– У Петровича ключи забери, можешь свой мотоцикл туда переставить. В понедельник или во вторник поедем забирать с базы «Днепр», для деда, так что будь готов, – предупредил меня отец прежде, чем они уехали в Санаторный с мамой.

– Я всегда готов, но лучше бы во вторник. В понедельник я пойду в «Союз писателей» заявление писать, возможно стану самым молодым членом союза, – предупредил я отца.

Отец одобрительно похлопал меня по плечу, и они вышли из квартиры. В этот момент стало заметно, что я ростом с отца, может на пару сантиметров ниже. Расту не по дням, а по часам. Я жутко не выспался, батя поднял меня утром на пробежку. Однако спать не хотелось. Так что я сел за печатную машинку, надо бы заканчивать вторую часть «Воин в темноте». К гаражам следует подойти к двенадцати, так что время пока есть. Однако от работы меня отвлекла Катя.

– Малой, сбегай в гастроном, мама договорилась с директором магазина. Подойдёшь сразу к директору, она даст полукопчёной колбасы, может ещё чего, – попросила меня сестра.

– Ты сама что ли безногая? – попробовал я отмазаться от похода в магазин.

– Я картошку чищу, надо отварить для пюре и салатов, – заявила Катя, давая понять, что занята очень важным делом.

Я вздохнул, но всё же оделся и пошёл к ближнему гастроному, который находился на углу улиц Орджоникидзе и Стахановской. Директор магазина без слов проводила меня в подвал, где расположены склады. Я взял сырокопчёной и полукопчёной колбаски, а ещё директор гастронома дала мне красной икры и рыбных консерв. Я всё сложил в сумку, вышел через заднее крыльцо. Отнёс домой и отправился в гараж. Соседа по гаражу пришлось подождать, но недолго. Наконец‑то появился Петрович.

– Мишка, здорово. Принимай помещение. Всё нужное я уже забрал, только станочки оставил, твой батя просил, мне соберём на заводе другие, – с этими словами Мирон Петрович открыл гараж, показывая, как пользоваться замками, система отпирания дюже хитрая.

Если не знаешь, то и с ключами не враз откроешь. Петрович, передав мне всё и пожелав доброго здоровья, ушёл. Я же осмотрелся в гараже. На верстаках стоит сверлильный станок. Имеется точильно‑шлифовальный станок, с напряжением на 220 вольт. Возле ворот стоит маленький столярный станок. У нас такие в школе имеются, на уроках труда мы на них вытачивали разные поделки. Кроме всего прочего есть небольшая циркулярная пила и фуганок. Скорей всего самодельные, в это время многие себе собирали такие станки. Я перекатил свой байк в свободный гараж, накрыл «Хонду» чехлом, закрыл ворота и отправился домой. Решил, что никуда сегодня не поеду, лучше продуктивно поработаю с книгой.

Родители вернулись только к вечеру, мама сразу стала помогать Кате, готовить заранее заготовки под салаты. Я решил расспросить отца, чего они там высмотрели в Санаторном.

– Дом добрый, немного крышу подремонтировать, доски половые сменить. Печку глиной обмазать и побелить. Во второй комнате стоит круглая печь, она в порядке. Но я думаю, мы тестю с тёщей плиту газовую поставим, да баллон литров на двадцать, чтобы надолго хватало. Стены обоями обклеим, мать достанет, – сообщил отец.

Я даже не сомневался, что батя с дедом сами всё сделают. Бабушку скорей всего поселят у нас, пока дед ремонтом занимается. В этот вечер я занимался книгой до позднего вечера. А на следующий день началась суета. Гостей ждали к двенадцати, чтобы успеть хорошо посидеть до вечера. Из гостей были четыре школьные подруги сестры, весь коллектив «Время вперёд», во главе с Софьей Яковлевной. Приехали Шишовы, тётя Маша, дядя Валера и Антон, старший сын тёти Маши. Он приехал в короткий отпуск, точнее на каникулы, не знаю, как там, в мореходке, у них считается. Сашки не было, он трудится в стройотряде. Так как подарки уже стояли у Кати в комнате, то просто озвучили от кого и какой подарок. От музыкального коллектива подарили две пластинки с итальянской оперой. Школьные подруги подарили книги. В этом времени, книга считается очень даже достойным подарком, ибо интересные книги в постоянном дефиците. Пили сухое вино, дядя Валера, мой отец и Антон употребили коньяк. Все, кроме меня, мама заявила, что «нечего спаивать юношу, у которого не сформировался организм». Да я собственно и не рвался, меня и морс устраивал. Были танцы, но в Катиной комнате. Катины школьные подруги строили глазки Антону. А старшие родственники, вместе с Ошерович, пели русские песни. Разошлись в девять часов вечера. На мой взгляд, день рождения сестры прошёл хорошо. Катя хорохорится, что на короткое время опять старше меня на два года. Но это ненадолго, ведь в январе мне исполнится шестнадцать, о чём я ей и сказал. Родители убирали последствия праздника. Угомонились часов в одиннадцать. Я уснул, как только коснулся головой подушки.

Август 1975 год. Свердловск. Егоров Виктор. Эпизоды.

В понедельник Виктор Павлович пришёл на работу, в надежде выпросить отпуск. Можно будет серьёзно заняться домом тестя и тёщи. Родители Галины отправили телеграмму, что приедут на грузовике, привезут кое‑какие вещи. Колхоз выделил две машины, к концу недели должны прибыть в Свердловск. Правда такую перевозку можно скорей всего назвать попутной, так как колхозные машины будут получать груз в Свердловской области. В общем удачно сложилось. Однако начальник отдела, Хомутов Михаил Афанасьевич, с утра выглядел встревоженным.

– Виктор, нас с тобой вызывают к генеральному, – сообщил Хомутов, как только Виктор переступил порог отдела.

Раз самое высокое начальство вызывает, опаздывать не стоит, пошли чуть пораньше. Но пришлось ещё двадцать минут ждать в приёмной, когда их примет Генеральный директор завода Кондратов. Войдя в кабинет, увидели, что здесь уже присутствует главный инженер Варначёв.

– А вот и наши экспериментаторы, проходите, товарищи, присаживайтесь, – пригласил присесть Кондратов.

Хомутов и Егоров прошли вглубь кабинета и присели за стол совещаний. Кондратов кивнул Варначёву, чтобы тот начинал разговор.

– Так как СССР два года назад присоединился к Всемирной конвенции об авторском праве, мы можем быть уверены, что такое, на первый взгляд, незначительное изобретение, как чемодан на колёсиках, будет защищено. В Москве, старшие товарищи согласились, что такой товар вполне возможно продавать за валюту. Хотя сама идея ненова, есть сумки на колёсиках, но без ручки. А у нас чемодан расположен, как бы вертикально вверх. Но это детали. Заводу дали одобрение на выпуск внеплановой продукции, с условием, что в течении годов мы сможем выйти на большие объёмы, да и продажи покажут себя с положительной стороны. Но сейчас вопрос стоит в том, что ещё сможет осилить швейный цех, кроме корпусов чемоданов. Михаил Афанасьевич, у вас, как у руководителя отдела, есть предложения? – обратился Варначёв к Хомутову.

Хомутов не ожидал такого вопроса к нему, поэтому замешкался.

– Сейчас мы заказываем спецодежду в сторонних предприятиях, как и рабочие рукавицы. Можно все эти позиции отдать новому цеху, пусть шьют для своих рабочих, – наконец‑то выдал некое предложение Хомутов.

А вот Егоров вспомнил разговор с сыном после того, как сообщил дома, что дело с чемоданами продвинулось, а Виктору Павловичу поручили заниматься организацией такого цеха. Сын говорил, что кроме чемоданов, будут иметь успех поясные сумки и рюкзаки нового образца, вроде рюкзака десантника, только более цивилизованного вида. С широкими лямками для удобства, а также школьные ранцы, в том числе небольшие рюкзачки для женщин. Миша даже сделал рисунки отцу. Виктор попытался вспомнить, куда он засунул те листы, с рисунками. Так, он свернул рисунки и сунул во внутренний карман пиджака. Егоров похлопал себя по груди, радостно заулыбался, так как листы всё ещё лежали в кармане пиджака.

– Виктор Павлович, а ты чего лыбишься, находишь это смешным? – спросил Кондратов, заметив улыбку Егорова.

– Ничуть, Юрий Николаевич не нахожу смешным. Просто вспомнил, что у меня с сыном несколько дней назад произошёл разговор. Мой Мишка спрашивал, где найти швею, чтобы пошить ему рюкзак и поясную сумку. Я посмеялся, а он нарисовал мне рисунки изделий нового типа, говорит, что такого нет нигде в мире. Только материал нужен лёгкий, тогда рюкзаки вполне могут пригодится, как школьные ранцы, ну и расцветки должны быть разнообразные. Уверял, что молодёжь оценит, – пояснил Егоров, достал из кармана рисунки и пододвинул ближе к генеральному директору завода.