— Что это было?

— Он вписался, — ответила Вега, словно это что-то объясняло. Сама немного обдумав, что должна сказать, пояснила: — Стал частью этого мира. Не смог успокоиться и отомстил.

— И как же тут нужно себя вести, чтобы такого не случилось? — спросил Кай, делая зачем-то вид, что его это совсем не волнует. Но Вега наконец обернулась к нему, ответила уже глядя в глаза:

— Ты тут не так давно… К тому же ты для этого мира чужеродный.

— Я думал о Тиме, — тише ответил Кай и направился спокойно к автомату. Вадим уже каким-то немыслимым образом вписался в дверь подъезда и тихо двигался вверх, его новое белое тело мелькало в окнах. Когда Кай наклонился поднять автомат, надеясь, что там еще остались патроны, на оружие опустилась лапа, похожая на заросший илом пень с длинными когтями. Всерьез испугавшись, Кай отшатнулся. Из-за «памятника» выбирался осторожно и плоскоголовый, из тех, что все это время преследовали его. Плоскоголовый двинулся прямо к Каю, которого удалось отогнать от оружия, рядом с Вегой от угла здания отделился силуэт похожего на ветку существа. И не только — из мглы выступали еще и еще фигуры, они окружили двор, и просвета среди них не было видно. Вегу они оставили на месте, даже не заметили, и она дрожащим голосом позвала:

— Кай!..

Но она уже не могла помочь. Плоскоголовый подбирался постепенно, словно спугнуть боялся, круг сужался. Каю было слишком страшно, чтобы ждать, чем все это кончится, за его спиной снова заклубился воздух, из этого маленького смерча появился Легион.

Плоскоголовый пригнулся, тех же, кто был за ним, срезало. Тела попадали на землю, как яблоки, для остальных это стало сигналом, и монстры, которых было уже не три, а больше тридцати, лавиной бросились вперед, словно Кай вышел из мелового круга. Он успел заметить, как Вега сорвалась с места, побежала к нему, но быстро затерялась среди общего месива. Очень грамотно, ценой еще нескольких жизней, Кая отделили от Легиона, и пока, он бушевал где-то в стороне, Кая повалили на песок двора, прижали к плотной, твердой как камень земле. Плоскоголовый наклонился над ним, длинными пальцами, похожими на спицы, поддел респиратор и сорвал с лица. Кай задержал дыхание. Сзади еще бушевало, но лязгало так, словно Легион дрался с чем-то железным. Помочь Каю он явно не спешил, или не мог. Веги тоже не было видно. И Кай чувствовал, как сворачивались вовнутрь легкие без воздуха, а плоскоголовый все ждал, вглядываясь в его лицо.

Когда перед глазами заплясали черные точки, а на помощь никто так и не пришел, Кай выдохнул. Время дальше потянулось еще дольше, чем когда он не дышал — плоскоголовый на секунду наклонился ниже, словно вслушивался в шепот, потом издал какой-то звук, похожий на пронзительный писк, в котором явно читалось торжество. Остальные вторили ему, и уже даже Легиона слышно не было, словно со всеми этими монстрами Кай остался один на один, и он только предполагал, что будет дальше. Сожрут казалось уже не такой уж и страшной перспективой, пугало что его не стали убивать сразу, и даже теперь только держали…

А потом стало тихо, словно все разом пропали. Кай на секунду понадеялся, что стал рушиться мир, но вместо треска стекла он слышал стрекот, какой издает сухая трава или гремучая змея.

Он еще успел заметить, как растворился Легион. К Каю подскочила Вега и, пользуясь общим оцепенением, подхватила под мышки и попыталась вытащить из-под существа. С краю, около заросшего травой поля, которое уходило за здания, стояла сколопендра. Часть тела она свернула кольцом, но на два метра поднялась над землей и угрожающе стрекотала жвалами, а потом плавно, как волна, двинулась в сторону Кая. Вега стала помогать активнее, да и Кай уперся в землю, попытался сам себя вытащить, как из завала. Плоскоголовый забыл про него, поднялся, развернувшись к сколопендре, и уже ей что-то визжал на своем, пронзительном языке. Остальные тоже, заметно прореженные, кто-то лишенный конечностей и уже истекающий кровью, переключились на сколопендру. Опершись на Вегу, Кай смог быстро подняться и, не тратя время, на этот раз перехватив помощницу за запястье и потащив за собой, почти бегом направился к зазору между зданиями. Прежде чем скользнуть за угол, обернулся на секунду. Вадим наблюдал одним глазом из подъездного окошка второго этажа. Второй глаз маленький оконный проем в себя вместить не мог. Сколопендра активно работала жвалами, расшвыривала окровавленные туши вокруг себя, они шмякались о стены домов и сползали на землю, оставляя за собой красный след.

Кай с Вегой скользнули в угол между домами, чтобы затеряться в городе. За спинами бушевал кровавый ураган, в центре которого была огромная сколопендра.

* * *

Никто из них не зажигал света. Респиратор остался там же, во дворе. Вега закрывала Кая от тех монстров, что пытались им интересоваться — пока несмело. Всех пугали шум и крики, такого побоища видимо давно не было, и монстры воспринимали Вегу с Каем как зачинщиков, но благодаря этому они смогли вернуться в логово.

Кая мутило сегодня как никогда. Вега еще по привычке гремела в темноте посудой, потом что-то железное грохнулось об пол и стало тихо. После этого Кай без спешки стянул с себя жилет, и понял, что собирался спать, как и всегда, когда они возвращались. Он совсем забыл, что проснулся только недавно — случилось столько всего, что хватило бы на все то время, что они здесь пробыли. А еще казалось, что закончилось что-то. Даже не мир, нет. Такое чувство было у Кая, когда он понял, что Хаски предал его. Или когда он узнал о смерти Гидры. Даже возможность все исправить не спасала.

Хотелось бежать из этой реальности. Бросить все и проснуться в другой. Что бы там ни было — мудацкий Акросс и его скатившиеся приятели, ставшие садистами? Годится, проходили. Труп Акросса где-то так далеко, что даже мать похоронить не сможет — только что оттуда.

Было так тихо, что казалось и Вега снова исчезла. Кай испугался, что прогнал ее. Поспешно, едва не уронив, зажег фонарь, и свет выхватил девушку, как какого-то призрака японского хоррора, и Кай, до этого искавший ее, вздрогнул, но тут же успокоился. Хотелось всех напихать в этот сарай — Хаски, Гидру, Дроида, Акросса, да даже Легиона. Даже если бы их пришлось связать, чтобы они не перебили друг друга. Впервые здесь Каю было мало одной только Веги. У нее же блестели щеки, она старалась держать лицо в тени, стояла, приложив ладонь тыльной стороной к губам.

— Ты все еще хочешь идти к реке? — спросила Вега.

— Да, — кивнул Кай. Теперь он тут был призраком, которого, казалось, не трогал этот мир. Спокойным и собранным.

— У тебя нет больше респиратора.

— Ну и монстров в городе станет поменьше… Откуда их столько? Было же трое…

— Их всегда было столько, не могли же они такой кучей за тобой ходить… Наверное, я виновата.

— Ты хотела ему помочь, — возразил Кай. — Хотя бы ему ты хотела помочь… И мне помочь — я не смог бы его отсюда вытащить, он уже мертвый. А они рано или поздно дождались бы, когда у меня закончатся патроны или кто-то выбьет у меня автомат.

Вега вытерла ладонь о рубашку и снова приложила к губам, собирала на нее слезы с щек и думала, что Кай не заметит.

— Я не смогу вас понять… ни тебя, ни Тима… Никого здесь. Я не представляю что это такое, когда ты еще можешь жить, когда у тебя еще столько времени впереди, а кто-то… кто-то отнимает это.

Лениво, будто гранитные плиты ворочал, Кай сложил два и два. Тим оказался в этом аду после того, как его избили до полусмерти. Кай попал в другой ад, но и этот тоже мог ему подойти — рана в груди иногда зудела, иногда пульсировала болью, но не было такого, чтобы Кай не чувствовал ее совсем. Вадим и девушка в лесу. Тим. Кай понимал, почему монстры ничего не могли сделать Веге, но продолжали бросаться на него. Не знал только, за что им все это.

— Мне нужно время… Да и там должно пройти время. Потом мы пойдем к речке. Найдем Тима.

И всё. Кай больше не утверждал, что сможет его отсюда вытащить.