– Чтобы не привлекать внимание ОБХСС, они же постоянно что‑то таскают, вот Дима и старается найти места сбыта. К нам в область придёт контейнер с мотоциклетными запчастями, а здесь оформим всё как положено, не сомневайся. Да ты и сама в милиции связи имеешь, точно не откажут, – привела аргумент Мария.

– Завтра же с Мишей поговорю, от его согласия зависит, – согласилась Галя.

– Не тяните. Пусть Мишка мне на домашний позвонит, прямо завтра. Я товар тормозну. Моя выгода в том, что я запрошу с него телевизоры цветные, домой хочу купить, – не стала скрывать свой интерес Мария, чтобы сестра себе что‑то не надумала.

– Нам бы тоже не помешал цветной телевизор, к тому же деньги есть, – произнесла Галина.

Стол накрыли чуть раньше, чем планировали. Выпили, закусили, потекли бытовые разговоры. Мужчины пили коньяк, женщины предпочли вино. Когда салаты и закуски подъели, сёстры отправились на кухню, чтобы подогреть и разложить «горячее», жареный картофель со стейками сёмги. Здесь Мария вновь завела разговор с сестрой.

– Галя, я, собственно, с тобой хотела поговорить вовсе не о мотоциклах. Меня в июне переводят на должность начальника управления торговли по области. Вопрос уже решённый, последний месяц дорабатываю, – начала объяснять Мария.

– Поздравляю, растёшь в должностях, – улыбнулась Галина, искренне радуясь за сестру.

– Да подожди ты, со своими поздравлениями. Не сбивай с мысли. Наш 1‑й секретарь Обкома партии Рябов меня вызывал на беседу. Есть информация, что Рябова забирают в ЦК партии, уедет в Москву. Вот он и старается, за год всем поможет продвинуться. Я была у Бабыкина, нашего 1‑го секретаря Горкома партии, он мне задал вопрос, кого я бы посоветовала на своё место. В общем я назвала тебя, готовься поступать в СИНХ на заочное отделение, уже в этом году.

– Маша, да ты в своём уме? Мне тридцать пять, поздновато сидеть за партой со студентами.

– Не шуми. Как, по‑твоему, я заканчивала институт? Так же, поступила на заочный, не заметила, как четыре года прошло. Не упрямься, Галя. Ты что, на своей базе собралась до пенсии сидеть?

– Ты меня ошарашила. Завтра поговорю об этом с Витей. А кого на место Рябова поставят, есть информация?

– Пока только слухи. Вроде Ельцина пророчат, но за год могут передумать, – ответила Мария, чуть понизив голос.

– Говорят, он властолюбивый, да ещё и пьющий, – поделилась слухами Галина с сестрой.

– С пьющим проще работать, поживём увидим. А насчёт того, что тебя на моё место, даже не вздумай отказаться, сама поговорю с твоим Виктором.

– Завтра позвоню тебе. Нам пообещали телефон установить, наконец‑то сможем нормально разговаривать, а то к таксофонам не набегаешься, – поделилась новостью Галя с сестрой.

Женщины разложили «горячее» по тарелкам и начали таскать в гостиную. От сестры Галина с мужем уехали в десятом часу вечера, вызвав такси по домашнему телефону. Приехав домой, Галя и Виктор убедились, что дети дома. Поговорить о новостях от сестры, Галина решила завтра, когда муж и она будут на трезвую голову.

Май 1975 год. Свердловск. Михаил Егоров.

Вчера допоздна засиделся над следующей фантастической серией, решил всё же героев сделать немцами, а не японцами. Для японских героев у меня есть другая фантастика, как и другой сюжет. Часик посидел над военным романом про лётчиков, приводил в порядок информацию. Мне срочно требуется познакомиться с конструкторами, но где это знакомство взять, пока даже не понимаю. Родители мне в этом, точно не помощники. Утром хотелось поспать, но увы. Моё утро начинается всегда одинаково. В шесть подъём, пробежка и физическая зарядка. Отец, если за что‑то берётся, то делает это основательно. Так и с моим воспитанием в плане физической подготовки. Хотя за год постепенно привыкаю. Помню, по прошлой жизни, я даже отслужив на флоте, продолжал бегать со своим отцом на пробежки. Хотя в те годы, моему родителю, было уже далеко за сорок лет. Пока я не переехал в собственную квартиру, да и то, после женитьбы. Отец бегает бодряком, будто и не принимал вчера на грудь алкоголя с дядей Валерой. После пробежки душ и завтрак, который мама успевает приготовить еду. В нашей семье, только Катька пользуется привилегиями и неприкосновенностью, дрыхнет до обеда в выходные. Тем более у неё сейчас своя комната. Сев за стол завтракать, я положил на стол телеграмму, которую принесли вчера вечером.

– Родители, телеграмма от дедушки с бабушкой, – объявил я.

Мама сцапала телеграмму со скоростью броска кобры, батя только поморщился. Порой я думаю, что ловкость мамы всегда выше отцовской. Мама прочитала текст телеграммы и передала отцу.

– Седьмого приезжают, наверняка навезут солений и варений, что осенью мама заготовки делала. Витя, надо встретить, – прокомментировала мама, в то же время давая указание отцу.

– Домашней тушёнки поедем и рыбных консерв, сальца солёного и копчёного привезут. За что я уважаю тестя безмерно, дак это за его консервы и заготовки, – высказался отец.

Дедушка и бабушка родители мамы, живут в Тюменской области. Именно туда я ездил почти каждое лето, если меня родители не отправляли в пионерский лагерь. Дед варит шикарные консервы из рыбы и мяса. У него самодельный автоклав. Так что такие консервы домашнего производства, не идут ни в какое сравнение с фабричными. Вкуснотища такая, что «ум отъесть можно». Со стороны отца, у нас с Катей только бабушка, второй дед погиб на фронте, в первые годы войны. Живёт вторая бабушка с отцовским братом. С ними видимся, в лучшем случае, раз в пять лет.

– Мам, я могу встретить, найму такси и никаких проблем, – предложил я.

– А чего вдруг они собрались весной? – задал вопрос отец.

– Катя им написала, что будет концерт для ветеранов, пригласила в гости, – ответила мама.

– С другой стороны правильно, чего им сидеть дома. Оба на пенсии, а по уходу за скотиной, можно договориться, чтобы соседи присмотрели, – одобрительно добавил отец.

– Нам нужна ещё одна раскладушка. Деда поселим у Миши, а маму к Кате, – сразу определила мама.

– Я завтра в гараж пойду, знаю у кого есть раскладушка, возьму на время, а одна у нас и своя есть, – отец правильно понял посыл мамы, по поводу раскладушек.

Придётся мне, пока дед с бабушкой в гостях, переместиться на раскладушку. Но меня такой факт не расстраивает. Заодно подарю деду книгу о войне. Хорошо, что сейчас у нас квартира большая. А то, когда приезжали в барак, то мы вообще спали на полу вповалку, как цыгане на вокзале. Я уже заканчивал завтракать, когда мама вспомнила о том, что хотела поговорить со мной. Она рассказала о том, что есть возможность купить мотоцикл «Хонда», через какого‑то тёти Машиного знакомого. Хитрая схема, везут мотоциклы в разобранном виде, как запчасти. Причина понятна. Таможенный сбор по запчастям платится по весу товара, что экономит немало денег. Документы в порядке, но при регистрации всё равно придётся мудрить. На мой взгляд, за пару тысяч три «Хонды» недорого. Для сравнения, мама пояснила, сколько придётся потратить, чтобы купить новую «Яву». Естественно, я обрадовался. Кто же откажется от «Хонды» в 70‑е годы.

– А модель какая? – спросил я.

– Ты позвони тёте Маше, она всё расскажет. Не помню я. То ли «Си‑Би», то ли «Си‑Бэ», помню, что цифра «семьсот пятьдесят» стоит в названии. И вообще, мы вчера выпивали, так что мне простительно не запоминать такие мелочи, – подвела итог мама, чем вызвала отцовский смех.

Путанных пояснений мамы мне хватило, чтобы понять, что за модель «Хонды». Отличный мотоцикл, который был признан одним из самых удачных в 70‑е годы. Далее мама начала рассказывать отцу, что ей предложили повышение в работе. Точнее не повышение, а перейти в отдел торговли в Горком. Я закончил завтракать, решил, что сейчас схожу и позвоню тёте Маше, о моём согласии на мотоциклы. Но тем не менее, вставая из‑за стола, всё же высказал своё мнение о маминой работе.

– Мам, даже не сомневайся. Иди, там будут совсем другие возможности. А по поводу учёбы, то тоже поступай. Мы с Катей уже выросли, так что пора тебе заняться личным ростом, в профессиональном плане.