Вурда внезапно понял идею Никиты:

— Верно, при разъединении талисманов будет освобождаться сила стихий и землю тряхнёт здорово. И не только землю. Столпы-основания от этого не защищены. Если начнут разрушаться, то и заклинание щита вместе с ними.

— Откуда знаешь? — Велехов, щурясь, взглянул на ворлака.

— Брада знает, — невозмутимо ответил тот, — а мне не положено.

Все улыбнулись. Никита тоже, но сам ещё думал.

— При нарушении цепочек заклинания, будет происходить размыкание полотна щита, — произнёс он. — Если столпы не обрушить, а делать этого мы не будем, то заклинание будет возобновляться и полотно будет стягиваться, поэтому вам надо быть рядом, чтобы проскочить под купол, когда он откроется.

— Тогда за пару километров от святилища надо быть, — задумался Иван.

— И как доберёмся? — спросил Владимир. — По небу нельзя, заметят нас.

— Значит, низами по лесу, — озвучил единственный вариант Иван. — Давно драконы по земле не ходили, лапы разомнут.

— Вы-то успеете, — Риру в корне не нравился энтузиазм князей. — Я понимаю, теперь ваша задача не покружиться вокруг, а обрушиться всей мощью, но кто успеет забрать хранителя?

— Это как раз ваша забота, — ответил Никита. — Пока Иван и Владимир будут отвлекать внимание атакой, вы найдёте меня и Арнаву.

— Это может быть вообще не реально! — Рир наконец взорвался. — Если мы завязнем в бою или заблудимся, или что угодно там пойдёт не так! Ты останешься с Таркором один на один! Но не лицом к лицу! Ты ему будешь в колени смотреть, потому что, если попытаешься разъединить талисманы, останешься на земле в луже крови. А когда дело до конца не доведёшь, и он это поймёт, то ему тебя убить — только ногой на горло наступить. И всё! И стараться не надо!

— Цена достойная, — твёрдо сказал Велехов. — Жизнь берегини и разгром сил сопротивления Навии. Те, кто в святилище — последние. Если закончим с ними и Таркором, то и всю войну закончим.

Рир смотрел на него тяжёлым взглядом, сильно сжимая губы.

— Ну?. — Никита всё же ждал его одобрения. — Столько всего на чаше весов против моей жизни явно перевесит.

Оборотень молчал, справляясь с эмоциями. И остальные тоже оставались в напряжении. Вурда наконец покачал головой:

— Сильно рискуем, хранитель. По правде сказать, я за свою жизнь ещё ни разу в такой опасный бой не ввязывался. У тебя в руках сила талисманов будет, и если ты её не удержишь…

— Удержу, — Никита остановил сомнение и напомнил: — После битвы ты и сам всё видел.

Ворлак неожиданно усмехнулся:

— Это верно.

— Вы о чём это? — Владимир переводил взгляд с одного на другого.

Вурда единственный из присутствующих был рядом, когда талисманы подчинились хранителю так же, как берегиням. И управлял он ими без всяких знаний. Никому об этом больше не было известно. После битвы Брада взяла слово с ворлака, что о силе хранителя никто не узнает. Вот он и молчал.

Иван, хоть и хмурился, но смотрел на Вурду с явным вопросом в глазах.

— Думаю, есть у нас шанс всё одним ударом закончить, — ответил обоим князьям ворлак. — Справится хранитель. Должен. И мы тоже должны.

Рир наклонил голову от плеча к плечу, ещё подумал, но всё-таки кивнул:

— Хорошо. Должны, значит, справимся.

Никита выдохнул с облегчением и новой тревогой. Всех поверить ему заставил. Теперь осталось никого не подвести и в святилище сделать всё, как задумал. А это будет непросто.

Появление крылатых псов в Танадоре было воспринято местным населением с большим интересом. Это была идея Лютика. Симаргл в своё время хорошо помог хранителю, а сейчас наблюдение с воздуха было очень кстати, да и в бою псы были незаменимой силой. Так что теперь они круглосуточно мелькали в небе к радости детворы, а Партан и Руфол катали всех по очереди в облаках.

Димка устроил в доме Хелеи штаб. К вечерней поверке все командиры собирались здесь. Десятники Рилевского отряда, отправленного Иваном на охрану жителей Танадора, новый глава охотников — Хонт, Северсвет, Симаргл, Лютик, Димка и, конечно, сама Хелея.

Нежная и смелая девушка, так похожая на берёзку стройной фигурой, светлой кожей и чёрными длинными волосами, убитая горем и оставшаяся без надежды на сердце белого волка вызывала у Димки самые смешанные чувства. Пока Лютик прямо ему не сказал:

— Хватит время терять! Нравится она тебе? Действуй!

А Хелея, присмотревшись к Димке, неожиданно увидела то, что не разглядела с первого взгляда. Огненная душа, спрятанная оборотнем под маску спокойствия и уравновешенности, проявлялась в каждом мгновении. Димка успевал всё: расставлять посты вокруг селения, учить охотников сражаться с оборотнями, рассказывать байки у костра, приносить сразу по шесть вёдер воды по просьбе женщин и катать детей на спине. Всё, что он делал, вызывало уважение и любовь у всех. Оборотень спал по два часа, буквально падал от усталости, но стоило тихому шороху потревожить ночь, как он подскакивал и устраивал перекличку, проверяя нет ли пропавших.

Хонт, поначалу смотревший на Димку с недоверием, за несколько дней прикипел к нему всей душой. А Хелея, несмотря на тёплые чувства к хранителю, внезапно осознала, что не может обойтись без этого оборотня. И если не видит его, то начинает нервничать, искать по всему городу, а когда находит…

Впервые в жизни она чувствовала себя стеснённо и глупо под взглядом огромного чёрного волка, но ещё хуже становилось, когда он человеком в одежде-паутинке расхаживал по городу. Красоты фигуры у оборотней было не отнять. За Лютиком ходило девчонок десять, просто полюбоваться.

Одним из вечеров, Хелея, выйдя из дома, увидела Димку у костра в одиночестве. Он заметил её и улыбнулся. Девушка, сделав глубокий вдох и сказав себе, что она самая смелая охотница, подошла и села рядом.

Помолчали.

— Ты сегодня что-то тихая, о чём думаешь? — наконец спросил оборотень.

— Не о чём, а о ком, — хмуро хмыкнула Хелея.

— А он знает, что ты о нём думаешь? — Димка озорно прикусил губу.

Девушка насупилась, но только потому, что стеснялась сказать о чувствах и хотела, чтобы оборотень первым признался. Поэтому пошла на хитрость — вроде бы между делом заметила:

— Если знает, за косу меня дёрнет. Ай!.

Хелея едва договорить успела, как Димка намотал на пальцы кончик её косы и потянул.

— Угадал? — прошептал он.

Девушка начала улыбаться.

— Нравлюсь я тебе? — тоже шёпотом спросила она.

— Очень, — честно ответил Димка.

— А почему молчишь? — уже громче возмутилась Хелея.

— Если откажешь, страдать буду, — вздохнул оборотень. — Боюсь.

— Так ты сразу много не проси, — искренне посоветовала девушка. — Попроще чего-нибудь сначала.

— Поцеловать можно? — немедленно произнёс Димка.

— Можно, — Хелея ответила и сама удивилась, что так мгновенно разрешила.

Оборотень привлёк её к себе, стараясь не сжимать сильно и тем самым не напугать, и поцеловал. Долго не отпускал, пока девушка окончательно не растаяла.

— А что ещё можно? — шепнул Димка ей на ушко.

— Разбойник… — томно ответила Хелея и улеглась на его грудь, — ничего больше нельзя… пока.

— Как скажешь, охотница, — усмехнулся оборотень.

Но всю ночь они просидели вместе. Лютик, подойдя к дому ранним утром, с улыбкой оглядел обоих и тихо ушёл, предупредив всех, чтобы Димку не беспокоили. Чёрный волк лежал, свернувшись калачиком у догорающего костра, а на нём, окутанная теплом его тела, сладко спала Хелея.

Вот и этим утром Лютик снова приказал никому не ходить возле её дома, а сам занял место Димки на главном посту. Но заметив точки далеко в небе, сразу отправил к нему посыльного.

Димка, услышав торопливые шаги ещё за десяток метров, проснулся, сразу поднялся и девушку разбудил.

— Что случилось? — спросил он запыхавшегося парня.

— Лютик тебя зовёт, — отдышался охотник. — В небе что-то появилось, посмотри!