– Пятьдесят копеек, при этом твоя фотобумага и фотоплёнка, – озвучила свою цену Сухова.

Они начали торговаться, Лена опускалась в цене, а Юра поднимал цену.

– Дешевле тридцати копеек делать не буду, так и знай, – горячилась Лена.

– Лен, смотри на жизнь трезво. Жизнь она такая штука, сложная очень. Дам двадцать копеек, фотобумага, фотоплёнка и реактивы за мой счёт. Прикинь, что ты сможешь купить, когда сто штук сделаешь. Много, очень много шоколадных конфет, которые ты любишь больше, чем маму родную. Или джинсы, хотя на твою задницу, джинсы пока не сшили, – слегка «перегнул» в разговоре Юрик, намекая на лишний вес Лены.

– Ещё раз такое брякнешь, то вообще ко мне не подходи, – разозлилась Ленка.

– Да ладно, не дуйся. Нормальная у тебя попка, даже симпатичная. Двадцать пять копеек за штуку, двадцать пять рублей за сто штук, но бумага и прочие предметы твои. Это хорошее предложение, соглашайся. А ещё покажешь титьки, давно хотел посмотреть на них, – снова грубо пошутил Юра.

– Ты опять? – прищурилась Лена.

– Ладно, я пошутил. В общем договорились, начинай прямо завтра, я дам тебе конверты, чтобы ты сфотографировала. А за твои титьки мы позже поговорим, обязательно, – заявил Юрка вставая и смеясь, на что Лена погрозила ему кулаком.

Лена откладывать на потом не стала, в этот же вечер сфотографировала все конверты для пластинок. Пообещала, что за неделю сделает не меньше ста штук и все разные. Юрка решил, что такие затраты разделит на двоих, с Рашидом. Пусть Миха не думает, что только он может дела делать.

Июль 1975 год. Крым. Егоров Михаил.

Я пришёл забирать свою «Хонду» в гараж. Открыл ворота, снял чехол. Пыли на мотоцикле нет, я выкатил тачку из гаража, взял тряпочку и с любовью начал протирать своего «железного скакуна».

– Хорош мотоцикл. Наверняка, в первой жизни, ты о таком даже не мечтал, – послышался голос за спиной.

Я резко обернулся. Каково же было моё удивление, когда я узнал того человека. Кого именно? Рядом стоял священник, тот самый, которого я встретил на дороге, когда возвращался от Таватуя, но только пятьдесят лет назад. А если быть точным, то пятьдесят лет вперёд.

– Отец Михаил? – удивлённо произнёс я, не веря своим глазам.

– Вижу не забыл ты нашу встречу, что меня радует. Надеюсь и не забыл свои слова, обещая исправить свой путь, помочь близким и друзьям. Ты был услышан. Хочу донести до тебя, что знание грядущего, не оградит тебя от новых ошибок. Но опыт позволит принимать правильные решения. Делай добро и бросай его в море, не жди ответной корысти за свои поступки. Не вмешивайся туда, где не можешь помочь. Не стоит считать себя самым умным. Иногда люди совершают ошибки, чтобы стать мудрее, об этом тоже помни. И да хранит тебя господь, направляя на благие дела, – произнёс отец Михаил, осенив меня крёстным знамением.

Отец Михаил начал как бы растворяться в воздухе. Я было дёрнулся к нему, протягивая руку.

В этот момент я проснулся. Сел на диване, стёр махровой простынёю пот, выступивший на моей груди. Летом я спал, укрываясь именно махровой простынёю. В комнате было душно. Я встал, открыл окно, с наслаждением вдыхая ночной воздух. Взял будильник, стрелки показывали три часа ночи. Странный сон. Что бы он значил? Может то, что я пока делаю всё правильно? Иначе на меня посыпались бы упрёки. А может ничего не значит, просто моё подсознание подаёт воспоминания, трансформируя их, в некоторое пожелание того священника. Отмахнуться, от непонятного сна, я даже не пытался. Ведь попал же я каким‑то образом в годы своей юности. Сходил на кухню, налил себе сока, вернувшись в комнату, задумался. Не скажу, что я сильно верующий в бога и всё такое. Но, повзрослев, никогда не отрицал сил Вселенной. Считал, что есть какой‑то Разум, который управляет нами. Какие выводы могу сделать из сна? Делаю я пока всё правильно. И думается мне, что лезть со своими нравоучениями точно не следует. Ведь приснился мне сон перед самой поездкой к Брежневу. А значит и там, не стоит показывать себя всезнайкой. Не зря я считаю, что вмешиваться в политику дело неблагодарное, к тому же бесполезное. Ладно, будем двигаться так, как наметил ранее. Я допил сок и вернулся в постель. Может удастся ещё поспать, когда отец разбудит меня на зарядку. А завтра я улетаю в Крым. Но прежде, чем уснуть, прокрутил в голове прошедший день.

Приезжали Карпенко и Абдулин, с ними вроде всё обговорили. Юрий желает прикупить хороший музыкальный центр, заказать несложно. Но раз меня не будет, надо попросить маму, чтобы она взяла под контроль доставку радиоаппаратуры. После ужина я пригласил маму в свою комнату, чтобы посекретничать с ней.

– Мам, мне требуется твоя помощь. Я точно не знаю сколько времени потрачу в Крыму, чтобы закончить там работу, – начал я разговор.

– Если ты о печатной машинке, то я уже поговорила с кем надо, как только появится в нашем городе такой товар, сразу выкуплю. Или ты вновь хочешь заказать малогабаритные кассеты?

– Не совсем так. У Кати в начале августа день рождения. Я подумал, что ей, как будущему музыканту, очень даже не помешает качественная аудиоаппаратура. Чистый звук, для её будущей профессии, очень важен, – продолжил я.

– Считаешь, что она поступит в консерваторию? – во взгляде мамы просматривались переживания.

– Даже не сомневаюсь. Ошерович говорит, что у сестры исключительный музыкальный слух. Ведь не зря её уговаривала педагог по вокалу, Мальцева Алевтина Петровна, поступать на факультет вокала. Хотя Катя хочет на факультет композиций. В общем, я договорился с Рогозиным, из Владивостока, что в июле отправят партию аппаратуры для нас. Доставка будет через тётю Машу, там канал уже отработан, как и оплата, тоже через неё.

– Большой заказ? – удивилась мама.

– Ну да. Музыкальный центр «JVC MF‑55LS», музыкальный центр «Philips RH832». Правда второй центр для ребят, они просили, но деньги отдадут сразу. Они привезут деньги на следующей неделе, ты им обозначишь цену, они сразу оставят аванс. Далее. Катушечная дека «Sony TC‑880‑2», к ней акустика, две колонки. Вещь дорогая, но почти полупрофессиональная.

– На сколько дорогая? – не удержалась от вопроса мама.

– Нам обойдётся в три тысячи. Ещё раз повторюсь, Кате это наверняка потребуется, для её профессиональной деятельности. Заказал два магнитофона «National Panasonic RS‑466TS», один для Кати, второй просил Рашид, он тоже рассчитается, деньги у него есть. Заказал наушники «Sennheiser HD 414», пришлют пару. И на десерт. Я сделал заказ на две тысячи рублей, кассет МК «Sony C‑60» и «Sony C‑90», – после моих слов мама вытаращила глаза.

– Зачем тебе так много? – всё же не удержалась она от вопроса.

– Пацаны быстро их используют, даже не сомневайся, – ответил я, а мама покачала головой, но спорить не стала.

– Мне звонили из Челябинска, а также был звонок из редакции в нашем городе. Утром, я скатаюсь в Средне‑Уральское издательство, подпишу согласование корректировки текста книг, из Челябинска будет курьер, сделать надо будет то же самое.

Я сделал паузу собравшись с мыслями, чтобы ничего не забыть, через несколько секунд продолжил.

– Мам, завтра я закончу с согласованиями по издательствам. Тебе останется съездить, подписать соглашения и получить гонорары. Вот вроде и всё, о чём я хотел тебя попросить.

– Хорошо, Миша, я всё сделаю. В обед пришлю служебную машину, чтобы тебя увезли в аэропорт, – мама вздохнула, понимая, что придётся мириться с взрослением младшего сына.

К обеду все дела сделаны. Диктофон «летучая мышь» не рискнул брать с собой, могут возникнуть неудобные вопросы, у охраны Брежнева. Хотел забрать маленький магнитофон «Спутник 402», сестра пару недель могла бы обойтись без него. Но немного подумав решил оставить, как диктофон этот аппарат малопригоден. Так что буду трудиться по старинке, с помощью блокнота и карандаша. Утром утвердил корректировку и рисунки в издательстве, в нашем городе. А в обед, на служебной машине мамы, уехал в аэропорт. В аэропорту пришлось немного подождать, а потом я смело погрузился в самолёт. Ну вот и взлёт, я практически сразу задремал, а через три с половиной часа, самолёт совершил посадку в Симферополе. Меня встретил аэровокзал Симферополя, сейчас он выглядит более современно, нежели в 60‑е годы. Уже в этом времени, я видел в библиотеке старый аэровокзал. Предыдущий аэровокзал, построен в стиле сталинского ампира, с использованием классических элементов. Чётко просматривались черты итальянской архитектуры. Новый аэровокзал построен в стиле «советского модернизма». На мой взгляд, здание потеряло некоторую изюминку, хотя надо отдать должное, выглядит с заявкой на современность. Запустили его в 1970‑ом году, когда ввели пассажирский терминал «Интурист». Принимают разных пассажиров, не только с международных рейсов, но и с внутренних, в том числе. Много стали и стекла. Выглядит вполне симпатично, я бы даже сказал в соответствии со временем. Я получил багаж и вышел через центральный выход. Цуканов предупреждал меня, что должны встретить, правда не сказал кто. Я потусовался в зале ожидания, но ко мне никто не подошёл. Вот я и направился на выход из вокзала. Уже на улице, где собирались машины встречающих и такси, моё внимание, привлёк мужчина с табличкой, на которой было написано «Егоров». Я сразу направился к незнакомому мужчине. Пока шёл, быстро рассмотрел того, кто всё же меня встречает. Среднего роста, лет за сорок, русые волосы, усы. Одет в лёгкую рубашку с коротким рукавом и светлые льняные брюки. Подойдя ближе, я поздоровался.