— Вам наверное хватит, иначе могут быть неприятности, чего бы мне очень не хотелось, — парень всё же не удержался от замечания.

— А у кого могут быть неприятности, у тебя? — поинтересовался хмельной посетитель.

— Скорее у вас, как вы домой пойдёте в таком состоянии?

— Не поверишь, в моей жизни сейчас такая задница, в сравнении с которой любая неприятность окажется мелочью.

— Понятно, но всё же не стоит усугублять.

— Не беспокойся, скоро я отчалю, мне ещё надо квартиру отца проведать, пожалуй там и переночую, всё равно дома меня никто не ждёт, — глухо обронил мужчина.

Примерно через полчаса он встал и ровной походкой направился к выходу, словно и не пил вовсе. Шёл напролом, через танцпол, задевая танцующих. Цепкий взгляд выхватил посреди толпы девушку, в которой он сразу узнал сестру своего давнего друга.

Она вела себя очень странно, взгляд был расфокусирован, словно под кайфом. Какой-то мозгляк одной рукой придерживал её за талию, а второй поглаживал девичье бедро и что-то шептал прямо на ушко, уговаривая пойти с ним. Рядом стояли ещё двое, поторапливая его в нетерпении:

— Виталя, да хватай ты её уже и тащи на улицу, к машине, она как раз в нужной кондиции.

— Не могу, тут камеры всюду, нужно, чтобы она сама вышла.

Не факт, что Меч вступился бы за любую другую девицу, он был слишком загружен своими бедами, но допустить, чтобы Виолетту пользовали сразу трое отморозков никак не мог, хотя бы потому что знавал её ещё малышкой.

— Э, пацаны, а ну-ка быстро отошли от неё, иначе я за себя не ручаюсь, — громко крикнул, поспешая за ними.

— Отвянь, дядя, мы как-нибудь сами разберёмся, иди куда шёл.

— Ну тогда не плачьте, сами напросились.

Долго возиться не пришлось, мальчишки оказались хлипкими и не смогли оказать должного сопротивления. В прошлом Меч занимался восточными единоборствами, а потом они вместе с Костяном держали спортивный клуб, будучи равными партнёрами по бизнесу, но увы, им пришлось всё распродать.

Кравцов решил посвятить себя служению Отечеству, а Мечеслав не мог так рисковать, поскольку только женился, а то бы наверняка последовал примеру друга. Катерина панически боялась за него, а он был каблуком и нисколько не стыдился своего нового статуса, даже наоборот, гордился.

К тому времени отец отошёл от дел и полностью передал ему дела фирмы, а сам женился повторно, встретив наконец женщину. подходящую ему по всем параметрам. После смерти первой супруги мужчина долго оставался один, несмотря на уговоры сына устроить свою судьбу.

Марк Львович был однолюбом, впрочем, как и Мечеслав, это у них семейное. Встретив Катюшу, Меч ни на кого больше не смотрел, она устраивала его во всём. Их счастье длилось почти три года, он много работал, но и отдыхать успевал вместе с женой, они побывали в разных странах.

В какой-то момент всё пошло наперекосяк, как будто проклял кто-то. Катя была увлечена мыслью подарить ему наследника, это стало для неё идеей фикс. Забеременеть обычным способом не получалось, они испробовали всё, и вот наконец им удалось это сделать с помощью ЭКО, но случилось страшное.

Молодая женщина угодила в аварию вместе со свёкром и его женой, которые погибли на месте, а она потеряла ребёнка и впала в кому. Меч в это время торчал на своей проклятой работе, хотя обязан был всячески оберегать её. Никогда он себе этого не простит, это его боль, которую не передать словами.

Прошло десять месяцев, а его спящая красавица так и не пришла в себя, лежит, подключенная ко множеству аппаратов. Когда проснётся неизвестно, а как узнает о том, что больше не беременна, наверняка ей станет ещё хуже.

Врачи не давали никаких прогнозов, по всем признакам она больше никогда не будет прежней. Мужчине уже предлагали подписать согласие и отключить её от системы жизнеобеспечения, но он начисто отметал такую возможность. Каждый день навещал в палате, сидел рядом и разговаривал с ней, держа за руку.

Бизнес медленно но верно приходил в упадок, а Мечеслав никак не мог себя заставить работать в полную силу, он и жил-то по инерции, забив на себя болт, часто пил горькую, а наутро страдал похмельем и мучился угрызениями совести.

Отцовскую квартиру не смог продать, рука не поднималась, да и пока что с деньгами не было совсем уж туго. Наследство второй жены отца отошло её детям, как и положено, они так и не успели между собой сдружиться, оставшись по сути чужими людьми.

В тот злополучный день Меч снова разговаривал с врачом, тот просто взбесил его своей настойчивостью, в который уж раз предлагая дать согласие отключить жену от аппаратов и перестать её мучить. Собственно потому он и оказался в баре ночного клуба, хотя давал себе зарок взяться за ум и перестать пить.

Видно сама судьба привела его туда, хоть одно доброе дело сделал, спас Виолу. Несмотря на хмель, так отметелил троих отморозков, что те бежали без оглядки, кто куда. Спасённая девушка в это время стояла рядом и напевала себе под нос мелодию, доносившуюся из окон ночного клуба.

Обняв себя за плечи, она пребывала в сомнамбулическом состоянии и медленно покачивалась в такт, закрыв глаза, словно оказалась здесь совершенно случайно и происходящее не касалось её никаким боком.

— Да ты похоже в дрова, милая, — заметил Меч, подойдя ближе, — пошли ко мне, я тебя чаем отпою, пока кто-нибудь за тобой не приедет. Братья-то дома, или снова воюют?

Ответом явилась тишина, девушка не произнесла ни слова, вся уйдя в свои внутренние переживания. Что характерно, от неё совсем не чувствовался запах алкоголя, но Мечеслав был слишком пьян, чтобы понять это наверняка. Он взял её за руку и повёл за собой, благо идти было недалеко.

Пока шёл, всё время набирал номер Кости, но тот был недоступен. Виолетта же на глазах менялась и становилась всё более непредсказуемой, она скинула обувь и дальше побрела босиком. Меч еле успел спасти её босоножки, которые она собиралась отшвырнуть в сторону.

— Ты что делаешь, сумасшедшая? Немедленно обуйся, — воскликнул он, останавливаясь, — поранишь ноги, потом будет не до смеха.

— Не надо, мне жарко, я хочу пить, — жалобно простонала девушка, облокачиваясь о руку мужчины, которого даже не узнала в сумерках, хотя в нормальном состоянии упала бы в обморок от одного его присутствия.

Наконец подошли к дому, вошли в подъезд и поднялись на лифте на седьмой этаж. Зашли в квартиру и он нажал на выключатель в прихожей, от яркого света Виола прищурилась, прикрывая глаза рукой, словно боясь ослепнуть.

Она вдруг стала вести себя ещё более возбуждённо и кружилась вокруг своей оси как заведённая. Закусив губу, вытирала покрытый испариной лоб, а потом наконец сосредоточила на нём свой взгляд.

— Что такое, у тебя что-то болит?

— Я наверное сплю и ты мне снишься, потому что это не может быть правдой, — хихикнула она, — Мечеслав, в моём сне ты ещё больший красавчик, чем в жизни.

— Да брось, я старый угрюмый брюзга, у которого куча проблем, — подыграл он ей, намереваясь отвлечь от случившегося, чтобы наконец успокоилась.

— Меньше болтай, лучше поцелуй меня, пока я не проснулась, — промурлыкала Виола, закрывая глаза, — хочу почувствовать твои губы.

Час от часу не легче, не хватало ещё пойти у неё на поводу. Конечно, искушение было слишком велико, учитывая, что девчушка повзрослела и внешне была очень привлекательной, а от нехватки секса давно хотелось лезть на стену, но Меч не был бы собой, если бы позволил себе сорваться.

— Я сделаю вид, что ничего не слышал, пошли лучше на кухню.

— Господи, мне дурно, где у тебя туалет? — пробормотала она, срываясь с места, после того, как Меч поставил перед ней чашку с крепко заваренным чаем.

Виолу долго полоскало, а он всё это время стоял рядом и поддерживал её волосы, отводя назад длинную чёлку. Злясь на себя, что мог случайно пройти мимо и не спасти её, прорычал в порыве праведного гнева: