Массажный салон находился недалеко от отеля. Я доехала на такси, не успев промокнуть под усиливающимся дождем.

Администратор выдала мне анкету, и я заполнила бумагу от имени Люськи, дабы не путать сотрудников. Агнешка в салон же записала племянницу, а пришла я. Из вазочки менеджера я взяла две леденцовые конфеты. Одну разгрызла сразу. Затем меня проводили в кабинет с табличкой на двери — Ковалев Денис Львович.

За ширмой я разделась и накинула халат. Колготки решила не снимать: не хотела светить голым задом. Тем более я пришла на массаж спины. До моих ног Денису не должно быть никакого дела. Чтобы снизить тревожность перед процедурой, я засунула в рот вторую конфетку.

Дверь открылась, и в кабинет вошли.

— Люсьена Вадимовна, прошу на кушетку! – услышала я приятный мужской голос.

«Давай, Николь! Расколи этого мерзавца, подставившего Агнешку! Включи обаяние и интеллект, и пусть убийца сознается!» - натянув улыбку и поправив волосы, я вышла из-за ширмы.

Возле массажного стола стоял высокий шатен с крепкими руками. Я скинула одеяние и, прикрывая руками голую грудь, с трудом залезла на кушетку, отклячив зад. Голову поместила в углубление стола, чувствуя себя полной дурой.

«Худая корова еще не газель», – кстати вспомнила я народную мудрость.

— Люсьена Вадимовна, колготки нужно снять! – услышала я обращение Дениса.

– Мне только спину проработать, – запищала я, вытаскивая лицо из дырки стола.

– Если вам некомфортно, я накрою вас простыней. Но ноги нужно оголить, – услышала я вежливую просьбу.

Пришлось приподниматься, слезать с кушетки и снимать колготки. Массажист стоял ко мне спиной, расправляя простыню. Быстро стянула капронки. Чтобы не задерживать человека и не бегать голышом по кабинету, я свернула изделие и положила на стул возле кушетки.

Опять расположилась на массажном столе и сообщила:

— Я готова!

«Блин, леденец во рту медленно рассасывается, а разгрызть неудобно», - расстроилась я.

— Что вас беспокоит? – прозвучал голос Дениса Львовича, и мое тело укрыли простыней ниже спины.

Затем на мои плечи легли теплые мужские руки с массажным маслом. Я непроизвольно вздрогнула.

«Ну, мать, начинай! Прояви ум и твердость!» – мысленно дала я себе команду.

— На днях я каталась на яхте и сильно потянула руку. Болит плечо, – жалобно, но с долей кокетства сообщила я.

— Какое плечо? – задал вопрос массажист.

— Мое, – в удивлении ответила я и перебросила во рту карамельку.

— Левое? Правое? – спокойно переспросил специалист, не проявив недовольства.

— Правое, — сообщила я и мысленно чертыхнулась.

«Я выгляжу полной дурой! Я совсем не обижусь, если мужик подумает об уме и блондинках и дурах в одном лице», — мысленно корила себя я.

Денис Львович начал массаж с разминки воротниковой зоны. Любовник Лосевой мягко поглаживал, растирал и разминал мои мышцы. Мне становилось тепло, и захотелось закрыть глаза и провалиться в сон. Но дело превыше всего!

— М-м, у вас такие нежные руки! Вашей жене повезло! – произнесла я, мурлыкая.

Денис, не останавливаясь, ответил, что не женат.

— Понимаю! В наше время сложно найти своего человека! Я тоже одна! Не с кем провести досуг на яхте или в ресторане! – сказала я, надеясь разговорить мужчину.

Но Денис Львович молчал, продолжая разминать тело.

— У меня скоро намечается вечеринка с друзьями на частном пляже в честь дня рождения. Не желаете присоединиться? Ожидаются местные селебрити и уважаемые люди. Вы развлечетесь и пополните клиентуру, — продолжала болтать я, пытаясь вовлечь в разговор Ковалева.

Но массажист оказался крепким орешком и профессионалом своего дела, не любящего болтать.

Ковалев подошел к кушетке с правой стороны и принялся массировать мое плечо. Движения стали более четкими, а пальцы — сильнее. Они надавливали, растягивали и вибрировали. Тело ломило и болело.

Я пыталась задать очередной вопрос, когда Денис глубоко захватил мышцы моего плеча: одной рукой отвел их от себя, другой — притянул к себе, затем менял направление. Эти движения плавно перетекали друг в друга. Мне стало больно, но я старалась терпеть, прикрывая намокшие от слез глаза. Единственное, что мне оставалось, — не издать ни звука и ждать продолжения разговора.

Однако через пару движений массажист резко повернул мою руку, и я вскрикнула от боли. Леденец выпал изо рта и с громким звуком шлепнулся на пол.

Любовник Лосевой на мгновение ослабил хватку и спросил, как я себя чувствую.

— Хорошо, — просипела я, шмыгая носом.

Я лежала с раскрасневшимся лицом, заплаканными глазами и носом, из которого текли сопли. Ни о каком допросе и соблазнении речь не могла идти. Я чувствовала себя выжатым лимоном!

Затем Ковалев сменил технику. Я почувствовала на себе ударные приемы: похлопывания, поколачивания и рубление.

«Вот что чувствует говяжья отбивная перед прожаркой!» — пролетела в голове мысль.

«Но, надеюсь, Агния записала меня на классический массаж и прожарки не будет! Хотя с мачехи станет проучить меня за своеволие!» — запаниковала я, ерзая на кушетке.

Денис во время моих размышлений массировал спину в районе поясницы. Мысли покинули меня при очередном железном захвате мышц. Стоны и поскуливания раздавались в кабинете.

В конце сеанса массажист успокаивал мое разгорячённое тело легкими поглаживаниями и растираниями.

— Люсьена Вадимовна, сеанс окончен! Полежите минут пять и одевайтесь! — произнес Ковалев и вышел из кабинета.

— Спасибо! – пропищала я вслед специалисту.

Я лежала на массажном столе и собирала воедино мысли и мышцы. Затем приподнялась и вытерла мокрое лицо простыней, оставив следы макияжа. Костеря Агнешку, Люську и массажистов-костоломов всего мира, сползла с кушетки и медленно поплелась за ширму.

Надела лифчик и футболку, не чувствуя своих мышц. Когда села на стул, чтобы натянуть джинсовую юбку, силы покинули меня. Я оперлась головой об стену и уснула с одной ногой в юбке.

Сколько я находилась в отключке, не известно, но услышала, что у кушетки кто-то пыхтит и тихо ругается. Надев юбку и кроссовки, я осторожно выглянула из-за ширмы и прыснула.

Здоровый волосатый мужчина в синих боксерах напяливал на себя мои капроновые колготки, матеря идиотские правила салона.

О капронках после зверских процедур над своим телом я напрочь забыла.

— Петр Борисович, колготки надевать не надо! Их девушка забыла! – сообщил клиенту вошедший в кабинет Ковалев.

Пациент что-то сказал, и мужчины рассмеялись.

Похихикивая и стараясь не шуметь, я выскользнула из кабинета. За стойкой администрации никого не оказалось, и я спокойно покинула салон. В ближайшие дни в купальнике у бассейна не позагораешь – мое тело обязательно окрасится синяками!

Вернувшись в отель, я присоединилась к подругам в ресторане.

— Дело провалено! – с сожалением сообщила я под въедливый взгляд мачехи.

— Ох, опять всё самой делать! – тяжело вздохнула Агнешка и погрузилась в поедание жареной свежевыловленной рыбы.

Настроение испортилось от того, что я не оправдала мачехиных надежд. Вдобавок я заметила у стойки бара Бьорна, беседующего с красивой девушкой. Блондин скалился во весь свой рот. А дама счастливо смеялась. Их руки соприкасались.

В какой-то момент беседы викинг положил свою огромную ладонь на нижнюю часть спины собеседницы. Прелестница наклонилась к красавчику и запечатлела на его щеке нежный поцелуй.

— Кобель, — спокойно резюмировала мадам Лозинская, глядя на шикарного блондина.

Люська с сочувствием пожала мою руку.

Я написала смс Бьорну с предложением встретиться. Викинг прочитал мое послание и выслал ответ:

«Работы по горло. Я на совещании. На связи».

Я сразу же почувствовала себя дурой. Хотя нужно избавляться от такого мнения. Мои отношения с блондином, если так можно назвать несколько свиданий и ужинов в ресторане, не развивались. Бьорн ничего не обещал и ни в чем не клялся. Просто дружественное общение. А сердце ноет от отсутствия того романтического волшебства, которого не случилось.