— Я же сказал, что вернусь.

— Тебя слишком долго не было. И ты веселил других, поэтому мне стало скучно.

— Если ты про девушку, с которой я ушел, то это была моя сестра. Нэйти. И меня не было от силы пару минут.

— Универсальный ответ, учитывая, что у нас одни прародители в виде Адама и Евы. — Ох, задело ее это.

— Ревнуешь что ли?

— Ревновать тебя должны Близнецы, Весы, Водолеи. А мне все равно.

— Тебе не все равно. Раз ты думала обо мне и моих татуировках. — Ракушка прикусывает губу и опускает глаза. — Ты ведь представляла меня с этой татуировкой, когда говорила это?

— Нет, — она машет головой из стороны в сторону, — честно.

— Нельзя говорить о чем — то не представлять это. Хочешь, проверим? — Я не спеша запускаю руку под резинку шорт, чтобы продемонстрировать ей. И Ракушка вспыхивает еще сильнее, хватаясь за мою руку тонкими пальчиками.

— Не надо.

— Так, раз я тебя спас, — усмехаюсь в ответ. — То имею право требовать вознаграждение. Обычно девушки сами его предлагают, но ты не обычная, я помню, поэтому спрошу сам.

Ракушка усмехается сама себе, закатывая глаза. Что — то там думает. Но определенно не то, как меня отшить. Потом медленно выдыхает и смотрит на меня.

— Хорошо. Какое ты хочешь вознаграждение? Хотя я и так догадываюсь.

— Ну и что ты догадываешься?

— Поцелуй, ужин, желание, сразу говорю, мне восемнадцати нет, так что все, о чем ты там подумал, можешь забыть.

Ну как нет восемнадцати? Я не верю. Кто бы их одних отпустил в другую страну? А черт. Потом разберусь.

— Ты плохо знаешь Стрельцов. Поцелуй и ужин это слишком просто для вознаграждения. — Мы проведем с тобой целый день, завтра. Там, где я выберу.

— Почему не сегодня?

— Потому что сегодняшний день уже идет и я потерял половину. А завтра заберу тебя на целый день. С утра. — Подмигиваю ей, предвкушая нашу поездку в какое — нибудь уединенное место.

Внутренне борется. Отказалась бы сразу, но что — то останавливает.

— Ох, как у вас тут жарко. Может, охладитесь? — Мы синхронно оборачиваемся на голос ее подружки, что сбрызгивает на нас воду с пальцев. — А то весь пляж уже застыл в ожидании поцелуя. А его, скорее всего, и не предвидится. –

— Пойдешь? — Киваю Ракушке.

— С тобой нет.

Смешная. Это просто звучало как вопрос. Уже все и так решено. Я упираюсь руками в ее ладошки и встаю, а следом тяну Ракушку к себе и ловко закидываю на плечо.

— Значит, я тебя понесу, раз сама не пойдешь.

— Мэтт, отпусти, нет. — Юджи упирается руками мне в спину и хочет спрыгнуть.

Но меня уже не остановить. Мне хочется касаться ее больше. Хотеться трогать везде. И я точно не собираюсь отпускать Ракушку. Скольжу взглядом по очаровательной попке в бикини у меня на плече. Я бы пощупал ее. За несколько метров до воды разгоняюсь и вбегаю в волны, ныряя вместе с ней под воду. Специально так делаю, чтобы она обняла меня и прижалась.

Когда девушки на тебя вешаются сами — это одно, но когда хладнокровно игнорируют — это просто высушит мозги, пока придумаешь, как найти к ней подход. Я первым становлюсь на ноги и вытягиваю ее.

— Больной. — Толкает меня в грудь, стирая с лица капли воды.

— Тшшш, ну это шутка была.

— Шутка? Я думала у Стрельцов лучше чувство юмора. — Девушка собирается обойти меня, но я преграждаю путь.

— Ты такая строгая.

Вижу позади нее высокую волну, которая точно сейчас накроет ее с головой. Потом я снова окажусь виноватым.

Решение обхватить ее ноги и поднять приходит за секунду до того, как меня, надеюсь одного, обдает волной с головой.

Думаю, я заслужил поцелуй за ее спасение, поэтому сам касаюсь живота, который сейчас напротив моего лица. Пальцами держится за плечи, чтобы не потерять равновесие.

— Мэтт, пусти меня.

А я разворачиваю нас к горизонту, где волнами нас окатывает снова и снова. Она крепче цепляется за меня, чтобы ее не снесло.

— Боишься воды?

— Я не люблю нырять.

— Ладно, больше не буду. Но если отпущу, то тебя накроет волна.

Нас снова подхватывает волна, и я прижимаю к себе девушку, подпрыгивая над водой.

— Тогда на берег неси.

— Хочешь, научу тебя нырять? — Я разворачиваюсь к берегу, но не отпускаю. Я ищу любую зацепку, чтобы не потерять ее.

— Нет.

— Давай, обещаю, насильно ничего делать не будем.

— Я не люблю нырять, Мэтт, и я хочу на берег.

— Потому что ты нормально никогда этого не делала и ничего не видела под водой. Если тебе не понравится, я выполню любое твое желание. — Она сомневается. — Я иду с ней на руках в сторону берега и, когда становится мельче, ослабляю хватку, чтобы она опустилась за дно, но непременно скользнула по мне. Прижимаю за талию к себе, не отпуская. — Мне надо Райту сегодня помочь. Мы после обеда уезжаем и вернемся поздно вечером. Поэтому я буду ждать тебя завтра в семь утра возле отеля. Не опаздывай. С тебя купальник и удобная обувь.

— Я согласилась только потому, что вчера ночью пообещала, если твое имя поможет мне, то я сделаю первое, что ты предложишь.

— Вот это я прокололся. Надо было просить другое.

— И я не хочу изменять данным мною же обещаниям, поэтому еду с тобой. А не потому, что хочу провести с тобой время.

Слушаю ее и сдерживаю улыбку. Придется постараться, чтобы она не забыла эту поездку.

— Я так и подумал, Ракушка. Мы же несовместимы.

— Райт, может все — таки возьмешь у меня денег и купишь новый автомобиль? Что — то я не доверяю подержанным.

— Для этого я тебя и взял. Посмотрим вдвоем на машину. А за новую я тебе буду десять лет отдавать. У отца брать денег я не буду. Я вообще хочу от них съехать. Останавливает только дед.

— Как он?

— Все также. И ходить он уже не будет. Бля, они меня так все раздражают. Эта идеальная семейка. О маме вообще никто не вспоминает. Как будто человек умер, и его не было никогда.

— Ты хотел бы, чтобы твой отец страдал и жил один все время?

— Умеешь ты спросить так, что я чувствую себя виноватым.

— Ответь себе на этот вопрос. Ладно, так у кого мы покупаем автомобиль?

— Джадд. Я тут познакомился с одним парнем, он продает свой автомобиль. Тачка рабочая, просто нужны деньги и он ее продает.

— Ясно, как помнишь, как мы себе велосипеды первые покупали. Ты еще только сел и сразу в какую — то девчонку врезался. — Я смеюсь, вспоминая, как мы катались, когда нам было лет по десять.

— Ага, я тогда еще понял, что женщина за рулем ни к чему хорошему не приведет. — Ржет Райт.

— Это ты в нее врезался.

— Нет уж, я ехал правильно. — Он отвечает и вздыхает. — Мама тогда еще была жива. — Райт отворачивается к окну и молчит, а я больше его не трогаю.

Он вообще после ее смерти стал другим. Со всеми. Но не со мной. Со мной оставался таким веселым, как мы познакомились. В компании — сдержан, с посторонними — насторожен, а в семье — изгой.

Хотя мне нравилась его семья. И мачеха его нравилась, и отец, и дед. Только Райт сам видел в них врагов. Но я не лез. Только периодически подкидывал ему такие вопросы, чтобы он подумал.

Ракушка так не выходит из головы целый день. И даже тестирование и выбор нового автомобиля для Райта отвлекают лишь на время. Юджи продолжает там же тусить всю ночь. Заведомо отвергая даже в моих мыслях все варианты, что я предлагаю.

Я стою под ее отелем, ожидая, когда она спуститься и до сих пор не решил окончательно, как ее удивить? Свозить в город и устроить романтический день или наоборот выбрать что — то экстремальное, чтобы разогреть и взбодрить.

Нет, она слишком нежная и трусливая для адреналина. Нам надо что — то уединенное и красивое. Кажется, это ей понравится больше.

— Куда мне садится? — Слышу знакомый голос и отвлекаюсь от мыслей. Юджи в коротких шортах и облегающей футболке стоит напротив и, приоткрыв губки, ждет ответа. А мне представляется, что она этими губками спрашивает, где мне лучше отсосать. На переднем сидении или на заднем. Чертова девчонка. Как получается, быть вот такой сексуальной, при этом не догадываться, похоже, даже.