– Я тебе завидую.

– Я думала ты меня ненавидишь! – вскинула брови Терра.

– Меня бесит твое упрямство! Ты не понимаешь, как тебе повезло иметь нормальный дар! Безобидный! Не нужно постоянно держать себя в руках, чтобы никого не покалечить. Быть одаренным не так круто, как кажется. Мой дядя, – Литрис запнулась, но тут же продолжила, – если бы он был обычным, его бы не отправили ловить опустошителя. Он был бы жив сейчас! А когда его не стало, в семье с даром осталась лишь я.

– Поэтому тебе тяжело на уроках практики…

– Мне тяжело находиться рядом с ним в кабинете, но в то же время я понимаю, что никто лучше него мне не поможет! А тут еще ты…

– А я здесь при чем?

– Я видела, как ты на него смотришь.

Брови Терры взметнулись вверх. Она не думала, что ее взгляд можно как-то по-своему интерпретировать.

– И он на тебя… так внимательно.

– Глупости! – осадила ее Терра. – Я не знаю, что ты себе напридумывала, но Кристофа интересуют лишь мои куцые зачатки способностей. Он без сожаления вышвырнет меня на итоговом экзамене.

Литрис шмыгнула и вытерла рукавом нос. Глаза ее покраснели.

– Я боюсь находиться среди людей, боюсь сближаться, потому что я могу кого-нибудь… – девушка многозначительно замолчала на несколько долгих секунд. – Зря я тут разоткровенничалась. Не говори никому о нашем разговоре.

Терра качнулась к Литрис и крепко обняла ее в знак поддержки. Та, не выдержав, громко разревелась куда-то в плечо. Терра терпеливо поглаживала подрагивающие плечи, пока Литрис не успокоилась.

– Ты обещаешь молчать?

– Уверена, после расследования, причину пожара установят. Возможно, всему виной была не ты, но в ином случае скрывать правду я не смогу. А о нашем разговоре я никому не расскажу. Обещаю.

Терра с тяжелым сердцем осознала, что слишком много тайн, лжи и недомолвок окружало ее в последнее время. Секрет, который она хранила, разъедал душу и заставлял испытывать вину. Она не сообщила родителям, не рассказала Миру, таилась от Кристофа, Филии и всех остальных. Как сложно оставаться собой, обманывая окружающих людей и притворяясь кем-то другим, даже если этот кто-то – ты сама, только моложе. Оправдывает ли цель средства?

«Когда-нибудь меня выведут на чистую воду. Надеюсь, к этому времени я успею овладеть даром».

Терра металась по кровати, не в силах проснуться. Ее пальцы судорожно сжимали скомканную простынь, грудь тяжело вздымалась, словно от нехватки воздуха. После страшной ночи в пабе едва удалось заснуть, но сон этот был мрачный.

Ей виделся огонь, облизывающий множество зданий. Такой же ужасающий, как в горящем пабе. Целая улица, утонувшая в беспощадном пожаре. Дым не давал продохнуть. Место было так похоже на уже знакомый центр города, но на месте привычного и уже полюбившегося заведения «Чайная пара» располагался какой-то жилой дом. Не понятно было ночь сейчас или день: все выглядело каким-то приглушенным, словно смотришь на мир через мутную темную линзу.

По улице бежали люди, но, присмотревшись, Терра поняла, что это были опустошители. Высокие, худые и очень агрессивные. От их перекошенных злобой лиц стыла кровь в жилах.

– Ищите проникших сюда людей! – крикнул предводитель толпы, чеканя каждый слог. – Живым им не уйти!

Толпа одобрительно загудела. Опустошитель, бежавший последним, резко остановился и жадно втянул в себя воздух, пропитанный гарью. Его тонкому нюху, учуявшему желанную энергию, не смог помешать даже огонь. Он ловко ускользнул куда-то в сторону и принялся лавировать меж уцелевших домов. Чутье вело его точно по следу.

Человек, совсем еще мальчишка лет семнадцати, притаившийся в полуразрушенном здании, от которого остались одни стены, хрипло дышал и закрывал рот грязным рукавом. На его бледном лице нездоровым румянцем аллели щеки. Испуганные глаза юноши лихорадочно изучали местность, пытаясь найти выход. Совсем близко послышался неприятный звук похрустывающих обломков под ногами. Юноша обернулся и застыл.

– Не подходи! – воскликнул он, глядя в темно-фиолетовые глаза опустошителя, нашедшего его. – Кто ты?

Приближающийся не отвечал, лишь махнул, опрокидывая ослабшего юношу на спину, затем навис над своей жертвой и вытянул руку, целясь тонкими пальцами прямо в грудь человека. Юноша, понимая, что сейчас лишится силы, а возможно и жизни, принялся умолять пощадить его.

– Прошу, – растрескавшимися губами молил он. – Я не хотел все поджигать, я хотел лишь сбить вас со следа! Отпустите меня! Клянусь, я никогда больше не появлюсь здесь! Мама не переживет, если я погибну!

Опустошитель замер. Его рука дрогнула, но затем вновь нацелилась на человека, готовясь иссушить его. Ничего не происходило. Нападавший никак не решался осуществить задуманное, словно что-то тормозило его.

– Черт бы тебя побрал! – яростно закричал опустошитель, падая на колени. Его цепкие пальцы впились в собственное горло. – Я не могу так больше!

Юноша, ни жив ни мертв, отполз назад и тут же уперся спиной в полуразрушенную стену. Неподалеку показались и другие демоны. Они приближались.

Опустошитель, стоя на коленях, растерянно моргнул. Взгляд его сквозил смертельной усталостью и неприкрытым отчаянием. Взмахом руки он принялся рисовать в воздухе сложную схему энергетических нитей так уверенно, словно проделывал это каждый день. Готовый узор на секунду засветился и открыл проход на первую параллель.

– Иди, – хриплым голосом поторопил человека опустошитель. – Пока он не передумал…

Юноша закивал и, не успев поблагодарить, кинулся в портал.

Опустошитель, убедившись, что портал закрылся, обернулся на своих подоспевших собратьев.

– Тенебрис, ты отпустил его?! – гневно выкрикнул предводитель и ударил его по лицу.

Тенебрис качнулся в сторону, но тут же подскочил на ноги и злобно прорычал в ответ:

– Не смей прикасаться ко мне, Мортем!

– Предатель! Мы приняли тебя, а ты плюнул в нас! – с этими словами Мортем вскинул руку и поразил Тенебриса ударом молнии. Тот стиснул зубы и частично ответ от себя удар. – Твой отец был силен. Но ты… наполовину человек! Давно надо было опустошить тебя!

Терра заметалась на кровати, не в силах помочь, но сцена резко завершилась. Теперь она видела узкие улочки первой параллели. Воздух разрезал уже знакомый узор энергетических нитей и на асфальт упал обессиленный Тенебрис. Он хрипло дышал, придерживая подрагивающей рукой окровавленный бок.

Сцена снова завершилась. Перед Террой предстал небольшой судебный зал, в котором находилось несколько человек. В центре за широким дубовым столом сидел судья в своем традиционном одеянии. Неподалеку стояли люди в полицейской форме, чуть поодаль на стульях с резными ножками восседали солидные мужчины в строгих серых костюмах.

Взгляд Терры наткнулся на худого человека в простой темной водолазке, который, судя по всему, и был подсудимым. Черные волосы небрежно стянуты в низкий хвост. Мужчина что-то говорил, и Терра с удивлением поняла, что это Кристоф, только несколько моложе.

– С какой целью вы явились на первую параллель? – спросил судья холодным и скрипучим словно металл голосом.

– Я прибыл сюда лишь с одной целью – выжить, – Кристоф звучал громко и уверенно.

– Признаете ли вы, что являетесь опустошителем?

– Да. Но моя мать – человек.

– Вы участвовали в столкновении представителей первой и второй параллелей?

– Да.

– Забирали ли вы жизненные силы?

– Да.

– Это повлекло чью-либо смерть?

Кристоф несколько долгих секунд смотрел на судью. Атмосфера казалась очень напряженной, словно вот-вот проскочит искра и все вспыхнет.

– Нет.

– Изложите свою версию событий.

Кристоф тяжело вздохнул и продолжил говорить:

– Я родился среди людей. Отца не видел с рождения. Моя мать умерла рано, поэтому я оказался на второй параллели. У меня почти не было жизненного опыта. Контролировать свои способности я мог с трудом. Оставаться на второй параллели дольше я не желал: человеческая натура угасала с каждым днем, а сущность опустошителя наоборот – набирала сил. Я понял, что не хочу быть монстром. Я не снимаю с себя груз ответственности и вины за совершенное, но я готов искупить ошибки юности и доказать, что могу быть человеком.