Я молча принялась за работу, стараясь двигаться бесшумно, как мышка. Сняла постельное бельё, расстелила свежее, взбила подушки.

В какой-то момент я почувствовала затылком его взгляд.

— Ты делаешь всё это… слишком медленно, — наконец произнёс Вирендэль.

Да что опять ему не так? Невыносимый эльф.

— Стараюсь быть аккуратной, господин, — ответила я сдержанно, разглаживая складки на покрывале.

Он резко развернулся и направился ко мне. Я невольно замерла, когда он оказался в шаге от меня.

— Аккуратность — это хорошо, — произнёс мужчина, беря в руки подушку, которую я только что взбила. — Но послушай меня внимательно. В этом доме есть вещи, которые не стоит трогать. И места, куда не стоит заглядывать.

Его взгляд стал пронзительным, почти угрожающим.

— Конечно, господин, — тихо ответила я. — Мои глаза видят только пыль и грязь. Ничего больше.

Вирендэль усмехнулся:

— О, насчёт пыли я бы поспорил.

Он сделал шаг вперёд, и я невольно отступила, пока не упёрлась ногами в кровать.

А он продолжил сыпать упрёками, глядя на меня сверху вниз, ведь этот высокомерный эльф был ощутимо выше среднестатистической человеческой женщины.

— И насчёт аккуратности тоже спорный вопрос. Посмотри на покрывало! Сплошные складки.

— А может, вам стоит подробно объяснить мне, как надо? Чётко, по пунктам. А лучше взять тряпку в руки и самому показать, как вытирать пыль. И расправить складки на этом прекрасном покрывале!

Бросила я прямо ему в лицо, не успев подумать.

А всему виной мой характер. Вот же...!

Он замер, будто поражённый. Взгляд его метнулся к моему лицу, задержался на губах, потом снова поднялся к глазам.

Я осознала, что натворила, и сердце рухнуло вниз.

«Рейна, ты что несёшь?!» — пронеслось в голове. Но отступать было поздно.

Вирендэль медленно сглотнул. Его зрачки расширились, а пальцы, всё ещё сжимавшие подушку, слегка дрогнули. Он сделал шаг назад, будто пытаясь взять себя в руки.

— Взять тряпку в руки и показать? — повторил он хрипловато, почти шёпотом. — Ты действительно приказ... предлагаешь мне... заняться уборкой?

В его голосе звучало что‑то странное.

— Я лишь хотела сказать, — поспешила я исправиться, — что, возможно, ваши требования не совсем понятны слугам. Если бы вы объяснили их подробнее… конкретнее... или...

— Или показали лично? — перебил он, и в уголках губ дрогнула едва заметная улыбка.

Я сглотнула, чувствуя, как жар приливает к щекам.

— Простите, господин.

Ну, а что тут ещё сказать, кроме стандартной фразы?

Лорд сделал ещё один шаг назад, потом ещё. И так дошёл до окна. Отвернулся. Его дыхание, кажется, стало чуть чаще.

— Ступай отсюда. На сегодня достаточно уборки.

Произнёс он, не глядя на меня.

В его голосе было странное напряжение.

— Простите, господин, — тихо повторила я. — Я не хотела проявить неуважение.

Он резко обернулся. Встряхнул головой, словно отгоняя наваждение.

— Достаточно. Я же сказал. Уходи.

Я поклонилась и быстро зашагала к двери.

Я чувствовала его взгляд на своей спине.

В коридоре прислонилась к стене, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

«Так, Рейна, ты жива и всё ещё не уволена с позором, — подумала я, усмехаясь про себя. — С высокомерным лордом явно что-то не так. Похоже, у него слабость к непокорным женщинам».

Следующие несколько дней тянулись мучительно медленно.

Я старалась вести себя прилежно: аккуратно выполняла поручения, вежливо общалась с другими слугами, не привлекала лишнего внимания. И, конечно же, всячески избегала встречи с лордом.

Но каждый свободный миг использовала для того, чтобы продвинуться хоть немного в своём расследовании. Отмечала, в какие часы лорд чаще покидает поместье, прислушивалась к разговорам слуг.

Лиринда как‑то обмолвилась, что Вирендэль обычно проводит утро четверга в библиотеке, а после обеда встречается с советниками в городе. Это был мой шанс.

И вот в четверг удача наконец улыбнулась мне. Лорд уехал. А управляющий отправил меня отнести чистые полотенца в свободную спальню на втором этаже. Как раз рядом со спальней лорда. Я дождалась, пока шаги охраны в коридоре затихнут, и скользнула в запретную комнату.

Спальня оказалась такой же безупречной, как и в тот раз, когда я неудачно, мягко говоря, поменяла там постельное бельё. Ни намёка на личную жизнь хозяина: ни забытых писем, ни женских украшений, ни каких‑либо подозрительных предметов. Кровать аккуратно застелена, книги на полках выстроены в идеальном порядке, на поверхности стола ни пылинки. Всё выглядело так, будто здесь никто не жил, а лишь изредка появлялся для соблюдения ритуала сна.

— Слишком стерильно. Хуже, чем в морге, — пробубнила я, хмурясь.

Это само по себе было подозрительно.

Мой взгляд упал на дверь, ведущую в смежную ванную комнату. Возможно, там что‑то найдётся?

Я осторожно приоткрыла её и вошла внутрь.

Ванная поражала роскошью: мраморные стены, огромная овальная чаша, отделанная серебром, полки с флаконами ароматических масел, даже мягкий ковёр под ногами.

— М-м-м! Как пахнет!

Блаженно вдохнула резковато-сладкий воздух, открыв зелёный флакончик с каким-то маслом.

Наверняка дорогущее. Но, в общем-то, ничего необычного. Эльфийский лорд может себе позволить натуральные средства.

Затем мой взгляд упал на нишу за занавеской. Там стояла небольшая белая корзина для грязного белья.

«А вдруг?» — сердце забилось чаще.

Я приподняла край занавески и заглянула внутрь. Там лежало несколько мятых пушистых полотенец. И всё.

Я уже собиралась выйти, как вдруг услышала шаги в спальне.

Чёрт! Не успела.

Дверь в ванную распахнулась.

Лорд Вирендэль появился в проёме. Собственной персоной. Его глаза сверкнули холодным огнём, а губы сжались в тонкую линию.

Он был без камзола, в одной белой рубашке с закатанными рукавами. Видимо, только что вернулся и собирался переодеться.

— Что ты опять здесь делаешь?

Его голос прозвучал опасно.

Я замерла, чувствуя, как кровь отхлынула от лица.

— Я… я принесла свежие полотенца, господин. И… и заметила, что корзина для белья переполнена. Хотела её освободить.

Вирендэль сделал шаг вперёд, его взгляд скользнул по моей руке, сжимающей край занавески.

— Переполнена? Корзина? — переспросил он, медленно приближаясь. — Ты уверена? Ты хорошо посмотрела? И что же ты там увидела?

Я сглотнула, пытаясь быстро придумать правдоподобную ложь.

— Ничего, господин. Только полотенца. Я уже ухожу…

Но он оказался рядом слишком быстро. Его рука легла на моё запястье, удерживая на месте.

— Лжёшь, — произнёс он почти шёпотом. — Твои глаза блестят слишком ярко. А дышишь ты слишком часто.

Его близость странно будоражила. Я ощущала тепло его мужского тела, вдыхала запах кожи и пота, смешанный с ароматом того самого масла.

Пальцы лорда слегка сжали моё запястье. Не грубо, но твёрдо, не оставляя сомнений: он не отпустит меня, пока не получит ответ.

— Я…

Я запнулась, чувствуя, как учащается дыхание.

— Я просто выполняла свою работу.

Он наклонился ближе, почти касаясь губами моего уха:

— В этом доме есть правила. И одно из них гласит: слуги не суют нос в личные дела хозяина. Иначе его можно лишиться.

— Я и не думала! Просто пришла забрать грязные вещи!

Начала я снова оправдываться. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, он мог услышать его удары. И вдруг слова вырвались сами собой:

— Снимайте свою рубашку, господин.

Вирендэль замер. Его зрачки мгновенно расширились, а дыхание сбилось на мгновение. Он смотрел на меня так, будто я только что бросила ему вызов на дуэль.

Не давая ему опомниться, я добавила, стараясь, чтобы голос звучал как можно более буднично: