– Сейчас собираю материалы для второй книги, буду про лётчиков писать, а потом про пехоту. Про артиллеристов тоже не забуду, но на всё надо время, – ответил я.

За разговорами незаметно текло время. Посиделки прекратила мама, напомнив, что нам надо бы пораньше прийти на площадь, чтобы определиться, куда и зачем нас приглашали. Стали быстро собираться. Андрей Миронович одел полковничий мундир, на котором сверкали ордена. И было этих орденов побольше, чем у деда. На Красную площадь отправились пешком, по пути Кочетков уговорил деда пройтись вместе с ветеранами по площади. Мы с мамой поддержали эту идею. Ну чего деду с нами стоять, пусть даже на престижном месте? Слева и справа от Мавзолея, по принципу амфитеатра стояли ряды сидений. Когда мы с мамой подошли ближе, нас остановили милиционеры, которые осуществляли оцепление это зоны.

– Сюда нельзя, пропуск есть? – спросил милиционер с погонами сержанта.

– Подойдёт? – спросил я, подавая приглашение от ЦК ВЛКСМ.

Сержант хмыкнул, но прочитал документ, почесал затылок. Он явно не знал, как ему поступить.

– Вместо пропуска не пойдёт, – принял решение сержант.

Мы с мамой переглянулись. Что же получается? Приглашение есть, а вот пропускать нас никто не хочет. Правильно говорили дед и Кочетков, странно всё это.

– Нас должны были встретить. Так нам сказали в Обкоме комсомола, в Свердловске, – решила повторить попытку мама.

– Свердловский Обком здесь не распоряжается, – ответил сержант.

Я взял маму под руку и чуток отвёл от оцепления, огляделся, подыскивая место, откуда будет удобно посмотреть парад. Сейчас идея, поехать по приглашению ЦК, вдруг стала выглядеть глупой. Мы отошли от оцепления, встали метрах в ста пятидесяти, здесь стояли люди. Отсюда тоже будет видно парад, хоть и не так хорошо, как если бы мы смотрели с мест, для особо приближённых гостей.

– Зря приехали. Что мне в голову вдруг ударило? Глупость, однозначно. Прав Витя, что лучше бы посмотрели, как Катя выступит на уличной сцене, – расстроенно произнесла мама.

– Нет, мам, не зря. Деда вот привезли в Москву, он здесь с однополчанами встретится. Сколько лет они не виделись? Пять, десять лет? А с кем‑то и тридцать лет не встречались. Так что, всё мы правильно сделали. Я поговорю с дедушкиными друзьями, материал для книг пособираю. Договор в редакции подпишем, книгу в печать примут, – успокоил я маму.

Она улыбнулась, потрепала волосы на моей голове, взяла меня под руку и улыбнулась. Нам предстояло дождаться начала парада.

Май 1975 год. Москва. Красная площадь. Эпизоды.

Когда женщина и юноша отошли, сержант Михеев спохватился, приглашение от ЦК осталось у него в руках. Но догонять женщину и молодого парня сержант не стал.

– И что мне с этим делать? – обратился Михеев к рядом стоящему сержанту Васильеву.

– Выбрасывать точно не надо, документ всё же. Сходи к капитану Лыкову, он ближе к Мавзолею стоять должен. Пусть начальство решает, что делать с документом, – предложил Васильев.

Сержант Михеев отправился к капитану Лыкову, парад ещё не начался, так что можно успеть. Подойдя к капитану, сержант доложил о непонятной ситуации. Капитан Лыков, видимо, тоже столкнулся с таким документом впервые. Он машинально почесал затылок, поправил фуражку. И решил обратиться к более высокому начальству, а именно к полковнику милиции Хватову, про которого точно знал, что тот служит в Министерстве МВД. Хватов прочитал приглашение. Первой его мыслью было послать капитана с какими‑то глупостями, но многолетний опыт в коридорах министерства, подсказывал, что официальными документами не разбрасываются, как простыми бумажками. Хватов служил в отделе по связям с общественностью, он лично знал министра МВД СССР Щёлокова. Министр МВД генерал‑армии Щёлоков ещё не успел подняться на балкон Мавзолея, он только что подъехал. Потому Хватов решил обратиться к нему. Полковник сразу показал приглашение Щёлокову.

– Странно как‑то, Николай Анисимович. В ЦК комсомола что, не могли выдать сразу пропуск, непонятно? – высказал своё мнение Хватов.

Щёлоков прочитал приглашение. Министр был согласен с полковником, куда проще, просто выдать людям пропуск. Что за игры?

– Я видел Тяжельникова возле лестниц на балкон Мавзолея, пригласи‑ка его сюда, – велел Щёлоков полковнику.

Через пару минут подошёл 1‑й секретарь ЦК ВЛКСМ Тяжельников. Щёлоков показал ему приглашение. Евгений Михайлович прочитал приглашение.

– Помню такой документ, мы отправляли его в Свердловск, по личной просьбе Леонида Ильича, – негромко пояснил Тяжельников, наклонившись к уху Щёлокова.

Генерал армии Щёлоков удивлённо уставился на 1‑го секретаря ЦК ВЛКСМ, не понимая сути.

– Михаил Егоров, автор романа «Солдатская правда», что понравился Леониду Ильичу, вот он и решил лично посмотреть на молодого автора, – добавил подробностей Тяжельников.

Щёлоков сразу вспомнил фамилию молодого автора. Пару месяцев назад он, в приватной беседе, разговаривал с Романовым, который занимал должность руководителя Главлита. Именно они занимаются цензурой различных изданий в печати.

– Из этой книги надо бы половину убрать, а ещё лучше вообще наложить запрет на печать. Нельзя такую правду пускать в народ, компрометирует работников политуправления, – говорил министру МВД Романов, надеясь, что тот повлияет на решение Брежнева.

Позже после того, как книгу напечатали, Щёлокову доставили один экземпляр. В некоторых моментах Николай Анисимович был согласен с Романовым. Не всё стоит спускать в народ, но с Брежневым, он тогда говорить не стал. Хочет Лёня, чтобы книга вышла, значит пусть выходит.

– А где сейчас эти Егоровы? – своим вопросом Романов отвлёк Щёлокова от размышлений.

Комсомольских работников Щёлоков немножко не любил. По причине того, что во время его назначения на пост министра МВД, этому назначению препятствовали Семичастный и Шелепин, которые были как раз из комсомольских вожаков, точнее вышли из них.

– Оцепление их не пропустили, вот они и ушли, – злорадно произнёс Щёлоков.

– Их надо обязательно найти, это же поручение Леонида Ильича, – расстроился Тяжельников.

– Где же их найдёшь в такой толпе, тем более парад начнётся минут через десять, – ответил Щёлоков, а мысленно порадовался, что комсомольские вожаки допустили глупый просчёт.

Как только Тяжельников отошёл, Щёлоков поманил к себе Хватова.

– Полковник, найдите Егоровых, что подходили к оцеплению. Узнайте, где остановились. Хочу лично взглянуть на этого автора, чтобы понять, чем он так заинтересовал Леонида Ильича.

– Да где же их искать, Николай Анисимович? – испуганно спросил Хватов.

– Прояви смекалку. А если не можешь, то есть места начальников отдела на Камчатке, – строго произнёс Щёлоков, давая прозрачный намёк полковнику Хватову о смене службы.

Хватов взял под козырёк и побежал к тому месту, где мог находится капитан Лыков. В свою очередь, Лыков быстро нашёл Михеева.

– Михеев, где те, которые тебе письмо ЦК показывали? – рявкнул Лыков на подчинённого.

– Отошли, товарищ капитан. Вроде туда, кажется, – Михеев растерянно показал пальцем, куда ушли Егоровы.

– Если кажется, то гимн Советского Союза петь надо, мать вашу. Десять минут на то, чтобы вы мне их нашли. Васильев, Петров, быстро с Михеевым, без Егоровых не возвращаться, – Лыков даже погрозил кулаком для того, чтобы подчинённые осознали важность его поручения.

Трое милиционеров бегом направились в ту сторону, куда показывал пальцем Михеев.

Егоровы никуда больше не отходили, как только нашли место откуда было более‑менее видно, встали, приготовились смотреть парад. Здесь их и увидели милиционеры. Но служители порядка остановились в нерешительности. Задерживать приказа не было, просто найти. А что дальше? Михеев посмотрел растерянно на своих сослуживцев. Первым сообразил Петров.

– Может хотя бы адрес узнаем, где они остановились, раз они приезжие? – предложил сержант Петров.

Михеев кивнул и направился к Егоровым, остановившись за их спинами, помялся, но всё же решился.