Последние врата распахнулись, и люди, вбежав в усыпальницу, замерли на краю каменной площадки перед ледяной водой, простирающейся от стены до стены огромного круглого зала. Свет лился через окна в потолке, но здесь стало темнее, чем обычно. Каменный остров в середине чаши бассейна, на котором всегда светились четыре меча, окружающие берегиню, был пуст.

Туроп почувствовал, что ноги у него подкашиваются.

— Как это? — прошептал он. — Как?.

Визуально границу Вулавала обозначал лес. Последнее поле Рилевы заканчивалось у его тёмной стены. Заросшая травой старая дорога упиралась в пограничные столбы. Белый волк остановился перед ними осмотреться.

Дорога терялась из виду в чаще, зато на переднем плане лежало множество скелетов. Это и остановило Никиту. Больше всего было костей сурвак. Поржавевшее оружие и доспехи не выдавали смертельной битвы, да и положение скелетов больше походило на смерть во сне или просто от усталости.

Видимо, это было связано с магией, охранявшей Вулавал, но принцип её действия пока был не ясен. Белый волк сделал осторожный шаг между пограничными столбами. Странное ощущение подсказало обернуться, едва лапы пересекли границу. Показалось, будто какая-то невидимая сила легонько толкнула в спину.

— А неплохо… — вырвалось у Никиты.

Поля позади больше не было. Вдаль убегала узкая, заросшая травой дорога. Теперь он стоял где-то в чаще леса, и со всех сторон окружали плотные ряды деревьев. Скелеты никуда не исчезли, наоборот, их стало гораздо больше. Похоже, в радиусе нескольких сотен метров ими были завалены все кусты.

Велехов прошёл вперёд совсем немного, как вдруг увидел пограничные столбы и оказался на том же самом месте, откуда сделал первый шаг. Пока это не удивило, просто магическая ловушка — петля. Зато стало ясно почему столько древних останков и все без следов ран. Просто никто отсюда не выбрался.

Никита обратился в человека и снял с запястья амулет — вырезанный из дерева ключ. Сам сделал его, пока думал, как будет проходить на территорию Вулавала. Интересно, будет ли работать здесь? Если это всего лишь магическая ловушка, то амулет должен показать замок и открыть его. Велехов встал между столбов и поднял деревянный ключ на ладони. Воздух сразу поддержал его, повернул, покачал. Белый свет вспыхнул по линиям нанесённых на него символов.

— Сделан на все замки, — произнёс Никита, — открой все врата, покажи все дороги.

Амулет раскачивался, словно стрелка компаса, ища точку исхода магической ловушки. Между столбов вспыхнула сеть, сплетённая из нитей света. Ключ прошёл сквозь неё, и она мягко растаяла. В просвете сразу появилось рилевское поле. Замок ловушки был открыт.

Велехов забрал из воздуха амулет и, присвистывая, направился в лес. Оказалось легче, чем он думал…

— Ага! — он встал, как вкопанный у пограничных столбов.

Это не возможно. Два каменных истукана с тем же самым окружением из скелетов. А позади опять лес. После нескольких кругов и повторных попыток с деревянным ключом Никита сел на траву, потеснив останки товарищей по несчастью. Вот теперь подумать уже стоило. Ловушка была далеко не простой. Амулет срабатывал каждый раз, но казалось, что на этом месте такое количество замков, которое не открыть и за сто лет.

— Тьфу ты!. — Велехов наконец понял.

Территория окружена той самой стеной. Амулет не помог потому, что рассчитан на охранное заклинание входных ворот, но не на внутреннюю стену Вулавала. А она отбрасывает нежданного гостя от себя.

Никита открыл фляжку с водой, сделал глоток, размышляя. Зачем такая защита? Далеко не слабая магия. Тем более по такому периметру. Ладно, надо что-нибудь пробовать. Он устроился удобней и закрыл глаза. Софья научила его видеть магию в цветовом спектре, или, как говорили здесь — «внутреннему взгляду». Очень было полезное умение. Никита словно мысленно ощупывал предметы рядом с собой, и каждый из них появлялся в тёмном пространстве за его закрытыми веками, будто цветной оттиск. Ближайшие деревья прорисовались зелёным, и сразу за ними во всей красе вспыхнула активная магическая стена. Потоки защитной магии всех оттенков переливались на её поверхности. Мысленно Велехов облетел преграду за минуту. Высота и глубина непосильная. В небе и под землёй всё замыкал купол.

— Это даже не стена, — поразился Никита. — Это шар.

Ещё более интересно. Территория изолирована от любого проникновения. Вообще от любого, даже от полозов.

Велехов попробовал ещё несколько заклинаний, но лучше бы спать лёг. Эффект был бы тот же. Когда в лесу стемнело, он, наконец, прекратил бесплодные попытки. Надо было передохнуть. В сумке ждали вкуснейшие Софьины пироги, и, собрав хворост для костра, Никита осмотрелся в поисках чего-нибудь острого. Обтесать прут, чтобы насадить пирожок. Любил их горячими.

Вооружение у скелетов было на славу, но обычного ножа не оказалось. Зато, отодвинув ногой несколько косточек у пограничного столба, Велехов внезапно заметил загнутое лезвие в форме когтя, торчащее прямо из камня.

— Ну тоже ничего… — сказал он, уже поднося прут, как вдруг сообразил что это.

Всё вокруг ржавое, а металлический коготь сверкал, как новый. В густой траве под ним обнаружилась и маленькая чаша. Едва увидев её, Никита отбросил прут.

— Вот сразу не мог замок на крови поискать! — обругал он сам себя за потерянное время.

Территория опечатана последними белыми волками, на кого ещё они могли оставить доступ, если не на своего по крови? Самое простое и надёжное решение.

Велехов подставил руку под кончик загнутого лезвия. Красные капли упали в чашу и мгновенно исчезли, впитанные без остатка. Ещё секунду было тихо, но дрожь уверенно подразнила пространство. Синий свет напитал воздух, показывая границу защитной стены, и меж пограничных столбов в её магической ткани образовался проём.

Никита мгновенно подобрал сумку и в один прыжок оказался у входа. За его светящимися краями виднелась совсем другая картина мира. Там небо не скрывали кроны деревьев и ярко светила луна. Едва переступив границу щита, Велехов почувствовал перемещение. На секунду пространство перед глазами растеклось, а когда снова стало чётким, впереди под лунным светом легла выложенная камнем дорога, уходящая по открытому полю далеко в холмы.

— Ужин подождёт, — решил Никита, обращаясь в волка.

Он потянулся, размял лапы и бесшумно помчался по пустынной дороге, давно забывшей следы.

Ночь здесь была совсем другая, не такая, как в Рилеве, и уж тем более не такая, как во внешнем мире. Тишина особая, живая, но столь застывшая, спящая сама по себе. Словно вся территория была огромной комнатой со звуконепроницаемыми стенами. Попробовав ради интереса телепатическую связь, Никита понял почему у него такое ощущение изоляции. Щит, окружающий Вулавал, ничего не пропускал — ни живого, ни мёртвого, ни мысленного, вообще ничего.

Белый волк мчался по древней дороге. Дикое поле, в котором она лежала, было странно знакомо. Вдалеке справа в неровных очертаниях виднелись высокие башни Катата — сторожевого поста. В книгах Софьи они были великолепными высокими сооружениями, но сейчас светлеющая тьма не скрывала их разрушенные верхушки. В последних сражениях драконы хорошо порезвились на них.

Никита мчался дальше, всё больше понимая, где конкретно находится. Главная дорога в Танадор! Столица располагалась на приличном расстоянии от пограничных столбов. Видимо, защитная магия Вулавала перебросила его километров за сто от границы, что было очень даже неплохо. В своих видениях он видел именно главный город. Каждый сон вёл по улицам, вымощенным белым камнем, мимо определённых зданий, каждый раз по одному и тому же пути. Куда? Только Танадор мог ответить какая сила и с какой целью призывает белого волка.

На рассвете Велехов всё же сделал привал. Дорога завела в лес и где-то через километр прошла через небольшую круглую площадь. Прямо среди деревьев довольно большое пространство было выложено камнем. Его центр украшали развалины фонтана, но вода по-прежнему выбивала в старинные чаши. Она чудесно дополнила завтрак.