Я хотела спросить у Тинар-тея, что он имеет в виду, но к нам уже подъехал наемный экипаж, и мы стали грузить в него покупки. Кое-что из товаров осталось в магазине, так как мы физически не могли все унести. А я говорила Тинар-тею, что одного легкого пакета мне мало, но он заявил, что таскать тяжести — не женское дело.

Когда все покупки были погружены, мы поехали домой, а по приезде направились в теплицу. Там все разложили и приступили к анализу почвы. Тинар-тей взял стеклянную пробирку, набрал в нее земли, следом залил специальную жидкость и стал ждать.

Ранее я в таких экспериментах не участвовала и не знала, что за этим последует, но Тинар-тей чувствовал себя уверенно. И пока жидкость растворялась в почве, я еще раз осмотрела погибшие цветы. Выглядеть они стали еще хуже. Удивительно, обычно должно пройти время, чтобы визуально растение показало, что погибло, а тут складывалось впечатление, будто они месяц стояли в сухой земле, без питательных веществ и воды.

Однако как бы я ни старалась, что бы ни делала, спасти цветы у меня никак не получится. Через несколько минут Тинар-тей произнес:

— Посмотри.

Я обернулась и вгляделась в пробирку, в которой почва была кроваво-красного цвета. Выглядело это пугающе.

— Что это значит? — поинтересовалась я. — Моя версия подтвердилась?

— Не просто подтвердилась, — задумчиво пробормотал Тинар-тей и посмотрел в другой конец теплицы. — Давай избавимся от этой гадости и посадим новые саженцы.

С этим я была полностью согласна, поэтому мы сразу же приступили к делу, а работа в четыре руки шла быстрее. Тинар-тей не боялся испачкаться и действительно помогал, но через час он сообщил, что ему нужно уехать.

— Я вернусь в город, чтобы забрать твои наряды. Наверняка они уже готовы, — сообщил он.

Я смущенно покраснела, так как совсем про них забыла, полностью погрузившись в работу.

Так что Тинар-тей ушел, а я продолжила работать и пришла в себя только тогда, когда желудок болезненно сжался. Лишь сейчас я вспомнила, что даже поесть за сегодня не успела. Если так будет продолжаться и дальше, то, вероятно, я заработаю себе гастрит.

Но и оставлять цветы без присмотра я не хотела. Если землю однажды отравили, то могут это сделать повторно. В этот раз мы купили всего лишь по одному саженцу каждого растения. Смысл снова тратиться, если цветы вновь могли погибнуть? И так как саженцы не заняли много места, я поставила их в самый дальний угол стеллажа и закрыла различным садовым инвентарем, чтобы от входа их не было видно. Удостоверилась, что саженцы в безопасности, и отправилась в столовую искать для себя что-нибудь съедобное.

Но еще не дойдя до нее, я услышала разговор на повышенных тонах, который доносился из гостиной.

— Ты забыла, на кого работаешь? — возмущалась Ленвира-таным. — Это я плачу тебе жалованье, так что ты обязана выполнять все мои просьбы.

— Но позвольте… — хныкала ее горничная. — Я не смогу…

— Подслушиваешь? — сзади меня раздался язвительный голос.

От испуга я вздрогнула, но быстро привела свои эмоции в порядок и обернулась к Фильтине.

— Нет такой привычки, — уверенно заявила я. — Просто мимо проходила.

— Ну, ты сильно не зевай, — усмехнулась девушка, — а то не только без цветов останешься.

— Ты мне пытаешься о чем-то намекнуть или говоришь прямым текстом? — я мгновенно подобралась и серьезно посмотрела на Фильтину.

Она же, получается, мне в лицо говорит, что именно она отравила землю. Но этого мало, нужны доказательства.

— Тут и намекать не стоит, — фыркнула она. — Таких, как ты, Астра, я насквозь вижу. И знаю, что говоришь ты больше, чем делаешь, поэтому зря Карвен-тей на тебя надеется. Ой как зря.

После этих слов Фильтина с гордым видом вошла в гостиную. Разговоры Ленвиры-таным и ее гувернантки сразу прекратились, а я вспомнила, что собиралась поужинать, и направилась в столовую.

На кухне как раз никого не было, поэтому какое-то время я ела в гордом одиночестве, но затем ко мне присоединился вернувшийся из города Тинар-тей. В руках он нес объемную коробку, перевязанную атласной голубой лентой, и я сразу поняла, что там находятся мои платья.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я и приняла его подарок.

Осталось только придумать, куда можно такие наряды надеть, потому что работать в них я явно не буду.

— Рад, что смог тебя порадовать, — улыбнулся Тинар и посмотрел на меня так, что я мгновенно покраснела.

Платья очень хотелось посмотреть и померить, но прежде я решила поухаживать за Тинар-теем, наверняка он проголодался не меньше меня. Так что я организовала ему ужин и составила компанию.

— Как новые цветы? — поинтересовался он. — Получилось их высадить?

— Да, — кивнула я и, придвинувшись к Тинару, добавила уже шепотом: — Скажу вам по секрету, я их спрятала. Никто не знает, что мы купили новые саженцы, но рисковать не стоит.

— Правильно, — согласился со мной Тинар-тей.

— А что вы сделали с результатами анализа почвы?

— Я отдал их своему другу. Он специалист в этом деле и сможет выполнить необходимую проверку без лишних свидетелей.

— К чему такая скрытность? — удивилась я.

Но на этот вопрос Тинар-тей не ответил. Он поблагодарил меня за ужин и сообщил, что ему необходимо уехать, поэтому пару дней его не будет.

Настроение у меня от этой новости испортилось, но я заставила себя не унывать. Не нужно интерпретировать хорошее отношение как симпатию. Ведь Тинар-тей действительно ко мне добр, а мне так приятно, что я начинаю к этому привыкать.

После его ухода я все прибрала, а коробку с нарядами спрятала под кровать. Слуги уже заканчивали с работой, так что светить перед ними платьями я не хотела. С них станется в дальнейшем изрезать ткань или сделать еще какую-нибудь пакость.

Но пакость случилась намного раньше, и не с моими нарядами. Во время ужина Синатре-таным стало плохо, у нее появилась какая-то аллергическая реакция. Она была такой сильной, что целитель на дому не помог, и Синатру увезли в местную больницу.

Было очень жаль девушку, и тут я вспомнила разговор между Ленвирой-таным и ее горничной. Хозяйка дома просила что-то сделать девушку, что-то… что довело ее до слез.

А вдруг из-за этого Синатре-таным стало плохо? Может, они чем-то испортили ее еду?

Я так из-за этого переживала, что на следующий день решила рассказать обо всем Карвен-тею, но не успела. Он с утра уехал на работу, зато за завтраком я услышала много интересного. Две девушки, помощницы главной кухарки, сплетничали, что Ленвира-таным ночевала сегодня у Озан-тея в спальне. Будто бы одна из них заходила, чтобы разбудить Озан-тея, и увидела интереснейшую картину.

Стало все понятно. Стоило Синатре выйти за порог, как ее место уже заняли, хотя… на моей памяти она с Озан-теем никогда не ночевала. У супругов были разные спальни.

Слух, видимо, дошел и до Фильтины, потому что оставшийся день она ходила злая и раздраженная. А я проверила свои цветы и была приятно удивлена. На этот раз они не были испорченными.

Однако радовалась я рано.

Каждое утро я проверяла цветы и радовалась. Приобретенная почва оказалась плодородной, Фильтина мои саженцы не нашла, так что я спокойно наблюдала, как цветы растут и развиваются.

Синатру-таным выписали из больницы и привезли домой, но была она в очень плачевном состоянии, и, что удивительно, целители не нашли и причину, и очаг воздействия.

Но самое ужасное — это наблюдать, как Озан-тею было все равно на свою супругу. Он проживал свою лучшую жизнь, пока она не вставала с постели. Встречался с друзьями, шутил с прислугой, а пару раз я даже замечала, как он зажимал по углам Ленвиру-таным.

Карвен-тей слишком много работал в последнее время, поэтому эти двое даже не скрывались, прекрасно зная, что им все сойдет с рук. Из слуг никто не посмеет рассказать хозяину об увлечениях жены и сына.

От этого мне было очень жаль Синатру. Зачем Озан-тей женился на ней? В отместку Тинар-тею? Невооруженным глазом было заметно, что брата он недолюбливает. А может, завидует? И вот это маленькое присвоение чужого греет его душу?