— Чем Легион там занимается? — спросила, словно бы у Барса с Тимом, Щелочь, закрыв камеру, из которой змейкой выпала масляно-черная пленка.

— Огребает, — прыснул Барс, хорохорясь от того, что бить его сейчас было некому. — Ему не привыкать!

Тим, видимо, думал иначе, потому что тут же попытался из положения лежа допрыгнуть до двери, словно живая выброшенная на берег рыба. Схватив его, Кощей едва не вывернул Тиму руки. Здание продолжало мелко подрагивать, Тим как заведенный все еще пытался вырваться…

А потом дверь без спешки открылась. Дроид и Гидра стояли на пороге как двое молодоженов, пришедшие в свою новую квартиру и обнаружившие там всю эту братию. Пока Кощей и Щелочь (но не Тим) застыли, не зная, стоит ли с незваными гостями говорить или сами сбегут, оба чужака вошли в комнату, в один синхронный шаг, встав полубоком спина к спине. Тим сплюнул кровавый сгусток на пол, практически себе под нос, и замер. Прежде, чем кто-то успел уточнить хоть что-то, Дроид скомандовал:

— Тощего! — и оба бросились на Кощея, больше похожие на собак, вцепившихся в чучело. Но Кощей пошатнулся, от неожиданности выпустил Тима, едва не упал на Барса, и тот отскочил в сторону, окончательно разломав на составляющие стул. Тим щекой задел косяк двери, врезался в нее плечом, но быстро вывалился в проем. Щелочь успела только потянуться в его сторону, Кощею же и вовсе было не до того. Тим едва не скатился по лестнице, но внизу его поймала Вега, удержала за плечи.

— Где Акросс? — спросил Тим, отфыркиваясь кровью вперемешку со слюной. Вега попыталась руками утереть его, но он только дернулся раздраженно. Сам услышал — новый грохот, звон разбившегося стекла. Все здание покачнулось.

— Дай развяжу, так ты ему не поможешь, — попыталась снова Вега, и Тим, раздраженно цыкнув, повернулся спиной, подставив руки. Вега возилась слишком долго, а из той части здания, откуда-то даже с улицы, послышались выстрелы. Тим напрягся, как охотничий пес. Он попытался выкрутиться из проволоки сам, зацепился вместо этого за одежду Веги.

— Успокойся, — попросила Вега. — Ты делаешь только хуже.

Она прислушивалась и к грохоту сверху, и к драке на улице. Тим же только и ждал, когда освободятся руки. Но Вега по-прежнему не спешила, будто время тянула…

* * *

Хаски схватил Кая, закрыв собой, и вместе с ним, спиной вперед, выскочил в окно. Выбора не было — иначе их погребло бы под обломками. Но после этого Хаски уже не мог спасти капитана — упал животом вниз на желтую траву. Осколки торчали из спины, и собачьей морды уже почти не было видно — просто Хаски. Он с силой ударил кулаком по щиколотке поднявшегося Кая, крикнул:

— Беги!

Кай не мог бежать — здание проседало с этого края, с пролома, из которого вылезало существо. Дом мог остаться стоять так, с дырой в стене, а мог рухнуть, похоронив под собой обе команды. Да и бросить Хаски Кай не мог. Проверил оружие — оставалось пять патронов.

В существе был единственный плюс — оно двигалось без спешки, в полной уверенности, что жертва никуда не денется. Сейчас оно спокойно выпрямлялось, оказавшись около трех метров в высоту. Кай, постаравшись успокоиться, прицелился и выстрелил в лицо. Одна пуля попала под глаз, заставив существо моргнуть, вторая в руку, которой оно загородилось.

— Думаешь я не знаю, — сказало существо голосом отца, будто ни к кому и не обращаясь, — он не похож на меня… Он не мой. Что я чужого выродка растить теперь должен? Как лох.

Сейчас, с черными волосами Акросса, в Кае как раз стало больше от отца, но существу было на это плевать. Оно воспроизводило воспоминания, как будто старую пленку разматывало. Опустило руку и в лице его проскользнуло что-то настолько знакомое, что у Кая дернулась рука. Третья пуля пробила переносицу, и все равно это было как в бетонную стену стрелять. Кай почти отчаялся. Хаски лежал к существу ближе, и оно, по-прежнему никуда не спеша, сомкнуло на его голени руку землистого цвета и жутким, истеричным голосом матери воспроизвело:

— Щенок?! Щенок, Саша?! Ты мало мне нервов вымотал, теперь еще и щенок?!

Кай знал, что произойдет дальше. Вспомнил так отчетливо, словно это произошло только вчера. Снова выстрелил, и на этот раз последние две пули попали в глаз… но это не остановило существо. Оно так же спокойно тянуло Хаски к себе и — вверх, чтобы со всего размаха бросить о землю. Отчаяние и страх оказались настолько сильными, что мир остановился. Пока Кай пытался отдышаться и что-то придумать — от него самого, но его не задевая, и от существа пошли две мелкие трещины.

— Стоп, — скомандовал Кай им. Он не знал, что делать, но не мог допустить, чтобы мир рухнул. Тим и Барс были еще живы, да и Вега… Кай еще мог сделать этот мир счастливым, родным. Трещины послушались, они блестели как паутинки в лучах остановившегося солнца. Кай до крови кусал губы, не зная, что придумать. Не хватало сил удержать этот мир, он мог только рушить.

— Что? Твоя собственная сила пытается тебя убить? — голос был насмешливым, Кай поморщился как от боли. Проверил, не прибавилось ли патрон — не прибавилось. — Наворовал чужой силы и теперь сам с ней справиться не можешь.

— Разве ты все еще моя сила? — раздраженно спросил Кай. Он спиной чувствовал присутствие Легиона, и это было для Кая логично. Потому что мир рушился, как тут без Легиона. Но казалось, стоит запустить время, и Легион снова исчезнет.

— Да, — просто ответил Легион. — Которой нужно победить еще одну твою силу… Ты дерешься сам с собой, Кай. И… ты правда думал, что страх перед отцом, который спьяну не мог держать себя в руках, сильнее страха перед смертью?

Мир вернулся к прежней скорости, трещины так и остались просто паутинками, которые так же легко опали. Первым же ударом Легион отсек существу руку, которой оно держало Хаски. Та опала на траву комьями грязи. В лице противника появилось что-то вроде удивления. Казалось — он видел только Кая, смотрел сквозь Легиона, и не понимал, откуда у мальчика, который до этого мог только жалить пулями, взялась такая сила.

— Но это твой страх, Кай, — вдохнул Легион. — Поэтому меня ты можешь приручить. А его — нет.

Легион сделал три удара — горизонтальный, наискосок от плеча к поясу, и менее широкий через голову, от виска к подбородку. Существо так же рассыпалось сырой глиной, оплывало и будто впитывалось в землю. Напротив Легиона снова стоял просто отец — слабый и напуганный, пытающийся разглядеть, откуда идет опасность. Хмыкнув, Легион занес оружие большим полукругом, махнул лезвием лениво — и отец опал на землю двумя кусками мяса. Кай даже не задумывался о том, был это настоящий отец или придуманный им.

Со спины потянуло ледяным. Чувствуя это, как опасность, Кай осторожно обернулся. Успел заметить Акросса: тот в каком-то сером помещении сидел у стены, опустив голову на грудь и раскинув ноги. Первым порывом было подойти, и на эту секунду Кай забыл все — и что он здесь вместо Акросса, и как тот в прошлой вариации нагнал страху на его команду. Кай только полшага сделать успел, и тут же споткнулся от оклика:

— Акросс!

Тим бежал к нему, и смотрел только на него. Кай успел заметить только, что комната пропала, теперь у пролома в стене стоял только он и… и Легион. Кай не за того боялся — он думал, что сейчас на Легиона бросится Тим, но вместо этого Легион как-то нехорошо улыбнулся и занес косу над головой. Каю увидел воспоминания брата как свои собственные в этот момент — лезвие, разрезавшее Тиму грудную клетку. Ужаса перед тем, что это может повториться, хватило, чтобы Легион просто исчез — как не было. Коса пропала так же бесследно. Тим, остановившийся и приготовившийся к драке, замер, глядя туда, где только что стоял враг. Там же темнело пятно кирпичного цвета. А Хаски — не было.

Из пролома в стене осторожно выбрался Барс, на ходу пытавшийся остановить кровь из носа. Следом — Вега, которая и ему тоже старалась помочь, но только больше пачкала его кровью Тима, которого оттирала до этого.