– Вот так будет, – отошел на шаг Патер и посмотрел на результат своих трудов. – По этим заготовкам мы нанесем энергетические нити, маркер можно будет смыть. Коллеги, вы готовы?

Те поднялись и согласно кивнули. На их лицах застыло напряжение. Никто не был уверен в результате.

– Тенебрис? – вопросительно посмотрел Патер.

Опустошитель глубоко вздохнул и тоже кивнул.

– Важно наносить нити одновременно. Я начну с груди, вы, коллега, мне поможете, а вы, моя дорогая, займитесь спиной. Сосредоточьтесь, буду вести обратный отсчет. Тенебрис, не шевелись, чтобы ни случилось. От этого зависят твоя и наши жизни.

Патер начал считать от пяти до одного. По окончании счета трое одаренных синхронно вскинули руки и начали кропотливую работу. Первые нити сверкающим серебром легли на кожу опустошителя, отчего тот задохнулся от нахлынувшей боли. Демон бился в ярости внутри него, но Кристоф, зажмурившись и плотно сцепив зубы, не шелохнулся. Он лишь крепко сжал кулаки, отчего костяшки пальцев побелели. На лбу Патера выступил пот, лицо его побледнело, остальные участники тоже заметно выбились из сил, заплетая нити в узор. Вскоре все было кончено и одаренные отступили на шаг назад, тяжело дыша. У всех тряслись от напряжения руки. Нити такой сложности забирали колоссальную порцию сил у создателей.

Узор, став цельным и законченным, вспыхнул. Кристоф не смог сдержать нечеловеческий крик боли, от которого кровь стыла в жилах, и рухнул на колени. Свеженанесенные нити обжигали и ослепляющее сверкали на его коже. Кристоф, доведенный до отчаяния, пытался сорвать их с себя, но ничего не выходило.

– Мальчик мой, – хрипло выдохнул Патер и тяжело закашлялся. Женщина не дала ему подойти к опустошителю и силой усадила на стул. Выглядел Патер совершенно измотанным, на лице залегли глубокие тени. Он тяжело дышал, держась за грудь.

Кристоф рычал и хрипел, до крови царапал собственную кожу и прерывисто дышал. Сейчас он был похож на дикого зверя, пораженного рукой охотника.

– Что мы наделали?! – Патер попытался подняться на ноги, но те подкосились, и он снова опустился на стул. – Я что-то не так рассчитал! Нити погубят его!

– Успокойтесь, пожалуйста, – устало сказала женщина, с болью во взгляде наблюдая за агонией. – Не подходите, сейчас он может быть опасен. Дайте ему время.

Спустя долгие минуты, показавшиеся всем присутствующим часами, Кристоф затих, прижавшись взмокшим лбом к холодному полу. Нити едва заметно пульсировали, кожа в тех местах, где они пролегали, казалась воспаленной. Опустошитель оказался загнан в ловушку.

– Я все равно чувствую его, – обессиленно прошептал Кристоф, обращаясь к присутствующим.

– Он часть тебя, мальчик мой, ты всегда будешь его ощущать, – вытирая платком пот со лба сказал Патер. – И всю жизнь будешь подавлять его, нити только облегчат твою задачу. Но я верю, что у тебя все получится, Тенебрис.

– Кристоф, – едва слышно поправил он своего наставника.

– Что?

– Называйте меня Кристоф. Это имя дала мне мама, оно человеческое.

– Хорошо, Кристоф, теперь ты один из нас, – улыбнулся Патер.

Терра едва сумела вырваться из липких объятий сна. Она открыла глаза и не сразу сообразила, где находится. Одно было понятно сразу – это не ее комната. Горел тусклый ночник, шторы задернуты. Тело немного затекло: под одеялом она была в той одежде, которую надевала вечером.

Девушка узнала комнату Кристофа. В голове вереницей проносились недавние события. Щеки ее налились краской.

Мужчина сидел в узком кресле, расположившемся в углу. Его тонкие пальцы цепко держали книгу, а рассеянный взгляд словно был устремлен сквозь нее.

– Кристоф? – позвала Терра, приподнимаясь на локтях, и морщась.

Глаза мужчины тут же оживились и переключились на нее.

– Как вы себя чувствуете? – преподаватель поднялся, бросил книгу на край кровати и дотронулся до лба девушки тыльной стороной ладони.

Такой простой, но полный заботы жест, заставил девушку успокоиться.

– Все хорошо. Я не поняла, что произошло.

Кристоф выглядел уставшим, но все же его вид казался Терре посвежее ее собственного. Преподаватель, по всей видимости, уже успел принять душ и переодеться: волосы слегка блестели от влаги, а темные джинсы и выглаженная свежая рубашка явно сообщали о готовности вести занятия.

– Вы потратили слишком много сил и отключились. Вам нужно выпить калор и отдохнуть, можете поспать здесь, если хотите.

– Но почему я у вас? – Терра постаралась пригладить растрепанные волосы. Так неловко оказаться в чужой постели, да еще и в таком виде!

– Посчитал некрасивым шарить по карманам девушки без сознания в поисках ключа. К тому же я не собирался объясняться со студентами, которых так много в том коридоре поздно вечером. И в завершение, я хотел убедиться, что вы пришли в себя и все в порядке.

Терра поймала себя на том, что внимательно следит за губами Кристофа. Сейчас они уже не казались такими холодными и бледными. Девушка вспомнила тот внезапный поцелуй, и мгновенно ощутила тепло в теле. Мужчина тем временем вышел и вернулся через несколько минут с дымящей кружкой калора. Терра с благодарностью приняла ее из его рук:

– Скажите, у меня хоть что-нибудь получилось?

Кристоф сел рядом на кровать:

– Скажу вам честно, Терра, я в растерянности. Я работаю здесь уже три года и впервые вижу такое неумелое использование жизненной силы.

Терра до боли закусила губу, предчувствуя его слова о прекращении их занятий. Она вся замерла в ожидании, а Кристоф продолжал:

– У вас есть потенциал, но что-то мешает его использовать.

– Я научусь!

– Если будете работать над собой, то научитесь. Но на это потребуется время. Нужен не столько талант, сколько упорная работа. Умения приходится долго оттачивать.

Терра отхлебнула напиток и едва не обварила язык. Взгляд ее упад на край кровати, где покоилась бумажная книга довольно потрепанного вида. Девушка узнала лицо, изображенное на обратной стороне обложки – это был Патер, ее прошлый преподаватель практического преобразования энергии.

– Это учебник? Мне знакомо лицо автора, он работал в университете.

– Да, – в голосе Кристофа послышались нотки грусти. – Он был не только учителем, но и сильнейшим одаренным.

– Был?

– Патер умер три года назад. Когда мне нужен совет, я читаю его книгу.

Терра сунула нос в кружку, едва не обжигаясь. Она поняла, что невольно затронула болезненную для Кристофа тему.

– Вам нужно отдыхать, а у меня скоро занятия, – засобирался мужчина. – Когда захотите уйти, просто закройте дверь.

– Кристоф?

Он вопросительно посмотрел на девушку, утопающую в складках объемного черного одеяла.

– Это все калор? – задала она мучавший ее вопрос. Кристоф не поднимал тему с поцелуем, и Терра совсем не знала, что думать. Сейчас это казалось сном. – Вы сказали, что он разжигает внутренний огонь.

Преподаватель покачал головой:

– Я имел в виду совсем другой огонь. Это не действие напитка. Терра, я…

– Не говорите! – перебила его девушка, вскинув руку. – Мне и так неловко. Из-за меня вам пришлось спать в кресле.

Кристоф положил свою ладонь на ее протянутую руку и заставил опустить. Он с какой-то необъяснимой горечью посмотрел на девушку. Пальцы мужчины едва ощутимо провели по щеке Терры.

– Призна́юсь, я не знаю, как подобрать нужные слова. Я лишь хотел сказать, чтобы вы не очаровывались придуманным образом. Я не из тех, на кого должна обращать внимание молодая девушка.

«Молодая девушка». Эти слова кольнули сердце и вызвали чувство вины. Ее ложь с каждым днем становилась тяжелым грузом на сердце. Она опустила глаза, и Кристоф с легким кивком по-своему интерпретировал это. Когда он поднялся с кровати, Терра вдруг ощутила острый приступ одиночества.

– Но вы мне ответили! Вам не все равно. Теоретически, если бы я сделала это снова, на этот раз устояли бы?