— А впрочем, так даже лучше, — усмехнулся парень и сделал шаг навстречу. — Надоело ждать.

Как-то нехорошо усмехнулся. Чувство самосохранения завопило — дёру!!! Я отшатнулась и припустила вниз по ступенькам.

— Зря стараешься! От меня не спрячешься! — прилетело в спину.

А следом шею сдавило тугой петлёй, я судорожно дёрнулась и свет в глазах померк.

В себя пришла резко, словно кто-то окатил холодной водой. Открыла глаза, похлопала ими, закрыла и решила вновь уйти из себя — слишком странная картина предстала моему взору.

— Очухалась? — послышался рядом голос Варна. — Не притворяйся, я знаю — ты меня слышишь.

В смысле «очухалась»? Он понял, что я девушка? Хотя, надо быть полным идиотом, чтобы не увидеть под сорочкой женские выпуклости, которые были бы лишними элементами на мужском теле. А он совсем не идиот. Вновь приоткрыла глаза и хмуро воззрилась на ученика. Бывшего, так понимаю.

— Ну, и как мы себя чувствуем? — осведомился новоявленный похититель.

А как может себя чувствовать жертва, пристёгнутая наручниками к … Кстати, а к чему? Увеличила просвет между веками и осталась недовольна: никогда не любила учёных. Это у меня фобия после гибели родителей. А тут и к гадалке ходить не надо, сразу понятно, что нахожусь в лаборатории в окружении незнакомых приборов в качестве подопытной крольчихи на гладком холодном столе. К нему-то и пристегнули.

— Можешь не стараться изображать из себя немую. Я прекрасно знаю, что ты умеешь пользоваться языком и голосовыми связками.

Ну, это он наугад может сказать, я пока поподдерживаю часть своей легенды.

— Да ладно, — ухмыльнулся он, старательно настраивая какой-то прибор. — Неужели не хочешь узнать, зачем ты здесь?

Вообще-то, хочу. Даже жажду. Но. Издавать звуки воздержусь.

— Вот, какая ты упрямая, может, жить тебе осталось всего ничего, а со старым другом пообщаться не хочешь.

Это он загнул. С друзьями так не поступают.

— Ничего, — хмыкнул Варн, проявляя завидное терпение. — Сейчас матушка придёт, у неё заговоришь, если будет нужно.

Так. Тут ещё и матушка где-то обитает. И, наверное, всем заправляет. Никогда не поверю, что такой юнец додумался до чего-нибудь выдающегося.

— Ну, что тут у нас хорошего, пока меня здесь не было? — раздалось от предполагаемой двери.

А вот и матушка изволили пожаловать. На языке вертелось: «Всё было хорошо, пока МЕНЯ здесь не было!» Повернув голову, чтобы рассмотреть главную лабораторную крысу, чуть не подавилась воздухом — мадам Раксана! Плодовитая, однако, крыска. И доченька есть, и сынок тут.

— Да, жаль немного, — непритворно вздохнула леди, — поторопился Варн. Придётся завтра без кофе в дорогу отправляться.

— Мама, я прекрасно могу заменить Ким, — оскалился Варн.

— Руки не заменишь, — отмахнулась она от отпрыска и переключилась на меня. — Итак, начнём. Я ещё в первую нашу встречу, когда магией прошлась по тебе, всё поняла. И то, что ты из другого мира, и то, что притворяешься немым парнем. (Ничего себе, какая силища магии у неё!) А для моего опыта как раз нужен был иномирец. Наши не выживали. Да и ты выживешь или нет — вопрос. Но, судя по моим расчётам, должна.

И тут я не выдержала — подала голос.

— И во имя чего великого я тут задницу морожу на вашем столе?

Раксана рассмеялась чистым серебристым смехом. Можно было бы получить удовольствие от его звучания, если бы он не исходил от сумасшедшей экспериментаторши.

— Конечно — драконы! Меня выворачивает наизнанку, когда представляю, что у меня внутри обитает ещё одна сущность. Она просто паразитирует! Питается моей энергией, пользуется моим телом, когда захочет, может сама отделиться, а я не могу её выгнать! Но я изобрела способ избавления от этих пиявок. Человечество скажет мне спасибо. Я изгоню этих монструозных уродов из нашего мира и моё имя прославится в веках!

Я.Я.Я.Я. Любит себя леди, прямо обожествляет.

На щеках дамочки заиграл лихорадочный румянец, глаза зажглись безумным блеском, она сделала небольшую паузу и продолжила:

— Но, надо признать, присутствие ящеров даёт человеческому телу долголетие и расширяет магические каналы. Без них мы проживём не более 150–200 лет. Но, — тут Раксана опять приняла позу статуи самой себе на постаменте, — можно же использовать эликсир долголетия. Ты представляешь, сколько за него можно запросить у богатеньких?

— Не очень, — буркнула я. — У него такой сложный состав?

— Не особо, — дамочка спустилась с постамента и занялась более прозаическим делом: села на стул около большого прибора с мигающими лампочками и множеством трубок. — Самый главный ингредиент — это кровь с определённым химическим составом. А чтобы добиться такого состава, нужно пропустить её через коллайдер. Наши люди после такой процедуры умирали. Посмотрим, выживешь ли ты.

— Стоп, — всполошилась я. — Вы хотите спустить с меня всю кровь?

— Нет, конечно, — она посмотрела на меня, как на дуру. Хотя я — когда хочу, тогда и дура. Вот сейчас не мешало бы захотеть, авось ещё что-нибудь узнаю. Только надо ли оно мне в данный момент в таком-то положении? — Я подключу тебя к аппарату переливания крови. Если всё пройдёт успешно, поселю в своём замке и буду периодически сцеживать нужное количество для эликсира.

Так. Похоже, перспектива помереть прямо сейчас во цвете лет нецелованной девственницей немного отодвигается, на смену ей маячит перспектива стать вечным донором. Дело осталось за малым — выжить!

— Дёргаться не советую, — наклонившись, зашипел Варн. — Так больше шансов выжить. Мне бы не хотелось сжигать твоё использованное тело, оно мне нравится. Я бы им сам с удовольствием попользовался.

И этот гад провёл рукой по груди и животу. Стало до тошноты противно. Хотела продемонстрировать свой ужин, но желудок смущённо булькнул, сообщив этим, что поздно, он уже справился со всей едой.

— Привяжи-ка ты её покрепче, — озабоченно произнесла будущая «великая и прославленная в веках», прерывая тем самым процесс облапывания, — чтоб даже не шелохнулась.

Мумия из меня и стола получилась знатная: Варн не пожалел тряпичных жгутов, только и могла, что моргать и дышать. Почувствовала, как в вены на обеих руках ввели иглы, напряглась в ожидании неизвестного. Вся жизнь пронеслась перед глазами одним смазанным кадром. Да и было жизни той, щенок написял (и нет, тут не ошибка, именно написЯл).

Раздался щелчок, часть приборов загудела, а потом начался мой личный ад. Если выживу, страх перед жизнью после смерти мне не грозит: я уже буду знать, как себя чувствую грешники в котлах под улюлюкание чертей. Казалось, что по венам течёт раскалённая лава, так всё внутри горело и плавилось. Это продолжалось, наверное, долго, время растянулось на многие часы, и моё сознание никак не хотело облегчить мне страдания своим уходом. Напротив, оно прочно обосновалось в черепе и зудело на каком-то тарабарском языке. Несколько раз приходило облегчение, но потом начиналось всё заново. В конце концов, что-то внутри взорвалось и… всё вокруг стало таким маленьким… А почему Раксана вопит от ужаса и Варн валяется в обмороке? Ой, не в обмороке, оказывается, это я на него немного присела и чуток помяла. Ни фига себе! Это я такая большая и страшная стала?

В нос ворвалось множество запахов, я даже ощутила липкий тошнотворный вкус ужаса этих двоих, что находились у меня в ногах. Ох, а что с моими ногами? Где мои аккуратные пальчики? Хотя… Чёрные длинные коготки тоже смотрятся ничего. Я пошевелила ими и очень захотела проверить их остроту. На чём же? О! Ш-ш-ш-кр-р-ряб! Аппарат, недавно гордо называемый «коллайдер» разделился на несколько частей — ага, по числу моих коготков. Ух, здорово! Попробовала повернуться. Тесновато. А что у меня так спину оттягивает? И попу? Ё… Обернувшись, узрела толстенький хвост, покрытый белоснежными чешуйками с чёрной окаёмкой. У меня есть хвост! Самый настоящий хвост! И крылья! Эх, помещеньице маловато! Развернулась, снеся на пути часть оборудования своим великолепным хвостом, и проломила изящными рожками стену. Тьфу! Пылищи сколько! Какая толщина тут у штукатурки? Неэкономно строители использовали материал, дяди Коли на них нет, он бы им живо рассказал, по чём грамм перерасхода. Оглянувшись, дабы удостовериться, что Варн так и продолжает валяться, а дамочка превратилась в живой памятник с выключенными от испуга мозгами, и потопала на выход, — размять новообретённые крылья. И скажу я вам от всей своей драконьей души — сны имеют особенность сбываться! Ведь не зря же мне снились полёты, теперь я могу подняться в небо наяву. Наверное. Я же не слишком толстая?