— Господин, — я подошла ближе, держа поднос с чаем и тостами. — Вы выглядите утомлённым. Вам нужен травяной чай и свежие фрукты.

Он поднял на меня глаза, спокойные, почти бесстрастные для любого постороннего наблюдателя. Но я заметила, как дрогнули уголки его губ, сдерживая улыбку.

— Да... Возможно, вы правы, — произнёс он ровным голосом. — Я действительно вчера засиделся допоздна.

Недалеко стояла Лиринда, удивлённо хлопая ресницами. Для неё это было невиданно: разговор между служанкой и господином. Но я лишь сдержанно улыбнулась и поставила перед ним чашку чая.

— Позвольте, поправлю вашу накидку, — добавила я, заметив, что край действительно слегка сбился.

Лорд замер, позволяя мне коснуться ткани. Мои пальцы на мгновение задержались на его плече, но достаточно долго, чтобы он почувствовал лёгкое прикосновение.

— Да. Благодарю, — тихо произнёс он, и в этом «благодарю» было гораздо больше, чем простая вежливость.

Я точно знала, что он хочет добавить госпожа. Но не может себе позволить. Не здесь. Не сейчас.

Весь день я ловила на себе его взгляды, короткие, почти незаметные, настойчивые. Он искал повода оказаться рядом: то проходил мимо кухни, когда я там была, то «случайно» встречал меня в коридоре.

В библиотеке я также «случайно» уронила стопку книг прямо перед ним.

— Ах! Прошу прощения, — я сделала вид, что смущена. — Лорд Вирендэль, будьте так добры…

Он опустился на колени без колебаний, собирая рассыпавшиеся тома.

Наши пальцы соприкоснулись, когда он передавал мне последнюю книгу. Этот мимолётный контакт обжёг нас обоих.

— Благодарю, лорд. Вы так любезны.

Произнесла я с подчеркнутой вежливостью и покинула библиотеку.

За обедом я снова использовала свой новый инструмент.

— Вам следует доесть всё, лорд Вирендэль, — заметила я. — Вы бледны. Может быть, подать ещё немного жаркого? Оно сегодня особенно удачное.

— Если вы так считаете, — кивнул он, и я уловила в его голосе едва заметную нотку предвкушения.

Лиринда переглянулась с другой служанкой, недоумённо пожав плечами. Для них это выглядело как непозволительная наглость простой служанки. Но они не видели того, что видела я: как напрягаются его плечи, когда я оказываюсь рядом, как учащается дыхание, едва заметно, но ощутимо.

Однако, Лиринда не удержалась и высказала мне свои опасения:

— Смотри, как бы ты не доигралась, Ниара! Дождёшься, что господин пригласит тебя на личный разговор за такое поведение. Тогда никто тебе не поможет. Помнишь, я говорила...

— Что слуги пропадают после личных бесед с господином. Помню, — закончила я за неё.

Поблагодарила за совет и вернулась к своим делам.

После обеда я отправилась в прачечную отнести грязное бельё. Влажный воздух был пропитан паром и запахом мыла. Я как раз намочила первую рубашку, когда дверь скрипнула и на пороге возник Вирендэль.

Он окинул помещение быстрым взглядом, задержался на моих руках, покрытых мыльной пеной, и слегка поморщился.

— Ниара, — его голос прозвучал резче обычного, — я заметил, что на моих рубашках остаются пятна. Ты плохо стираешь.

Я выпрямилась, стряхнула пену с пальцев и посмотрела ему прямо в глаза. В глубине серо‑синих радужек уже разгорался знакомый огонёк чего‑то волнующего.

— Ну, — произнесла я, делая шаг к нему и понижая голос, — покажите мне тогда, как надо.

Фраза прозвучала как приказ. Чёткий, властный, с едва заметной насмешкой. Вирендэль замер на мгновение, его ноздри чуть расширились, будто он уловил этот вызов.

— Да. Хорошо, — медленно ответил он, и в его тоне проскользнула странная смесь раздражения и предвкушения.

Лорд подошёл к бадье с мыльной водой, закатал рукава, обнажая сильные предплечья. Он взял одну из рубашек, окунул в воду и начал методично тереть ткань.

Я встала сзади, за его спиной, наблюдая, как перекатываются мышцы под кожей на его руках, как пальцы сжимают мокрую ткань, как капли воды стекают по запястью.

— Нужно сильнее втирать мыло в складки, господин. Иначе пятна не уйдут.

Произнесла я и опустила свои ладони на его, присоединяясь к странному процессу.

— Старайтесь, лорд. Ведь если пятна всё-таки не уйдут... — прошептала я, прижимаясь грудью к его спине. — Что тогда?

Вирендэль повернул голову. Наши лица оказались в опасной близости. Он сглотнул, и я заметила, как участилось его дыхание.

— Тогда… — его голос стал ниже, — нужно приложить больше усилий. И терпения.

— Продолжайте, лорд.

Приказала я, и на этот раз в моём голосе прозвучала откровенная провокация.

— Я хочу увидеть, насколько хорошо вы умеете… это... делать. Иначе последует наказание.

Лорд замер. Потом взял мою руку, окунул её в мыльную воду, затем нанёс на ладонь густой слой мыла.

— Умею, — прошептал он, накрывая мою ладонь своей и начиная совершать круговые движения. — Достаточно хорошо. Тебе же понравилось в прошлый раз?

Его пальцы скользили по моей коже, задавая чёткий ритм. Я невольно задержала дыхание.

— Да, — выдохнула я. — Кстати, вы забыли про манжеты. Там сложнее всего.

Вирендэль коротко усмехнулся и одним уверенным движением поменял нас местами.

Теперь я была в капкане его рук, а спиной чувствовала его сильную мужскую грудь.

— Верно, — согласился он. — Манжеты требуют особого подхода.

Он отпустил одну мою руку и взял другую рубашку. На этот раз его пальцы, намыливая ткань, то и дело задевали мои. Каждое прикосновение отдавалось в теле лёгкой дрожью.

— Так правильно, госпожа? — он приблизился так, что его дыхание коснулось моего виска. — Здесь нужно быть… внимательным. Очень внимательным.

Я повернулась к нему лицом. Теперь между нами оставалось всего несколько миллиметров.

— Вы очень убедительны, лорд Вирендэль, — прошептала я.

Он улыбнулся.

— Рад, что вы оценили. Но, возможно, мне требуется дополнительная практика.

— О, я подумаю, когда смогу уделить вам время, — парировала я.

Вирендэль провёл ладонью по краю бадьи, оставляя мокрый след.

— Сегодня, — произнёс он почти неслышно. — Прошу, госпожа.

Моё сердце пропустило удар, но я постаралась сохранить невозмутимый вид.

К вечеру я уже чувствовала себя дирижёром этой странной игры. Каждое моё слово, каждый жест заставляли его подчиняться. Вежливо, почтительно, с явным удовольствием. Он играл роль господина, но мы оба знали правду: правила устанавливала я.

Проходя вечером мимо кабинета, я услышала шаги за спиной. Обернулась. Вирендэль стоял в полутьме коридора, скрестив руки на груди. Его глаза блестели.

— Ниара, — произнёс он тихо, — мне нужно обсудить один вопрос. Очень нужно.

Я сделала вид, что удивлена.

— Конечно, господин. Что вы хотели?

Он сделал пару шагов, и расстояние между нами стало опасно маленьким.

— Мне... — его голос понизился до шёпота, — мне просто жизненно необходима новая встреча.

Я чуть склонила голову, выдерживая его взгляд.

— Забота о жизни господина теперь тоже входит в мои обязанности? — спросила я с невинной улыбкой.

Он замер на мгновение. Затем медленно покачал головой.

— Да, — выдохнул он. — Мне это нужно. Настолько, что я… не могу перестать думать о тебе. О том, что было. О том, что... может быть.

В его глазах читалось признание: не только в том, что он подчиняется, но и в том, что жаждет продолжения.

Я улыбнулась шире, чувствуя, как внутри разливается жар.

— Значит, мы оба получаем удовольствие от этой… заботы, — прошептала я. — И что же нам с этим делать, лорд?

Он не ответил сразу. Вместо этого сделал ещё шаг вперёд, так, что наши тела почти соприкоснулись. Его дыхание коснулось моей щеки, а голос упал до низкого, хриплого шёпота:

— Думаю, нам стоит продолжить. Как можно скорее.

Я чуть отклонилась, выдерживая дистанцию, хотя всё во мне рвалось навстречу.

— Скорее? Только если господин пообещает быть хорошим мальчиком, — уточнила я нарочито спокойно.