Хаски заблокировал процедурную, оставив гореть на её дверях красным сообщение о том, что идёт операция и вход запрещён. Не только эта комната была стерильна, стерильным выглядел весь мир за окнами. Значки появлялись прямо на поверхностях, всё вокруг было как большой экран планшета. Кай надел респиратор, поднял воротник. Сзади шеи у Хаски был набит считываемый штрихкод, у Кая в этом месте шея была чистой, поэтому он шел, проскальзывая в двери за спиной Хаски, как бы зайцем.

— Я должен заранее предупредить, что не смогу превратиться, — не без сожаления говорил Хаски. На нём тоже был респиратор, и для разговора его пришлось снять, удерживая рукой. — У меня вместо руки протез железный. Во-первых, я буду трехлапой псиной, а во-вторых, мне его хирургическим путём пришивали. Сомневаюсь, что смогу впаять его обратно.

Кай собрался что-то ответить, обернувшись, но его в следующее мгновение сшибло с ног влево, и после Хаски уже запоздало услышал выстрел. Когда Хаски, нажав закрытие двери, оттащил Кая за поворот, по ним уже вели беспорядочную пальбу. Пули отскакивали от пола и стен рикошетом, и когда между полом и стальной дверью осталось несколько сантиметров, металлический куб остановил закрытие и по полу полыхнуло огонем, помещение наполнилось отвратительным запахом горючего и палёной пластмассы. Кай пытался отдышаться, баюкая кровоточащую рану в плече.

И теперь уже, снова с опозданием, свет сменился на красный и включился сигнал тревоги.

— Хитрожопые соплежуи, — выругался Хаски. — Тебя нести или сам пойдёшь? Отсюда уходить надо, пока дверь не вскрыли.

— Сам, — стиснув зубы, отозвался Кай и тут же слишком резко для его состояния поднялся, уцепился на секунду за стену, а затем сразу побежал дальше, в другую сторону коридора. Хаски оставалось только не отставать.

Не сказать, что они наткнулись на засаду. На пути стояли двое в белых халатах, ещё не сообразив, учебная ли это тревога. Кай, которого несколько минут назад такой же вот доктор в белом едва не препарировал, оказавшись рядом с ними выстрелил в голову первого, почти в упор. Потом в переносицу второго, пока тот не опомнился. Бежать в респираторе было неудобно, пришлось оставить его болтаться на шее. Пока Хаски практически с восхищением присвистнул, Кай достал что-то похожее на планшет из рук доктора, левой прихватив его пропуск.

— Я думал, нас найдут позже, — наблюдая из-за его плеча, проговорил Хаски. У него был свой пропуск, но он взял ещё один и у второго доктора, потому что на планшете убитого высветились две ориентировки на беглецов — как раз на Кая и Хаски. При этом Кай был записан у них, как «Проект K.A.I.» — Как-то рано они спохватились.

Кай поднялся, ничего не говоря ему, открыл карту медицинского центра, указал налево:

— Туда. Путь эвакуации.

— А вещи твои?

— Сначала выйдем, потом вещи, — кивнул Кай. Ему сегодня не везло настолько, что за очередным поворотом его убили. Так же, выстрелом в голову с близкого расстояния, притаившийся там военный охранник. Пока Хаски, не веря в происходящее, наблюдал, как падал на бок отброшенный Кай, его свалили с ног, сковали за спиной руки.

Противников было всего трое, но появились они внезапно. Хаски смирно ждал, прислонившись к бетонному полу щекой, пока младший солдат паковал труп в чёрный полиэтиленовый мешок.

— Нафига держать подопытных крыс живыми, если потом приказывают их живьём не брать? Сразу бы головы им разбивали и препарировали, — стоя над Хаски, сверяясь со своим планшетом, рассуждал вслух седой командир. Кая убил именно он. Хаски, внешне спокойный и смирившийся, наблюдал за ним неотрывно, как пиранья океанариума за проходящим мимо посетителем.

— Что он мог? Летать? Гореть? — спросил второй, застёгивая молнию мешка.

— Бессмертный… Нашли чем удивить. Наверное, слишком много знал. Ты сверился с фотографией? Это он?

— Сверишься тут… там половины головы нет. Но судя по тому, что осталось — похож.

Хаски продолжал наблюдать за командиром и когда второй поднял его за скованные руки.

— Этого в расход не надо? — спросил тот, что был за спиной Хаски.

— Связанного? Никакого у тебя спортивного интереса, — засмеялся старший. Они отключили тревогу, перекрыли коридоры для уборки.

— Так мы отпустим, — предложил снова тот, и замер, остолбенев. Пока он находился в ступоре, с дырой в голове упал уже их старший. Державшего его солдата Хаски приложил о стену: отскочив назад, выпрямил спину резко, придавил так, что захрустели рёбра. Парня кое-как спасал бронежилет, но, пока Хаски держал его, подоспел Кай. Этого солдата прикончил так же: выстрелом в голову, без колебаний.

— Бессмертный, да? — засмеялся Хаски, подставив капитану руки, чтобы тот расстегнул наручники.

— В этом мире все бессмертны, — подтвердил Кай. — Ровно до того момента, пока не умрут.

— А ты чуть дольше, — констатировал Хаски, растирая запястья. — Они обеспечили нам выход. Ещё долго не заметят, что… Блин, Кай, ты становишься клептоманом.

— Я коллекционирую пропуска, — ответил Кай, забирая удостоверения у всех троих военных. Хаски и сам не заметил, когда тот успел расправиться с третьим, но у того нож торчал между лопаток. — Очень полезная штука. А ещё штрихкоды, но моя коллекция в камере хранения.

Волосы у Кая были в его же крови, пришлось надеть капюшон, чтобы их спрятать.

* * *

Вещи они забрали практически без шума. Хаски сразу направил на женщину в камерах хранения, похожую на обычную гардеробщицу, пистолет. Та не пыталась их остановить, ведь это уже не её проблемы. Послушно и даже доброжелательно отвела к ячейке, своими ключами открыла, и Кай забрал оттуда небольшую сумку. Расстёгнул и проверил содержимое: белую флешку, несколько прозрачных наклеек со штрихкодами, телефон и кошелёк. Мобильный Кай выкинул в ту же ячейку.

— Знаешь, — уже на лестнице произнёс Кай. — Она, пожалуй, снова поднимет тревогу.

— Предлагаешь вернуться и добить? — оживился заигравшийся Хаски, и Кай, снова занимавший оборонительную позицию у него за спиной, токнул его вперёд:

— Предлагаю идти быстрее.

На подземной стоянке Хаски ждал чёрный мотоцикл, который выглядел настолько круто, что Кай даже остановился, чтобы осмотреть. Хаски снял с сидения такой же чёрный шлем для него, и Кай снова завис.

— Ты умеешь водить? — поинтересовался Кай, надевая шлем.

— Приехали. Мне за двадцать. У меня и права есть, — как бы обижаясь, а на самом деле с гордостью ответил Хаски, права получивший только на днях.

Кай сначала наклеил на шею один из штрихкодов, а потом уже сел за спину Хаски. Мотоцикл сорвался с места, с рычанием выехал с подземной парковки, и их выпустили, не задерживая. Не блокировалось больше никаких дверей, более того — был открыт шлагбаум на входе. А выбравшись, Хаски смешался со скудным потоком машин в трёхъярусной дороге.

* * *

— При побеге они убили шестерых. Трое из них — военные, — говорил седой старик. В этом мире непривычно было видеть старого человека, и Акросс сначала рассматривал его, потом перевёл взгляд на видео с камер слежения. — Проект «Кай» был бессмертен до того, как всё человечество стало бессмертным. Более того — у него только одно слабое место. Его, как вампира, можно убить через сердце. Он отращивает конечности, оживает, воскресает. Таких бессмертных было порядка пятидесяти в мире, из них свободны только шестеро. «Кай» сдали нам недавно и очень глупо так вот его потерять. Помогает ему другой проект лаборатории. У нас были опыты по внедрению людям животных качеств.

— И его скрестили с собакой, — кивнул Акросс. Из-за спины раздался сдержанный смех и шёпот.

— Именно. Ему пытались привить верность, но его хозяин предал страну. Он присоединился к хозяину, за предательство его лишили руки, но, похоже, он обошёл закон об отказе в протезах осуждённым за измену. Потому что тут у него две руки.

— Которая? — спросил Акросс.