Вчера Кай старался двигаться строго линиями, не плутать, сворачивать около ориентиров. Раньше лес ему нравился — в детстве с мамой ездили к бабушке в деревню, а там от железнодорожной станции нужно было еще сквозь лес пройти. По широкой тропинке, по которой даже машины ездили. Так что бояться было нечего. Днем.

Первую опасность Кай заметил сам — сначала решил, что нечто рогатое прячется в ветках деревьев и обошел, но огорченное неудачной охотой существо зашевелилось, оказалось, что оно пряталось за деревом, но на него не забиралось. Оно само по себе было больше двух метров ростом. Связываться с Каем после того, как его заметили, оно не стало, снова затаилось. Вчера Кай старался не углубляться сильно в чащу, потому и идти ему нужно было недолго, как раз перед утренним осмотром успел бы. Хоть бы Тим оказался в городе или появился бы в этой реальности при нем. Потому что Кай мог осторожно забраться в лес с краю, но чем глубже в него, тем страшнее было.

Когда он услышал шаги, сначала решил, что это Вега все-таки пошла за ним. Но, остановившись и прислушавшись, понял, что это с другой стороны, слева от Кая, который старался идти спиной к месту, где вошел в лес.

На этот раз оно не пряталось — среди деревьев угадывалась человеческая фигура. И в который раз, встретив тут что-то, хоть отдаленно напоминающее человека, Кай начал всматриваться, пытаясь угадать знакомые черты. Но у существа были волосы до плеч — лохматые, как у лесной ведьмы. А еще Кай, пока она приближалась, разглядел белую кожу, белки глаз с кровоподтеками, как при сотрясении мозга. Это была девушка, платье на ней оказалось порвано на животе, и при каждом шаге оттуда выпадали осенние листья, словно она была игрушкой, ими набитой. Она остановилась в метре от Кая, стояла босиком на земле, и вообще казалось, что до недавнего времени была закопана, хоть и неглубоко.

— Я ищу человека, — решил попробовать Кай. — Высокий. Светловолосый. Пострелять любит.

— Я тоже. Жду людей, — заклокотало существо, при звуках голоса утратившее сходство с человеком. — Но те не стреляли. Те резать любили.

— Что ж… Удачи, — кивнул Кай, правда искренне желая ей встретить их. Существо продолжало ждать, пока Кай не прошел дальше, и только после этого продолжило путь. Оно словно боялось или не доверяло. Кая же снова озноб продирал, и он не хотел знать на этот раз ни почему она здесь, ни как тут оказалось, хотя это и могло бы помочь ему разобраться, как в этот ад попадают души.

Земля была еще свежей. На большом камне сидело что-то, похожее на поплывшую белесую жабу — та же скользкая кожа, но очертания размытые. Смотрело слепо, куда-то вверх, и на Кая не реагировало. Он, стараясь держаться к животному лицом, принялся разгребать землю, надеясь, что ему повезет, и он не начал с того края, под которым были ноги. Если те, кто это вчера закапывал, вернутся, да хоть и еще кого-то закопать, то Каю придется бежать.

Без лопат, голыми руками, это заняло гораздо больше времени и сил, чем Кай думал. Но респиратор при постороннем монстре он не снимал, опасался. Пытался сохранить нейтралитет. К тому же какой-то инстинкт показывал, что в лесу надо вести себя тихо. Видимо из-за той тишины, которая в нем царила. Такой даже в реальности не было.

Когда Кай добрался до черного пакета, белесое существо опустило взгляд на него, но по-прежнему с места не трогалось. Переждав, чтобы убедиться в этом, Кай разорвал пакет, уже по форме понимая, что копал правильно. И вздохнул с облегчением — это был не Тим. Там было что-то такое же безликое, с похожими на резину волосами, как и те двое, что вчера это закапывали. Даже через фильтр просочился сладковатый гнилой запах. Кай отодвинулся, потянулся к куче дерна, которую выгреб, и тут же в панике на метр отполз от того места. То, что раньше только смотрело, теперь как-то разом оказалось у самой ямы. Пока трясущимися руками Кай снимал с предохранителя автомат, белое опустило морду в яму и зашевелилось, захрустело влажно и мерзко. Живой человек ему не был интересен, а вот мягкая подгнившая мертвечина — другое дело. Кай отряхнул руки, вернул автомат на предохранитель и поднялся, все еще ощущая дрожь в теле, но уже не такую сильную.

На выходе из леса кроме Веги его ждала та же компания, снова спрятавшаяся по ямам и лесам. Их опять было трое, только из прежних остался тот, с плоской головой. Остальные: небольшой заросший щетиной пенек с короткими лапками и щепка, которая была метра два в длину. Они старались слиться с пейзажем.

— Не он? — спросила Вега, которая не знала ни о том, что вчера в лесу видел Кай, ни о том, зачем он решил вернуться. Но Кай привык к этому — что-то вроде остатка от ее силы. Вега по-прежнему знала все.

— Нет, — ответил Кай. После ватной тишины леса город казался слишком шумным, похожим на сарай, в котором была заперта всевозможная живность вся вместе: и куры, и свиньи, и собаки, и птицы. Кай не сразу понял, что скорее всего у кого-то из здешних обитателей драка. — Мы проверили башню. На другой стороне города есть старый завод. Единственное здание со стеклами. Давай сегодня там посмотрим, — закончил Кай. Отдыхать он пока не собирался, а значит и следившая за ним компания была пока не страшна. К тому же Кай уже в красках представлял, как подсунет одного из них следующему монстру, что на него нападет. Даже надеялся, что это будет сколопендра — у той жвала были такие, что Кая могли пополам перекусить. Может, сытое оно было бы поспокойнее.

Шумело в грязно-серой пятиэтажке. Кай пытался в окнах что-то высмотреть, пока они проходили мимо — Вега впереди, он чуть отстав. Внутри метались тени, и то затихало, то начинало снова визжать, будто жаловалось. Скорее всего, не поделили что-то…

Кай остановился, предупредил, снова удобнее перехватывая автомат:

— Я проверю.

— Кай, это их дела, — напомнила Вега, но без особой уверенности в том, что сможет его переубедить.

Пол в здании был покрыт белой субстанцией, похожим на канцелярский клей. Местами эта липкая масса поднималась выше, заливала стены, тянулась нитями к окнам. Спорили на третьем этаже, и Кай не собирался вламываться и жаловаться на шум, поэтому крался осторожно.

В большом зале, словно половина этажа была лишена стен, спорила кучка существ: один черный, с хитиновым панцирем и выростами на спине, стоял так, словно очень хотел бы опуститься на четвереньки, но руки были нужны для защиты. Мелкие существа, что-то среднее между крысами и собаками, визжали, ругаясь, и пытались то напасть на него, а скорее просто припугнуть, то вытащить из-за его спины белый плотный сверток. Из этого свертка торчали, залитые лишь частично, человеческие пальцы… Сначала у Кая сердце в желудок упало, но стоило подумать о свертке как о ком-то мертвом — и почему-то отлегло. Тут же пришло осознание, что это может быть Тим, которого он мало того, что не спас, теперь и проверить не сможет. Что же ему, с этими драться, чтобы на лицо взглянуть, а потом сказать: «Ладно, не мешаю, кушайте».

Но как Каю полегчало, когда он принял жертву за мертвую, так тут же и всколыхнулось вновь, с еще большим ужасом, когда пальцы слабо пошевелились.

Спорившие разом обернулись, когда Кай сделал выстрел в потолок: для начала один. Некоторым хватало, чтобы разбежаться. Но тогда у них не было добычи за спиной. А мясо человеческое тут, судя по всему, попадалось редко. Другое дело, что Кай не был уверен, что существа различали для себя — мясо монстров или человека, и считали какое-то вкуснее. Мелочь сдалась, бросилась в рассыпную, кто-то даже в окошко, хотя этаж был третий. А вот насекомое выпрямилось, раскладывая при этом еще три пары паучьих ног, которые раньше были сложены на пузе. Мелочь он не считал серьезным противником, а вот против Кая решил блеснуть. Теперь огромный паук, достававший верхними лапами до потолка, нижними собирал белое со стен и пола, видимо подумав, что ему повезло, и еда сама идет в логово…

* * *

Вега швырнула камень в жердину, та спряталась лучше, остальные тоже попытались срастись с землей. В здании за ее спиной послышалась автоматная очередь. Обычно Кай старался стрелять одиночными, экономил патроны. Значит, наткнулся на что-то серьезное. Тогда Вега решила проверить, не нужна ли ему помощь. Но, когда дошла до лестницы, Кай уже тяжело тащил по ней странный белым сверсток и через каждые три ступеньки фыркал и брезгливо вытирал руки.