- Где сейчас эта женщина?

- Я уничтожил ее карьеру и репутацию за два дня. Она больше никогда не подойдет ни к одному ребенку. Сейчас она работает посудомойкой где-то на окраине области, потому что с моим волчьим билетом ее не берут даже дворы мести.

Машина плавно затормозила. Водитель заглушил мотор.

Демид достал из внутреннего кармана пиджака небольшую бархатную коробочку. Открыв ее, он вынул кольцо с крупным бриллиантом. Взяв мою левую руку, он уверенно надел его на мой безымянный палец.

- Выслушав это, вы должны понимать, Лера, почему я контролирую каждый шаг в своем доме, - он не выпустил мою ладонь, его большой палец медленно очертил контур кольца. - Я больше не имею права на ошибку. Мой ребенок дважды столкнулся с холодом и жестокостью женщин, которых она готова была называть мамой.

Он отпустил мою руку и потянулся к ручке двери. За окном виднелся фасад одного из самых дорогих и закрытых ресторанов города.

- А теперь соберитесь.Илона не просто так устроила утренний спектакль с опекой. Она знала, что у меня сегодня решающий обед с инвестором, от которого зависит многомиллиардный контракт.

Я непонимающе нахмурилась.

- При чем здесь ваш контракт?

- При том, что этот инвестор - человек старой закалки, повернутый на традиционных ценностях. Он не ведет бизнес с людьми, у которых проблемы в семье, - Демид распахнул дверь, впуская в салон холод улицы. - Илона точно успела шепнуть ему, что наш брак - фикция ради суда. Если он поверит ей, я потеряю проект всей своей жизни и возможность обеспечить стабильное и безбедное существование своего ребенка. А вы потеряете мою защиту от Вадима.

Воронов вышел из машины и подал мне руку.

- У вас есть ровно минута, Елена, чтобы вспомнить все навыки актерского мастерства. Потому что следующие два часа вы должны вести себя так, словно безумно, до беспамятства в меня влюблены. Если нам не поверят, то мы оба пойдем ко дну.

Тяжелая горячая ладонь Демида легла мне на поясницу еще до того, как вышколенный швейцар распахнул перед нами стеклянные двери ресторана.

- Плечи назад. Подбородок выше, - едва слышно скомандовал Воронов, склонившись к моему уху. Его губы почти коснулись моей кожи, отчего по позвоночнику пробежала предательская дрожь. - Ты не провинившаяся школьница, Лена. Ты женщина, ради которой я за сутки перевернул свою жизнь. Соответствуй.

Аристарх Львович ждал нас за угловым столиком, скрытым от посторонних глаз плотной ширмой из живых растений. Это был грузный, седой мужчина с невероятно цепким, колючим взглядом. Он не стал тратить время на светские расшаркивания. Стоило нам сесть, как инвестор отложил меню и сложил руки на столе.

- Буду краток, Демид. Полчаса назад мне оборвала телефон твоя бывшая жена. Илона в красках расписала, что ты нашел на улице какую-то няньку, расписался с ней сегодня утром и пытаешься выдать этот цирк за крепкую семью, чтобы опека не забрала девчонку.

Демид рядом со мной напрягся, но его лицо осталось непроницаемым. Он открыл рот, чтобы ответить, но я его опередила.

Инстинкт самосохранения, дремавший во мне все утро, внезапно уступил место злости, потому что меня достало, что каждая собака сегодня пытается указать мне мое место.

Я мягко, но уверенно накрыла ладонь Демида своей рукой, переплетая наши пальцы на виду у инвестора. Воронов вздрогнул от неожиданности, но руку не убрал, намертво сжав мою ладонь в ответ.

- Аристарх Львович, - я улыбнулась. - Вы производите впечатление мудрого человека. Неужели вы думаете, что мужчина уровня Демида стал бы рисковать своей репутацией и бизнесом ради дешевого спектакля?

Инвестор перевел на меня тяжелый взгляд из-под кустистых бровей.

- Илона не умеет проигрывать достойно, - продолжила я, глядя прямо в глаза Аристарху. - Она бросила семью ради красивой жизни, а когда осталась ни с чем, решила использовать ребенка как банкомат. Демид просто защищает то, что принадлежит ему. Свою дочь и свою женщину. А то, что мы расписались тихо и без пафоса... знаете, когда находишь человека, с которым наконец-то можешь быть счастлив, фальшивые марши и сотни гостей становятся просто не нужны.

Я повернула голову и посмотрела на Воронова. В его глазах читался откровенный шок, смешанный с чем-то темным, обжигающе-горячим. В это мгновение он смотрел на меня как на равного партнера, который только что закрыл его спину в глухом бою.

Демид поднес мою руку к губам и медленно, не разрывая нашего зрительного контакта, поцеловал костяшки моих пальцев. Этот жест был как будто знаком благодарности, без попытки поразить публику.

- Моя жена абсолютно права, Аристарх. Илона уже давно перевернутая страница. Моя семья здесь. И мой бизнес так же стабилен, как и мой брак.

Старик молчал несколько долгих, мучительных секунд, буравя нас взглядом. Затем его морщинистое лицо внезапно разгладилось, и он гулко рассмеялся.

- А у девочки есть стержень! - инвестор хлопнул ладонью по столу. - Не то что та размалеванная кукла, с которой ты жил раньше. Ладно, Демид. Убедил. Условия контракта остаются в силе.

Я мысленно выдохнула, чувствуя, как дрожь отпускает колени. Кажется мы справились.

- Но есть один нюанс, - Аристарх Львович промокнул губы салфеткой и хитро прищурился. - Послезавтра у меня юбилей. Собираю узкий круг партнеров в своем загородном поместье на все выходные. Моя супруга обожает молодоженов. Я жду вас обоих и отказы не принимаются. Заодно и контракт подпишем в неформальной обстановке.

- Почтем за честь, Аристарх Львович. Мы будем. - ровно произнес Воронов.

Остаток обеда прошел как в тумане. Я ела какие-то изысканные блюда, совершенно не чувствуя вкуса, поддерживала светскую беседу и улыбалась, пока не свело скулы. Все это время рука Демида собственнически лежала на моем бедре под столом. Это было необходимо для роли, но мое тело реагировало на его прикосновения пугающе остро.

Когда мы наконец вышли на улицу, к ожидающей нас машине, я буквально рухнула на заднее сиденье.

- Вы блестяще сыграли, Елена, и спасли мне сделку.

- Я просто сказала правду о том, что видела, - устало отозвалась я, откидываясь на подголовник. - Илона действительно не умеет проигрывать. Что ж, два часа позора позади. Думаю, выходные за городом в компании пенсионеров я как-нибудь переживу. Выделите мне отдельную гостевую спальню подальше от вашей, и...

- Не выйдет, Лен, - жестко перебил меня Воронов. - Аристарх старой закалки. У него в поместье традиция - супругов селят только вместе. Нам придется делить одну комнату и одну кровать на протяжении двух суток.

Мое сердце пропустило удар. Спать в одной постели с этим мужчиной? Играть страсть за закрытыми дверями?

- И еще одно, - добавил Демид, не глядя на меня. - Арина едет с нами. Аристарх настаивает. Он хочет лично убедиться, что девочка в порядке и приняла вас.

- Вытащить травмированного ребенка в толпу чужих людей?! - возмутилась я. - Демид, это жестоко!

- Я не позволю ей спускаться в бальный зал. Она будет находиться в наших покоях под охраной моих лучших людей, но она должна быть там. Это не обсуждается.

Загородное поместье Аристарха Львовича встретило нас предпраздничной суматохой, запахом хвои и пронзительно-холодным ветром.

Последние полчаса пути прошли в напряженном молчании. На заднем сиденье внедорожника, уютно устроившись, спала Ариша, прижимая к себе верного плюшевого медведя. Я поправляла на ней плед, прокручивая в голове слова Демида, сказанные им на подъезде к поселку.

«Кстати, Лена, - он не отрывал взгляда от дороги. - Держитесь поближе ко мне. Тендер на освещение он выиграл ещё три месяца назад, когда его фирма ещё стояла. Контракт с неустойкой - бросить работу он не может себе позволить. Так что сегодня он здесь, хочет того или нет».