- И да, передавай привет своей невестушке!

Теперь уже старик повесил трубку, и я невольно улыбнулся.

Плеснув себе выпить, я покрутил бокал в руках, наблюдая, как янтарная жидкость плавно закручивается в спираль.

Наигравшись вдоволь, я сделал один большой глоток.

Удовлетворенно вздохнув, я встал из-за стола и подошел к окну, любуясь панорамой.

И почему я раньше никогда не замечал всей этой красоты?

А чего тут собственно удивляться? Я в принципе никогда не давал себе воли получать удовольствие от простых вещей. Я не наслаждался видом из окон. Не пил просто так, без повода. Никогда не отдыхал.

Но что-то изменилось.

Вот он я. Стою у себя в кабинете с бокалом в руке, смотрю на город и наслаждаюсь безмятежностью и спокойствием.

После встречи с родными у меня на душе воцарился мир. Никаких тревог и бед, ничего подобного не было. Тишь, гладь да Божья благодать. Да, давненько я так себя не чувствовал.

После того, как мама с распростертыми объятиями встретил меня и Майю, мы все вместе сели за стол. Я моментально почувствовал облегчение, когда понял, что мое семейство приняло Еникееву с большим трепетом.

Конечно, это не имело совершенно никакого значения, ведь отношения-то у нас были лишь на бумажке, но я все равно испытал чувство глубокого удовлетворения. Наверное, сказывалась эйфория от встречи с родными.

Потом в один момент я понял, что Майя расслабилась. Она постепенно включилась в разговор, поддерживала беседу и охотно отвечала на все мамины вопросы.

А еще она искренне смеялась. Я и забыл уже, какой у нее потрясающий смех.

Сидя в кругу родных и близких мне людей, я вдруг почувствовал, как осколки моего разбитого сердца собираются воедино. У японцев есть ритуал: разбитую посуду склеивать при помощи специального состава с золотом. По кусочкам, по маленьким фрагментам и наконец из груды осколков вновь получается что-то волшебное.

Так было и со мной. На душе стало легко.

Момент моей рефлексии прервали громкий стук в дверь и тяжелые шаги за ней. Секунда - и дверь распахнулась настежь.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто пришел.

Так ко мне врывался только один человек.

Рустем

- Здорова, братан!

- Ты какого хера тут делаешь? - Спросил я Макса, и, к сожалению, это был не мой водитель.

- Это так ты друзей приветствуешь?! Старый ты пердун!

Я поджал губы и старался не взорваться. Во-первых, никакой он мне не друг. Во-вторых, он откровенно выбесил меня своим появлением.

Макс окинул меня удивленным взглядом, а после подбежал ко мне и похлопал руками по пиджаку, как делают военные и секьюрити в момент досмотра.

- Кто ты такой, и что ты сделал с Русом?

Я закатил глаза.

Мы с Максом познакомились на конференции в Москве года четыре назад. Ну, как познакомились: этот тип прилип ко мне как банный лист к заднице.

Его девушка рассталась с ним прямо на том мероприятии. Закатила истерику на ровном месте, разбила бокал с вином, ушла, громко цокая каблуками и обвинив Максика во всех смертных грехах. Хотя, изменила она ему, а не наоборот.

Я стал свидетелем этой сцены совершенно случайно: скандал разыгрался около моего столика. После того, как Макс проводил свою шалаву взглядом, он взял бутылку коньяка и сел рядом со мной.

- Слыхал, че устроила?

Я отрицательно замотал головой. Незачем ему было знать, что я не только все слышал, но и видел, хотя упорно отворачивался.

- Ой да не пизди! Ты же вроде не глухой.

Макс моих намеков на то, что я знакомств не ищу, не понял, просто сел рядом и принялся изливать душу. Он рассказал мне обо всем: как и где они познакомились, сколько провстречались, как зовут кота его мамы и даже сколько шлюх он успел трахнуть до того, как начал встречаться с этой.

Многие пытались завязать со мной дружбу из-за моего статуса и положения, но Максу на это было совершенно фиолетово. Ему нужны были свободные уши. Так наше общение и завязалось.

Он меня своим беспардонством, конечно, дико подбешивал, но все равно относился я к нему по-своему тепло.

- Что это ты вернулся из своих Европ? - наконец спросил я.

- Достал меня этот Лиссабон. Большая деревня. Честное слово.

- Перетрахал всех баб и скучно стало? - хмыкнул я, делая еще один глоток вискаря.

- Ну, хочу чего-то новенького, - рассмеялся он. - Например, темненькую. Таких у меня еще не было.

Я проигнорировал его последнее замечание. Почему я не удивлен?

- Как дела в компании?

Макс мгновенно скривился, отобрал у меня стакан из рук и допил остатки. По настоянию отца он отучился на юриста, тот пытался приобщить его к благородной профессии, но ничего не получилось. Он просто жил в свое удовольствие, мотаясь по странам и зажигая с телочками.

- Отвали. Все как всегда. Не напоминай. А где твоя невеста?

- На работе, - процедил я. - А что такое?

- Да так, думал вдруг она хочет с нормальным парнем позажигать, - хмыкнул Макс, недвусмысленно подмигивая. - Не все ж ей с тобой от скуки вешаться!

- Иди нахер, а.

- Да шучу я, не ссы!

Вдруг у него на полную громкость затрезвонил телефон. Макс взглянул на экран и весь поник. Кто это там звонит нашему развеселому мальчику?

- Да, мам? - покорно ответил он, даже я слышал, как надрывалась женщина на том конце.

Ну кто бы сомневался! Такой секс-гигант, а мамка позвонила, так он весь скукожился.

Вопли стали еще громче.

- Понял. Скоро буду! Да буду скоро, говорю, - буркнул Макс и сбросил вызов.

- Дела не дремлют, - хмыкнул я, помахав на прощание рукой.

- Так просто от меня не отделаешься, Щеголев!

Я так и не понял, зачем этот хлыщ вообще ко мне приезжал. Неужели реально к Майе подкатить рассчитывал? Пусть только попробует…

Снова воцарилась тишина, но дзен я поймать уже не мог. Может, позвонить Майе, спросить, как у нее дела?

Нет, не буду. Пусть отдохнет от меня.

Сев за стол, я пододвинул к себе компьютер и принялся что-то искать в рабочем чате. Да и вообще не мешало бы закончить с одним делом, так что я с головой и полностью ушел в бракоразводный процесс Соколовых.

Отвлек меня звонок. Затаив дыхание, я ответил.

- Рустем?

- Маша! - выдохнул я. - Ну, что?

Я знал, что рано или поздно она позвонит. Она не из тех людей, кто бросает слова на ветер, поэтому я с нетерпением и страхом одновременно ждал от нее новостей.

Пришло время вернуться из безмятежности в суровую реальность.

- Все, Рустем. Все кончено. Семь лет - долгий срок, и я научилась с этим жить. Не беспокойся, я все стерла, - ее голос был напряженным. Почти на грани срыва. - Никто не узнает, что на самом деле произошло той ночью.

У меня сжалось сердце. Она продолжила.

- Рус, ты любил его, ты был хорошим отцом. Я знаю, что забыть о таком невозможно, но нам нужно учиться дальше жить с этим. Некоторые вещи нам просто неподвластны, ничего изменить уже нельзя, - тихо произнесла Маша, всхлипывая. - Я… Я встретила человека, с которым мне легко. Я счастлива, Рус. Впервые за много лет.

Ее слова поразили меня прямо в сердце. Но вместо боли я почувствовал облегчение.

- Я рад за тебя, Маш. Правда.

- Береги себя, Рустем. Прощай.

Положив трубку, я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Впервые за столько лет я почувствовал облегчение. Будто бы веревку, к которой был привязан камень, перерезали, и груз упал.

Все потихонечку становилось на свои места. Только вот как прежде уже не хотелось.

Через несколько недель мы подпишем все бумаги с Широковым, и нашу сделку с Майей можно аннулировать. Я заплачу ей всю сумму, и она переедет обратно в свою квартиру.

Я так не хочу. Я не хочу возвращаться к одиночеству.

Я не хочу жить без Майи.

Майя