– Ты, Рома, широко шагать начал, смотри, штаны порвёшь. Работай с агентурой, выявляй, обкладывай «налогом», а потом прихлопни. Непослушных и непокорных под статью и в лагерь. Пусть там лес валят, на благо Родины, умных бери на карандаш, они и дальше будут дань приносить, да ещё и благодарить станут, – поучал Романа майор.

Так как Кузнецов опер сообразительный, то быстро вошёл в «правильную» колею. А работать с агентурой, он и до этого умел. В числе «дятлов», которые «барабанили» на своих собратьев спекулянтов, работая на капитана Кузнецова, ну из чистой любви к справедливости, были Андрей Шилов и Сергей Кривозубов, которых Роман прикрывал. Отпуская им грехи, но за нужную информацию. В первых числах августа, Кузнецов встретился с информаторами, в данном случае с фарцовщиками. Которых приметил, задолго до того, как стал работать в ОБХСС. Встреча произошла в одном из кафе на районе. Директор кафе тоже был под «колпаком» у Кузнецова, что позволяло Роману вкусно обедать и не тратить зарплатные деньги. Директор так любезен, что раз в день угощает капитана Кузнецова, да ещё и благодарит за посещение. Хотя Роман не наглеет. Чаще одного раза в день, не заходит. Сейчас он сидел в компании Шилова и Кривозубова, которые за свой кофе заплатят сами.

– Ну что, передовики спекуляции, есть информация для меня? – спросил Кузнецов, аккуратно отрезая кусок прекрасной говядины, наслаждаясь замечательным вкусом.

Шилов начал перечислять спекулянтов, которые живут на районе, а торгуют на «туче». Роман, не спеша, записывал данные и координаты мелких спекулянтов в блокнот.

– Устроим месячник мелких купцов, которые забыли, что живут в советской стране. А что‑то из расхитителей социалистической собственности нарыли, не стесняйтесь, за мной помощь не заржавеет? – подтолкнул капитан фарцовщиков к продолжению рассказов.

– У нас товар на «туче» изъяли, точнее не у нас, а у нашего реализатора. В воскресенье. Его самого отпустили, даже подписку не взяли, – решил сразу перейти к просьбе о помощи Кривозубов.

– Много изъяли? Кто там работал в воскресенье, они представились? – спросил Кузнецов.

– Изъяли не очень много, трое джинсов и четыре пары кроссовок. А работали с Областного управления, если бы с самого Шувакиша, наш бы человек на месте откупился, – доложил Кривозубов.

– В селе Шувакиш нет ОБХСС. Сам Шувакиш относится к Железнодорожному району, вот оттуда могут заехать. Ваш человек совсем тупой, он зачем таскает много вещей с собой?

– Без машины был, пришлось вещи в рюкзаке таскать, – виновато ответил Кривозубов.

– Так не делается, вы же не дети, чтобы вас учить. Пусть бы бабку посадил возле рынка, за «пятёрку» или червонец, там таких бабок полно торгует варёной картошкой и хлебушком с селёдкой. Вы же спекулянты, так трудитесь весь день, что жрать хотите, вот бабушки и подрабатывают. Раз отпустили вашего человека, то решили шмотьё по рукам разобрать. Я заеду туда на днях, есть там у меня связи. Но верну только то, что им не пригодилось. Если нашли сотрудники применение вашим шмоткам, то урок вам будет. Надо было звонить в воскресенье, телефоны мои знаете, а так получается за свободу вашего подопечного заплатили, – пояснил капитан

Кривозубов и Шилов промолчали, ну не говорить же им капитану, что они сами с девочками на даче гуляли, напились в хлам, вот и не поехали на рынок.

– Есть у нас на примете пацаны. Непонятные какие‑то. Живут во дворах «деревяшки». Рашид Абдулин и Юрка Карпенко. У одного дорогущая «Хонда», у второго «Ява», они у нас шмотьё недавно брать начали, – начал говорить Шилов.

– Вы мне сейчас всех своих покупателей сливать начнёте, мне не это интересно, – прервал Шилова капитан, но тот продолжил.

– Дело в том, что они не основные. У них всем заправляет Мишка Егоров, жил в этих же дворах, сейчас его семья переехала во дворы «дворянское гнездо». У него тоже «Хонда».

– Похоже мутят они с продажей кассет и мотоциклов из Японии, радиоаппаратурой торгуют, ну или собираются, – добавил информации Кривозубов, когда Шилов сделал паузу.

– Егоров Мишка? А у него отца как зовут, напомните? – насторожился Кузнецов.

– Отца Виктором зовут, есть сестра, имя Екатерина, точно музыкой увлекается, – уточнил Шилов.

Роман сразу вспомнил Егоровых. Именно они тогда поймали Боратова, и сдали ему с рук на руки. А могли бы просто в милицию отдать. Поимку насильника, Кузнецов выставил, как собственную операцию. А ещё семью Егоровых проверяли по просьбе из центра, то есть из Москвы. Вроде там министр Щёлоков вопросы задавал. В такие дебри влезать Кузнецову совсем не хочется. Непростая семейка. Галина Егорова сейчас в Горкоме работает, а её сестра в Обкоме. Таких людей трогать бессмысленно. Прихватишь сыночка таких родителей, а его не только отпустят, но и тебе по голове настучат, при чём собственное начальство это сделает. Да и не хотел Роман наезжать на Егоровых. Что тут скажешь, здорово ему пригодилась их помощь.

– Про Егорова забыть вам советую, иначе у вас серьёзные проблемы начнутся. В том числе забудьте про Абдулина и Карпенко, раз они с ним, – строго велел капитан своим информаторам.

– Они что, неприкасаемые? – не сдержался с вопросом Кривозубов.

– Я сказал, вы услышали. Потом не говорите, что я вас не предупреждал. Если мне прикажут, я вас лично упакую, как злостных спекулянтов. Надеюсь понятно, разжевать не надо? – Роман посмотрел на фарцовщиков, прищурив глаза.

Шилов и Кривозубов настаивать не стали. Зачем лишний раз тигра за усы дёргать? За следующие полчаса они назвали несколько фамилий, которыми можно заинтересоваться. Их, можно сказать куратор, всё подробно записал. А потом капитан прозрачно намекнул, что ребят пора своими делами заняться, но не следует забывать, что за кофе надо платить. Заканчивая обедать, капитан Кузнецов подумал, что всё же стоит аккуратно проверить Абдулина и Карпенко, посмотреть, чем «дышат». Сам он заниматься этим не будет, а поручит своему подчинённому.

Интерлюдия 6. Шилов и Кривозубов.

Покинув кафе, где Шилов и Кривозубов встречались с капитаном из ОБХСС, парни прошли к машине. За руль сел Андрей Шилов, но прежде, чем завести машину задумался.

– Кого ждём? – спросил Сергей Кривозубов приятеля.

– Хрен с этими пацанами, не стоит злить капитана, он нам ещё пригодится. Я даже за утерянные шмотки не беспокоюсь, не такая уж потеря. Зато у меня есть другой план. Ты ведь знаешь, что я езжу в Ленинград к своему сослуживцу по «армейке»? В прошлый раз он мне интересное предложение сделал, которое сулит хорошую выгоду, – выйдя из раздумий начал говорить Шилов.

– И что за предложение? – спросил Сергей.

– В Ленинград приезжают интуристы. Мой приятель купил «рафик»¹, сделает его под туристический микроавтобус. Идея такая. Подъезжаешь, приглашаешь короткую экскурсию по Ленинграду. По пути, предлагаешь американцам или европейцам обменять валюту за рубли. Например, рубль за доллар или две марки за рубль. Как правило иностранцы соглашаются. Так как через банк им дают всего шестьдесят копеек, то есть им невыгодно брать в банке. Приятелю нужны помощники со знанием английского языка, вот он мне и предложил, – поведал суть идеи Андрей.

– А чего он своих ленинградцев не приглашает?

– Говорит, что не хочет доверять незнакомым. А мы с ним и в армии жили дружно, оказывали поддержку друг другу, – ответил Шилов.

– За спекуляцию мы с тобой рискуем попасть под 154 статью, штраф или лишение свободы до семи лет. За валюту совсем другие сроки по 88 статье.

– Да знаю я, что можно восемь лет отхватить, с конфискацией, а можно на смертную казнь напороться, если суммы крупные. Приятель говорит, что может нашу долю поменять на чеки внешторга. А по ним мы спокойно отоваримся в нашей «Берёзке»², при чём официально, и никаких проблем не возникает, – привёл своеобразные аргументы Андрей.

– Всё равно опасно, прикрытия ментовского нет, хотя там наверняка КГБ присматривает.

– Буреть не будем, делаем тихо, без огласки. Обмен приятель сам сделает, не привлекая нас. Наша задача красиво о Ленинграде рассказывать, придётся кое‑что выучить о памятниках архитектуры. А ещё лучше наших сестёр задействовать. Девки красивые, внимание привлекут у интуристов, к тому же обе хорошо базарят на английском языке. Предлагаю не тянуть с этим, а выехать в Ленинград, месяц покрутимся, туристов покатаем, потом домой, с полными карманами прибыли, – улыбнулся Шилов.