Майя судорожно вздыхала, из всех сил пытаясь сдержать рыдания.

- Мне очень жаль, что в твоей жизни было так много плохого, - наконец произнес я, предварительно обдумав каждое слово. - Ты же знаешь, у каждого свои скелеты в шкафах, за каждым следят только его демоны. Не хочешь, чтобы они теребили тебе душу, - не выпускай их наружу и не давай им возможность завладеть тобой.

Майя не сводила с меня свой пристально-заинтересованный взгляд.

- Абсолютно каждого человека что-то гложет. Каким бы счастливым он не казался, всегда есть что-то, что не дает ему покоя, - продолжил я, не прерывая наш зрительный контакт. - Но мы должны искать в себе силы, чтобы свои страхи сделать преимуществом. И ты молодец! Нет, правда, мало кто может похвастаться подобным!

Я увидел, как по щеке Еникеевой скатилась крошечная слезинка. Затем еще одна. И еще… Молодец, Рус, довел девку! А пытался типа успокоить. Хорош психолог, нечего сказать.

Майя слегка всхлипнула, а затем вытерла слезы и взглянула на меня сквозь грустную улыбку.

Когда Еникеева так смотрела на меня, я чувствовал себя уязвимым. Я чувствовал себя открытой книгой, которую совсем несложно прочитать.

Я ведь я же клялся, что никогда больше не позволю подобному случиться. Как, как у нее это получилось? Майя тепло улыбнулась, сжимая мою руку, и я не смог не улыбнуться в ответ.

- Спасибо.

Я инстинктивно потянулся, чтобы вытереть остатки слез с ее нежных щек. В ее зеленых глазах промелькнуло удивление: что, не ожидала от мудака Щеголева такой нежности? Не ожидала? Да я сам не ожидал, если честно.

Не раздумывая, я отодвинул стул, на котором сидел, поднялся и подошел к Майе вплотную. Я все еще не смел разорвать наш зрительный контакт, будто бы важнее этого ничего не было. Легким движением я заставил Еникееву подняться, и, развернув ее лицом к себе, прижал ее попку к столу. Майя тихо охнула.

Затем я навис над ней и раздвинул ее ноги. Так-то лучше.

Обхватив ладонями ее лицо, я осторожно приблизил свои губы к ее, после чего начал нежно покусывать их, желая намного большего.

Тихий стон сорвался с ее пухлых губ, когда мой язык вступил в яростную борьбу с ее. Они танцевали дикое танго, переплетаясь, но в конце концов Майя мне уступила. Но разве в этой игре могут быть проигравшие?

Мне не хотелось останавливаться, моя рука нетерпеливо потянулась к ее платью. Я обхватил одну ее грудь, слегка массируя ее, а другой рукой притянул Майю еще ближе.

Она выгнула спину, прижимаясь ко мне. Услышав, как Еникеева ахнула, я победоносно улыбнулся. Я хочу ее. Здесь и сейчас.

Я осыпал поцелуями ее шею, не сдерживая стона наслаждения.

Учащенное дыхание Майи делало мое эрекции каменной. Но я хотел другого. Она должна умолять меня, выкрикивать мое имя. Без этого не будет ничего.

Ее тихие стоны превратились в хриплые и отчаянные. Когда мои губы коснулись затвердевших сосков через тонкую ткань платья, руки Майи мгновенно обхватили мое лицо. Она стала еще ближе ко мне: я чувствовал, как мой дружок упирался ей в живот.

- Пожалуйста, - простонала она. - Умоляю.

Моя рука осторожно справилась с молнией на ее платье, и теперь я мог любоваться ее роскошной обнаженной грудью.

Блять.

Я припал губами к одну соску, пока моя рука ласкала другой.

- Рустем, - простонала она, и я издал дикий рык.

Моя рука мгновенно скользнула под юбку к ее мокрым трусикам.

Из горла Еникеевой вырвался стон.

Я быстро оторвался от груди и, подцепив край кружева, сдвинул трусики в сторону. Присев на колени, я коснулся губами ее лона. Мой язык проникал все глубже и глубже, касаясь каждой ее складочки, каждой безумно чувствительно точки. Да, детка, я покажу тебе, что такое удовольствие!

Как только я почувствовал, что ноги Майи начали подергиваться, я отстранился и встал. Она попыталась вернуть меня обратно, но ждать я больше не мог.

Расстегнув ремень, я выпустил мой давно рвущийся к бою член наружу. Майя кокетливо прикусила губу. Я разрешил ей немного полюбоваться мной, прежде чем пристроился у ее ног.

Пристально глядя Еникеевой в глаза, я медленно вошел в нее. Я наблюдал, как ее губы в безмолвии приоткрылись, пока я заполнял ее полностью.

Сука. Как же давно я этого хотел.

Майя дрожащими пальцами впилась мне в спину. Я чувствовал даже через рубашку, что ее ноготки оставят на мне яркие следы, но мне было откровенно наплевать.

Ее стоны стали громче, она двигала бедрами в такт моим толчкам. Согнув ее ногу, я вошел в нее еще глубже.

- Рустем! - воскликнула она. - Да, не останавливайся! Молю! Рустем!

Крики Майи становились громче, и я удовлетворенно хмыкнул.

Да, детка, кричи мое имя. Лучшего секса у тебя не было никогда.

Мне хотелось запомнить этот момент навсегда. Наши полуобнаженные тела, двигающиеся в унисон. Ее растрепанные волосы и учащенное дыхание. Дрожь, пробежавшая по моей спине.

- Рус, - протянула она на выдохе. - Я больше не могу.

Я почувствовал, как она вся сжалась, и одновременно с этим ее хватка на моей спине усилилась.

Я поднял ее вторую ногу и удвоил темп, чувствуя, что и сам долго не продержусь.

Вскоре Майя кончила в моих объятиях, а я едва успел выйти из нее, чтобы ни капли моего семени не попало внутрь.

Блять.

Мы опять потрахались, хотя я зарекался покончить с этим раз и навсегда.

Майя

У нашей будущей ячейки общества на эти выходные пришлось знаменательное событие.

У моего любимого начальника и по совместительству фиктивного жениха был день рождения. Везунчик. День рождения в субботу!

К своему же удивлению я никак не могла выбросить эту информацию из головы после того, как Адель сообщила мне об этом. Казалось бы, какая мне разница? У нас даже не настоящие отношения! Но я начала переживать так, будто бы это будет реальный день рождения моего реального парня! А не начальника, который у меня уже всю кровь выпил. Но по какой-то неведомой причине мне хотелось сделать ему приятное.

Почему? Да сама не знаю, если честно.

Может, после встречи с Адель я увидела в Щеголеве живого человека, а может, я, открывшись ему, почувствовала родную душу.

Наверное, все вместе.

Мне дико хочется порадовать Рустема.

Адель поделилась со мной деталями его прошлого. Совершенно неудивительно, что он закрылся от всех. Как еще евнухом не стал…

Так что составив накануне небольшой список продуктов и вещей, которые понадобятся, я решила, что такой небольшой жест доброй воли будет очень даже кстати. Может, Щеголев после этого снова обретет веру в хорошее.

Утром я проснулась рано, сходила в душ и, выйдя оттуда в одном полотенце, снова взяла в руки телефон, чтобы проверить список дел. Так, свечи, торт, пара ленточек… Да, самое важное, нужны продукты для его любимого блюда. Я, конечно, понимаю, что Ирина прекрасно готовила ему на протяжении нескольких лет, но сегодня я хотела побаловать фейкового мужа сама.

Побаловать… Так странно звучало это слово в контексте нашей ситуации! Он мне что, реально муж что ли, чтобы его баловать?!

Так, ладно, проехали.

Еще нужно не забыть купить вино. А вот подарок - задачка со звездочкой.

Что подарить человеку, у которого все есть?

А если он вообще пошлет меня в пешее эротическое вместе с моими сюрпризами? Как мне сказать ему, что туда я пойду только с ним?

Покачав головой, я твердо прошептала:

- Нет.

Не будет никаких «а что» и «если».

Надо мыслить позитивно.

Я все еще не до конца понимала, что и как будет. Голова как в тумане, честно.

Взглянув на часы, я ахнула. Одиннадцать утра! Как я могла так проспать?! А где Рустем? Блин, ну как можно быть такой растяпой…

Я хотела пойти и проверить, где именинник, но не сдвинулась с места. После последнего секса мы вновь сделали вид, что ничего не произошло. Он оделся, я поправила платье и с невозмутимым видом вышла из кабинета, будто бы мы там просто кофе пили, а не жестко трахались.