— Ладно. Обойдёмся без клятвы. Можешь идти, Нэйдин. Мы тебя не держим.

Стена, сквозь которую я прошла в первый раз, стала прозрачной, и меня подтолкнули в спину. Я вышла в прохладный коридор, с содроганием посмотрела на скрючившегося в странной позе Диму. Отметила с облегчением, что он дышит. Мне бы остаться равнодушной, но я не могу. Отчего-то думаю не о себе, а о двух детях, которые у него остались. Им ведь нужен отец. Всем нужен. Мне ли не знать, каково это — расти без отца.

Шагаю вперёд. По обе стороны клетки. В каждой из них с трудом распознаётся мужское тело. Лица безучастные или вовсе скрытые. В некоторых клетках не чувствуется даже дыхания.

Между тем осматриваю себя. От порванного платья не осталось и следа. Теперь на мне чёрно-белая форма с рюшами. Грудь слишком обтянута, почти навыкате. Светлые кудряшки упали на плечи, и я своевременно вспоминаю команду, что волосы нужно собрать. Комкаю их на голове, приближаясь к окошку с ярким светом. К нему ведут каменные ступеньки.

Значит, узников держат в подвале.

Нужно понять, кто здесь друг, а кто враг. Те восьмеро в клетках похожи на нормальных. Подумаешь, чуток облапали. В остальном всё в порядке. Они ведь могли меня там и значительнее потрепать.

Выхожу в светлый коридор, и тут же оказываюсь захвачена под руку другой девушкой в форме служанки.

— Ну где ты ходишь? Не время сейчас развлекаться! Ты же новенькая, да? Нам сообщили, что сегодня прибыло шесть молоденьких гесейр. Ты на каком году сейчас? — окидывает меня взглядом. — Совсем крошка, да? Я вот уже на пятом. Ещё столько же, и я перейду на уровень бека. Мечтаю, конечно, об альме, но до него ещё дожить надо. Ты не расслабляйся, на дламе тоже неплохо живётся. Только тебе будут поручать самую неприятную работу. Если будешь послушной, всё пройдёт гладко. Да не волнуйся ты так! Здесь все добрые! Я тебе позже покажу, к кому стоит ходить. Сама лучше в подвал не спускайся. Там столько гневных личностей! Ой, а тебя как зовут? Меня Эльтика.

— Нэйдин, — отвечаю неуверенно.

— Нэйдин. Сейчас пройдём по комнатам. Там влажная уборка. Сегодня вообще лёгкий день. Вот завтра будет сложновато. Начнётся эстрата. Зато это интересно. Потом обязательно сходим вниз. Ох, я в предвкушении! Это лучшие дни в нашей работе! Кстати, хозяйка не против. Официально, конечно, об этом не сообщала. Саида вообще не любит говорить с челядью, но условия работы здесь хорошие. Тебе повезло, что ты попала сразу в главный замок. Я до этого три места работы сменила. И вот, наконец, я здесь.

— А можно где-нибудь помыться? — спрашиваю, когда Эльтика, наконец, замолчала.

— Ну конечно! — потащила меня за руку вглубь коридора, втолкнула в широкое помещение. Внутри столько пара, что так сразу и не разберёшь, что тут происходит.

— Привет, Лорс! — звонко крикнула Эльтика, и из облака пара показался симпатичный парень с полотенцем на плече. Остальные части его великолепного тела полностью открыты. — Как сегодня настроение у Саиды?

— Злится, но в целом жить можно, — ответил Лорс и так же голышом вышел из банной комнаты.

Меня же Эльтика подтолкнула в спину. Я прошла мимо необычных душевых, осмотрела штук пять голых мужских задниц, в одной из кабинок обнаружила два сплетённых тела. В мозгу отпечатались сокращающиеся мужские ягодицы и запрокинутая женская голова.

Свободной оказалась кабинка сразу за той, в которой активно соединяется парочка. Никого не смущает происходящее. Для них это норма жизни.

— Новенькая, что ли? — спрашивает приятный мужской голос, и я оборачиваюсь, смотрю на парня-красавчика. Он будто сошёл с обложки журнала. — Я Эрнис.

— Нэйдин, — отвечаю с улыбкой и стараюсь не опускать взгляд туда, где торчит грозное мужское достоинство.

— Потрахаемся? — спрашивает буднично и делает шаг ко мне.

— Нет, — нервно машу головой.

— Уже трахалась? Эх, жаль. Не успел я. Ну в другой раз, значит, — отходит к другой кабинке. — Эльти, трахаться будешь? — спрашивает так, будто чай предлагает.

— Ну давай, — соглашается моя новая знакомая, и уже через минуту страстно постанывает. Её пальцы скользят по запаренному стеклу, разделяющему наши кабинки. Эрнис усердно вколачивается в хрупкое женское тело, громко стонет.

За этим действом я не могу начать мыться, хотя одежду уже сняла. Стоны и шлепки звучат со всех сторон. Хочется заткнуть уши, но я, наоборот, прислушиваюсь, а потом и присматриваюсь. И самой вдруг хочется. Хочется, чтобы вот так страстно имели и меня.

— Фух, что за чушь, — смахиваю наваждение.

Быстро моюсь, повернувшись к проходу спиной. Проводя между ног пальцами, понимаю, что я возбудилась. Да ещё и так сильно, что хочется тереть там как можно дольше. До самого оргазма. Но я ведь не совсем из ума выжила? Мастурбировать в общественном душе…

Боже, а что же мне делать, если они всё время будут вот так?

За стеклянной стенкой, наконец, закончили, то бишь, кончили. Теперь смеются, шуточками обмениваются. И ясно сразу, ничего кроме вот этого быстрого перепиха у них нет. Как так вообще можно? Я до двадцати девяти лет спала только с одним мужчиной.

— Не думай, Надя…

— Что ты говоришь, Нэйдин? — голая Эльтика подошла к моей кабинке, вытирает волосы. — Эрнис хороший парень, ты зря отказалась. Он умеет доставить удовольствие. В следующий раз соглашайся. Это редкий случай, когда ему хочется. Обычно он на этаже альма. Неудивительно, да? Хорош ведь. Спасибо, Эрнис. Спускайся к нам ещё! — кричит в спину уходящему парню.

Остаток дня прошёл за формальной уборкой. Помахали кисточками, обошли множество комнат. Я устала от безостановочного лазанья по ступенькам. И, когда оказалась в комнате с выделенной мне кроватью, просто упала и уснула.

Второй день начался с хорошего завтрака. Удивительно, но для прислуги здесь не отбросы, а приличная, если не сказать роскошная еда. Эльтика вместо ложки использует палочки, говоря, что на уровне альма едят только с их помощью. Мне же по душе и обычная ложка.

— Сегодня будет эстрата, — мечтательно говорит Эльтика, неумело наматывая на палочку коричневую лапшу. — А потом все разойдутся по комнатам, и мы сможем сбежать.

— Сбежать? — я оживилась.

— В подвал, — полушепотом сказала служанка и рассмеялась. — Тебе повезло. Вот так сразу на эстрату попадёшь, а потом ещё и в подвал!

— Что такое «эстрата»?

— Ты что? — Эльтика смеётся и отмахивается, думая, что я пошутила.

Переспрашивать не буду, иначе придётся объясняться. Мысль насчёт подвала вовлекает. Может, найду там ход, через который я собственно сюда попала? Нужно хотя бы попытаться выбраться. Там у меня мама и… Димы больше нет. Останутся торты, подруга Женька, мечта о коте. И всё.

С мамой мы не в ладах. Как раз из-за Димы. Он ей никогда не нравился. Сейчас мне хочется попросить у мамы прощения. Я столько раз ругалась с ней, доказывая, что Дима — идеальный мужчина. А мамино сердце чувствовало подвох.

— Пойдём! Уже началось!

Эльтика схватила меня за руку, пробежала через коридор. У входа в широкий пафосный зал столпились другие слуги — парни и девушки. Моя провожатая быстро их растолкала, и никто не посмел её осадить. Так, мы оказались в первом ряду среди стоящих зрителей.

— Мы здесь не глазеем, а работаем, поняла? — с улыбкой наставляет Эльтика, а сама руки сложила так, будто собирается аплодировать. — Когда выдадут поднос, быстро иди по кругу. Останавливайся только там, где подают знак. Даже если на подносе остались бокалы, всё равно уходи. После гудка заходим на второй круг.

Я бы ничего не поняла, если бы не демонстрация. В противоположном конце огромного зала открылась дверь, оттуда вереницей вышли слуги и двинулись по кругу, разнося напитки. Все они шагают строго по линии, а она пролегает вдоль кроватей, на равном расстоянии размещённых по периметру.

Из другой двери вышла красивая девушка с длинными золотистыми волосами, приподняла над головой ремешок, весело помахала и дёрнула парня, на шее которого тот самый ремешок закреплён. Парень повиновался и пошёл следом за блондинкой.