Думаете, к Шину? О нет… это было бы понятно — мол, отнимаю время у драгоценного мужа…

Так нет! Ревновали меня к Сауеру! Которого я видела от силы раз в месяц, хотя сутками напролёт общалась и с Римом, и с Шином.

Это уже был верх маразма! Вот такие были мои дни… не сахар. С одной стороны — гиперопека свёкра и свекрови, а также друзей Дана.

С другой — меня подвергло остракизму женское общество местного броста. Нет, немного уточню — молодое поколение женской части. Со старшими самками, замужними, было интересно общаться. Они были отличными собеседницами. Младшее же поколение… их я игнорировала, всех разом.

Несмотря на возраст до двухсот лет, эти… кхм… лапочки напоминали мне избалованную золотую молодёжь. Им что, внимания мало?

Куда ни глянь — у каждой едва ли не с рождения вагон и маленькая тележка ухажёров. И это не зависит от положения в обществе их родителей.

Для полноты картины приведу пример. Брост — это как маленький городок, население которого составляет около 3500 жителей. И лишь 700 индивидов, плюс-минус, — самки. И это с учётом младенцев и стариков.

Так чего им не хватает? Капризные, недальновидные, самовлюблённые клуши. Порой хотелось смеяться. Ну как ещё реагировать на «озадаченность» самок и шепотки за спиной?

Мол, бедный тар Драст, что он в ней нашёл… У неё даже хвоста нет, рост маленький… и т.д., и т.п.

Но самое моё любимое… сейчас… секунду… дайте отсмеюсь…

Во…

«И как он будет исполнять супружеский долг?.. Раздавит ведь бедняжку…»

Этакое завуалированное «беспокойство».

Порой так и тянуло гаркнуть и расписать все возможные способы и позы…

Но ведь не выдержат! Дети… покраснеют, в обмороки попадают, а мне потом с их родителями разбираться?

Нет, спасибо. Я пока не настолько уверенно чувствую себя на их планете, чтобы ввязываться в какие-либо разборки.

Если бы не эти мелкие… незаурядицы, жизнь была бы сказкой… Я наслаждалась тихими вечерами в одиночестве. С балкона наблюдала за спутниками на небосводе и дышала чистым воздухом.

А какие виды открывались, стоило лишь опустить взгляд вниз.

Никаких высоток. Всюду, куда ни брось взгляд — архитектурные красоты. Смесь металла, камня и дерева.

Флора и фауна обладали своим очарованием. Чего только стоили их домашние питомцы! Смесь зайца и кошки.

Звучит не очень, есть такое… но столь очаровательного существа я ещё не видела.

Мне его привёз Джарим после моего первого «заточения». Видимо, тогда у меня был столь несчастный вид, что он решил меня обрадовать таким примитивным способом.

Получилось.

Что нам, земным женщинам, ещё надо для счастья? Работящий мужик рядом, достаток в доме. А пока детей нет — какую-нибудь «няшку» под боком, чтобы было кого потискать для восстановления морального духа.

Да что это я о всяких приятностях рассказываю… Лучше поведаю об укладе их жизни — так, поверхностно.

Поскольку моя женская суть и мораль подверглись величайшему шоку.

Дело было вечером… (нет-нет, вы не подумайте), делать было что. Так вот, в один из вечеров сидим со свекровью на кухне. Святая женщина делилась со мной премудростями их кулинарного искусства.

Согласитесь, без умения готовить любой женщине грош цена. Даже те, кто это дело не любит (у меня Машка такая), всё равно элементарный овощной супчик могут сварганить.

А я?

Сейчас даже с овощами незнакома, не говоря об остальном.

Так вот, Альера с запеканкой возится, я салатик нарезаю. Зашёл разговор о моих конфронтациях с местными… кхм… самками, постепенно перетекая в немного другое русло.

Между делом задала давно интересовавший меня вопрос, который порой мучил:

— Тнира Альера, я давно хотела спросить… у вас же самок меньше…

— Да, ты верно подметила, — обернувшись ко мне, подтвердила она.

— Тогда вы, наверное, практикуете тройственные браки?

— Какие-какие?

— Ну… тройственные. Два самца и одна самка, — объяснила вполне закономерный вывод, к которому пришла. — А как же те, кому не досталась астниера?

Под моё последнее предложение у неё выпал половник, а хвост нервно затрясся, выдавая шокированный хохот.

— Нет-нет, деточка, — всё ещё посмеиваясь, она вытерла кончиком фартука уголки глаз. — Что ты! Если бы было так, мы бы всё равно вымерли как вид… в связи с повышенным чувством собственности у наших самцов.

— А как же…

Дальше последовал ответ, который вам обязательно напомнит эпизод из «Малыша и Карлсона» Астрид Линдгрен.

— Слава звёздам, природа оградила нас от вымирания. Понимаешь, поскольку почти все наши самцы — воины, с этим связана повышенная смертность среди них. У нас, если ты заметила, нет незамужних самок. Поскольку они снова связывают свои жизни… но уже с другими, свободными самцами.

…Но тут есть маленький нюанс…

— К-какой? — чисто автоматически спросила я, пребывая в астрале.

— Если в первый раз самка выбирает сама, то во второй её связывают с мужским родственником. И если их много — уже они выбирают. А разве у вас не так?

Она, наверное, прочитала на моём лице всё, что я думаю по этому поводу, поскольку поспешила заверить:

— Что ты, что ты! Это очень милосердно по отношению к нам, самкам. Поскольку если есть потомство, оно остаётся в семье отца…

Дар речи пропал. Особенно когда она привела пример, из-за чего в душе проросло чувство жалости к этой женщине… да и ко всем остальным.

— Это ведь уже второй раз, когда я связываю свою жизнь… Благодаря Литу я смогла принимать участие в воспитании своего первенца — Сауера… А некоторым и это не удаётся…

Больше я ничего не сказала. Просто встала из-за стола.

Мне нужно было побыть одной. И подумать.

***

Перед нами расстилался Млечный Путь — так называла свою галактику моя Сия.

Было в нём нечто эфемерное, притягивающее взгляд. А может, это была надежда на спасение моей малышки, которая теплилась в груди.

Сколько бы я ни бороздил просторы Вселенной, ни одна из галактик ничего во мне не затрагивала. После десятилетий очарование звёзд тускнеет — к ним привыкаешь.

А тут… я смотрел, как мы приближаемся к ней, и не мог оторвать взгляд.

Это было странно.

Всех в эти дни потряхивало от напряжения. Мы подошли к окончанию путешествия, ещё до конца не веря, что оно окажется удачным.

Существовала вероятность ошибки. Что эта галактика окажется необитаемой. Что она лишь очень похожа на родину моей астниеры.

У нас будет всего неделя — на опровержение или на спасение.

Даже понимая это, я не мог упустить столь мизерный шанс и упрямо шёл напролом.

Постоянно возвращаясь мыслями к своей маленькой, я отгонял сожаление и тревогу. Что не остался рядом. Не утешал, когда её в очередной раз настигали безнадёжность и отчаяние.

Я бы просто не смог бездействовать… и надеяться на кого-то, постоянно сомневаясь, что они сделали достаточно в случае провала.

Горько ухмыльнувшись, провёл когтями по волосам.

Кому, как не самому себе, я мог признаться — просто смалодушничал.

Струсил.

Испугался того, что придётся день за днём наблюдать, как она угасает… с крошечной надеждой на благоприятный исход.

— Капитан… — прервал мои горькие мысли Доусет. — Пришли данные с разведдронов. В этой галактике есть одна-единственная населённая планета… и она третья по счёту от светила.

Услышав последние слова, почувствовал, как с моих плеч упала глыба камней.

Столько совпадений не бывает. Одновременно с огромным облегчением в голове начал вырисовываться план…

Мне плевать, какими путями я получу желаемое. Но моя малышка получит новое сердце.

Пора уже знакомить Сета с деталями…

Глава 24. План отчаявшейся птички

Доусет ки Тииар

— Что?!!! Ты издеваешься?!

Судя по серьёзному выражению лица — нет.