, мы должны были забрать Гидру. В квартиру она не входила. Откуда же она?

— Ну так мы её и забрали, — пожал плечами Кай. — Она была на той белой флешке среди моих личных вещей.

И тогда Хаски заметил, что ног у Гидры нет. Её светлое, под цвет пижамы Кая, платье как-то само к подолу переходило в кубики пикселей.

— О. Искусственный разум, — кивнул с понимаем Хаски, вернувшись от ног к макушке. Гидра и в самом деле казалась более расплывчатой и бледной, но не присматриваясь этого не заметить. — Голограмма?

— Скорее душа, получившая бессмертие через перевод её в интернет-формат, — сообщала Гидра, развернувшись к Хаски. — К тому же… Хаски, у тебя полностью электронный дом. Я бы на твоём месте на эту игру перестала меня задирать, иначе тебя начнёт бить током от пола, холодильник будет плеваться в тебя банками с пивом, а из крана будет лить кипяток, как только ты расслабишься и решишь, что всё в порядке.

Глава 6

Хаски довольно быстро закончил с душем. Вернувшись в спальню, нашёл Кая в кровати, в одеяле как коконе. Они так и не решили, кто и где спит, и Кая следовало бы выгнать в гостиную. Но день ещё не закончился, и сам Хаски спать не собирался. Привалившись к дверному косяку, он пожаловался, нарочито по-детски:

— Меня в ванной коротнуло.

— Не коротнуло, — обиженно заспорила Гидра, сливающаяся со стеной и сейчас являющаяся лишь изображением на светлом фоне.

— Ну что ж я врать буду?

— А если будешь, то и правда коротнет, — предупредила Гидра.

— У тебя нигде вилку из розетки не выд…

— Помолчите, — оборвал Кай. Он не поднимался, продолжал лежать, уткнувшись лицом в угол.

— Что-то не так? — понял Хаски, посерьёзнев. Гидра на стену рядом с собой вывела карту человеческого тела и как прогноз погоды стала рассказывать:

— Может, это от того, что кто-то ножи не дезинфицирует прежде чем ими в Кая лезть, а может ему в том центре вкололи что-то… Я не знаю, но у Кая сейчас температура под сорок.

— Заражение так быстро бы не проявилось, — попытался выгородить себя Хаски.

— Ага. Тем более, я заставила его принять антибиотики, пока ты в ванной был.

— Я просто немного полежу и пройдёт. Я же тут вроде как бессмертный, — сказал свернувшийся в клубок Кай. — Могу я сделать это один? Я не могу разнимать вас и потихоньку подыхать. Ругайтесь в другом месте.

Хаски даже не пошутил о том, что Кай в его комнате и на правах наглого гостя занимает его же кровать. Просто кивнул:

— Хорошо. Если что нужно будет — ты зови.

* * *

С четверть часа он смотрел в планшет на кухне, прежде чем на экране микроволновки появилось изображение Гидры.

— Он заснул, — негромко произнесло оно. Хаски кивнул, больше не поддевал, потому что без Кая препираться было скучно.

— Хочешь интересное видео покажу? — предложил Хаски, переворачивая к ней экран планшета. Гидра поморщилась:

— Мне не нравятся твои видео. На них вечно кому-то больно. Ты от этого кайф ловишь, что ли?

— А если больно на видео Каю? — продолжал уже серьёзнее Хаски, развернул планшет к себе, но по его экрану пошла рябь. И уже по напряжённому выражению лица собеседницы Хаски понял, что она смотрит. Когда дело касалось Кая, она не могла отвернуться или предложить рассказать на словах, что на том видео. Но до конца она, как и Хаски, не выдержала.

— Это в той лаборатории? — спросила серьёзно Гидра.