Бегу со всех ног, сердце отбивает в ушах молоточками. Поворачиваю в левое крыло, не особо заботясь об окружающих. Меня заносит на повороте.
— Антон Борисович, вас... там... — хрипло воскликнула я, толком не открыв дверь. — Там... в общем... нужны вы.
Наш главный хирург не растерялся. Он только вопросительно посмотрел на меня. Видимо, у него такие ситуации — в порядке вещей. Он неспешно отложил в сторону какие-то бумаги и, так как не дождался от меня толкового ответа (я лишь хрипела, хаотично жестикулируя руками), тяжело поднялся с кресла.
— Веди, бедовая... — с доброй, отеческой улыбкой проговорил он.
Несмотря на солидный возраст, наш хирург не растерял чувство юмора и, как обычно, пожурил мою поспешность.
Уф... вовремя. Успела.
Работая всего год, я не могла предположить, не была готова к таким потрясениям. К тому же никак не ожидала, что этот день станет отправной точкой к крупным изменениям в моей жизни. Казалось, день был обыденным, но адреналин зашкаливал, руки тряслись, и я нуждалась в успокоении. Очень хотелось чашечку зелёного чая, но его не оказалось.
Вышла в магазин через дорогу в больничных тапочках, не особо заботясь о своём внешнем виде. Моя медсестринская униформа была спереди мокрой, и, естественно, я выглядела не только весьма эксцентрично, но и испачканной молоком. Мои коротко подстриженные каштановые волосы буквально стояли дыбом.
Я поспешно бежала, не особо обращая внимания на окружающих, и не заметила даже того, что носок моих тапочек слегка оторвался. Хоть я и спешила, какой-то необычный блеск на асфальте всё же привлёк моё внимание.
Наклонившись, чтобы рассмотреть диковинку поближе, я опрометчиво забыла, что нахожусь посреди дороги. Результат налицо.
Слышу громкий визг шин и поднимаю глаза. На меня несётся дорогой автомобиль. Я успеваю лишь скрутиться в позу эмбриона, как от силы удара меня откидывает на внушительное расстояние.
Но странным образом я не ощущаю боли, словно мой мозг отстраняется от происходящего. Я лишь крепче сжимаю в руках находку — это прозрачный кристалл цилиндрической формы с тонкими гранями.
Автомобиль мчится дальше, не замедляясь.
После непродолжительного полёта удар о поверхность земли выбивает остатки воздуха из лёгких. По инерции меня перекатывает на живот. Перед глазами — лужа моей крови, которая быстро расширяется.
В этот момент я своё тело не ощущаю вовсе, словно это всё происходит не со мной, словно я обычный наблюдатель. Кристалл выпадает из безжизненных пальцев.
Последней картиной перед моим затухающим сознанием был блестящий кристалл на ярко-алом полотне моей крови.
Глава 2 Подарок Вселенной: Самочка
"Мардимар" Капитан Амадан тар Драст, три месяца спустя.
Последний рейс разочаровал Амадана полностью. В течение последних нескольких лет в нём чего-то недоставало, и с каждым днём этот недостаток только усиливался. Он ощущал, как беспочвенный гнев медленно, но верно нарастает внутри него, а раздражительность беспокойно сверлит его душу.
Друзья смотрели на него с сочувствием, но их понимающие взгляды лишь напоминали о том, какие огромные изменения происходили в его жизни. Горечь неудовлетворённости наполняла каждую клетку его существа. Ситуация была настолько серьёзной, что друзья, глядя на Амадана, не могли даже долю секунды удержать на нём взгляд. Они чувствовали, что что-то в нём изменилось, и эти жалостливые взгляды, полные сочувствия, как кислота, разъедали внутренности.
Амадан понимал, что его друзья отлично знают: время поджимает и он ищет пару среди своих соплеменников. Это был серьёзный вопрос, требующий немедленного решения, и их взгляды ежедневно напоминали ему об этом.
Когда наступает время создания семьи, нельзя довольствоваться чем-то, лишь отдалённо похожим на настоящие отношения, как это бывает с шибарийками, требующими составления договоров и согласия только на одного потомка. Также не подходил вариант с самками ицтеков, где потомство может быть в любом количестве, но только в рамках свободных отношений. Это было бы идеальным решением, но в случае Амадана полностью исключалось, так как его кровь таров не позволяла сосуществовать с конкурентами. Серьёзность этой ситуации не давала ему покоя, и он знал, что настало время для жизненно важных решений.
Это была последняя планета, на которой обосновались аситины, и именно здесь, среди своих собратьев, капитан Амадан тар Драст искал свою избранницу. Но, к сожалению, даже здесь он не смог найти ту, которую искал. Самка из семьи тор Берсов не подошла по его критериям, но он понимал, что теперь уже ничего не изменить. Нет смысла рвать на себе волосы и скорбеть по упущенным возможностям — он вынужден действовать так же, как и все остальные. И всё же его душа ощущала некий дискомфорт.
Этот дискомфорт проявлялся в постоянном гуле в грудной клетке, который не давал ему расслабиться. Он чувствовал, как этот гул заставляет его выходить из себя, порой вести себя резко с подчинёнными и постоянно ощущать неудовлетворённость.
Но сегодня утром что-то изменилось. Весь день его не покидало странное предчувствие, однако ночью, отправившись ко сну, он ощутил лишь разочарование от того, что день прошёл так же обыденно, как и все предыдущие.
— Что там у тебя, Судар? — я взлетаю в рубку и устремляю взгляд на экран передо мной.
— На радаре вращение сворачивает сингулярность в кольцо, капитан, — отвечает второй пилот.
Моя реакция граничила с яростью. Этого молодого самца я взял на борт всего четыре месяца назад, предоставив ему испытательный срок. Он отлично управлял кораблём, но в сложных ситуациях, не предусмотренных программой, совершенно терялся. Это уже третий случай за последний месяц, когда он будит меня посреди ночи. Первый раз был из-за мусоровозной станции новой модификации, которую он принял за мародёров и поднял весь экипаж, состоявший из тридцати членов, включая судового врача.
Моя терпимость к его неопытности и неверным оценкам с каждым таким инцидентом таяла, а желание вырвать ему глотку становилось всё более явным. Стоит лишь вспомнить предыдущий раз:
— Кэп! — раздался его голос. — Там станция «Гродекс 3», может, стоит заскочить?
На мгновение я попытался поставить себя на его место. Молодое тело, полное энергии, едва перевалившее за второе совершеннолетие. Но этому молодцу пришло в голову не признаться в своих настоящих желаниях, а предложить:
— У старпома, кажется, день рождения, давайте сделаем остановку...
Он даже не учёл, что у моего старпома есть астниэра и двое детей. Ибо, как известно, аситины своим самкам не изменяют.
Прежде чем я смог начать разговор о его несоблюдении протоколов и назначить наказание, его слова заставили меня замолчать.
— Капитан, вы помните о гостях из белых дыр? Я вспоминаю, как нам преподавали историю об этом в академии. Похоже, ситуация повторяется. Вы видите тот челнок возле червоточины?
А вот это не обещает ничего хорошего. В прошлом, когда кифу выразили желание вступить в Союз, на нас напали хакари. Эти прожорливые существа, двуполые, питающиеся эмоциями и пожирающие плоть побеждённых. Нам следует немедленно сообщить об этом в военное ведомство.
— Включай невидимый режим, — говорю я, садясь в кресло. — Система, активизировать положение АК-13. Руководство переходит под мой контроль...
По всей палубе разнёсся ультразвуковой сигнал, светодиодные лампы начали мигать. Все наши силы и навыки были сосредоточены на этот момент. Через три минуты весь экипаж был собран в полной боевой готовности.
— Все на своих постах, — отдаю команду, стараясь удержать внутреннее напряжение. — Не предпринимать никаких действий без моих приказов.
Наши сердца бьются сильнее, адреналин бурлит внутри нас — мы готовы к любому исходу. Этот момент наполняет нас чувством ответственности и решимости. Наша команда сплочена, мы работаем вместе уже более ста лет. Несмотря на то, что у команды сейчас было увольнение, это не отменяло военной выправки и реакции.
