С добычей в руках мы находим нужный зал и спускаемся по тёмному пандусу. Реклама уже началась, и Бэкс сидит в нескольких рядах от экрана. Её ботинки закинуты на кресло перед ней, пока она жуёт попкорн. Мы садимся в трёх креслах прямо за ней, на несколько рядов выше.

Несмотря на то, что фильм идёт, я смотрю на неё всё время, замечая её маленькую обиженную гримасу примерно на середине, когда у неё заканчивается попкорн. Я оказываюсь на ногах прежде, чем успеваю сообразить, игнорирую братьев и возвращаюсь к стойке, чтобы взять то, что нужно.

Я проскальзываю обратно и жду. Через несколько минут теперь уже на пятьсот долларов богаче работник приносит ей ещё попкорн, напиток, шоколад и хот-дог. Она не выглядит озадаченной, но всё это съедает.

— Серьёзно? — тихо посмеивается Зейн.

— Подкуп, — пожимаю плечами. — Как ты сказал, попытка не пытка, а единственная дорога к сердцу этой женщины это – семья, деньги или еда.

— И не забудь оружие, — добавляет Кейн, закрывая глаза пальцами. — Почему она не могла выбрать что-то другое?

— Может, ей нравится смотреть, как ты корчишься, — поддразниваю я, засовывая в рот полную горсть попкорна.

Я жду, что она сделает ход весь фильм, но Бэксли ничего не делает, и когда всё заканчивается, она собирает мусор, уходит и снова садится на байк.

Что происходит?

Я вижу, что мои братья в таком же недоумении, но мы снова следуем за ней. На этот раз она паркуется у итальянского ресторана в центре. Он находится в старом здании паровой фабрики и занимает три этажа. Это модное новое место в перспективном районе. Я знаю, потому что уже несколько недель пытаюсь уговорить братьев прийти сюда. Их бургеры выглядят невероятно.

Она заходит внутрь так, будто ей вообще ни о чём не нужно думать, и мы паркуем машины и идём следом.

— Думаю, нам стоит поговорить с ней, — предлагаю я, переступая порог приглушённо освещённого зала. Смесь кирпичной кладки, современного и старого здесь работает. Помещение заполнено столиками на разных уровнях и вниз по деревянным лестницам, и у него уютная атмосфера.

— Она ещё может злиться, — предостерегает Зейн.

— Думаю, нам всё равно стоит.

— Давайте сначала посмотрим, что она сделает, — предлагает Зейн.

— Нет, он прав. Она водит нас кругами ради чего-то. Пошли.

Перед нами возникает улыбчивый, бодрый официант.

— Братья Сай?

— Эм, да? — отвечаю я.

— Сюда, к вашему столику.

Моргая ему в спину, у нас нет выбора, кроме как идти следом. Мы петляем через наполовину заполненный ресторан, затем поднимаемся по широкой лестнице в более маленькую зону, где вдоль стен тянутся кабинки, выходящие видом на залив. Но сильнее всего меня удивляет то, что он ведёт нас прямо к кабинке, где сидит Бэксли. На губах у неё играет ухмылка, пока мы замираем у входа. Когда официант уходит, я наконец проскальзываю внутрь. Выход мне перекрыт, поэтому Кейн и колебался, но, если честно, мне плевать. Я напротив неё, и это ближе всего, что мы были за последние недели. Зейн садится следом, а Кейн занимает край.

— Я слышала, ты как-то упоминал это место, — кивает она мне. — Решила, тебе может понравиться.

— Ты собираешься нас отравить? — спрашивает Зейн, но по нему не похоже, что его расстраивает такая перспектива.

— Не сегодня. К тому же, если бы я собиралась вас убить, я бы сделала это более эффектно, чем так, — пожимает она плечами.

— Ладно.

Расставив ладони на столе, я наклоняюсь вперёд, и она смотрит на меня, захватывая и не отпуская.

— Что происходит?

— В каком смысле? — слишком невинно спрашивает она, и тогда я замечаю её ресницы. К внешним уголкам они отдают розовым, как и её волосы. Эффект лишает меня дара речи, и она приподнимает бровь. — Проблема? — мурлычет она.

— Ты слишком красивая, — шепчу я.

— Да, я знаю, а теперь к твоему вопросу, — поддевает она.

— Что происходит? Ты знала, что мы следим за тобой в океанариуме, в кино и теперь здесь.

— Я хотел посмотреть фильм, — говорит Зейн, и она ухмыляется, будто он сказал то, что нужно. — Подожди, кажется, я говорил тебе, что он выходит и что хотел пойти с тобой.

Ухмылка Бэкс становится шире.

— Я как-то сказал, что раньше часто ходил в океанариум с мамой, — говорит Кейн. — Все эти места… это для нас?

— Как последний ужин перед тем, как ты нас убьёшь? — ухмыляюсь я, не в силах удержаться.

— Скорее… как свидание, — отвечает она как раз в тот момент, когда подходит официант. Мы смотрим в ошеломлённой тишине, пока она заказывает, и мы судорожно пытаемся сделать то же самое. Когда он снова уходит, я наклоняюсь вперёд.

— С… свидание. Сегодня было свидание со всеми тремя из нас?

— Ага.

Она наклоняется вперёд и втягивает через трубочку напиток. На мгновение я залипаю на её губах, а она ухмыляется.

— Чертовка, вообще-то люди обычно зовут кого-то на свидание, — говорит Кейн.

— Я не как все, — отвечает она.

— Значит, ты не игнорируешь нас и не отталкиваешь. Ты устроила нам свидание, — заключает Зейн, звуча довольным.

— Я могу снова начать вас игнорировать. Ещё не решила, но, возможно, я рассматриваю вариант дать вам шанс, отсюда и свидание.

— Свидание, — повторяет Кейн, качая головой. — Только ты могла устроить нам свидание вот так.

Вздохнув, она достаёт телефон и поворачивает экран к нам.

— Видите? Я даже фотки сделала, будто это настоящее свидание.

Она разворачивает телефон обратно, пролистывая фотографии. Бэкс позирует спереди, ухмыляется, а мы на заднем плане. Есть фото, где Кейн спорит с ребёнком в океанариуме, мы делаем вид, что рассматриваем рыб. Одно, где мы стоим напротив неё у экспозиции с тюленями, и ещё одно, где мы позади неё в кино.

— Я даже не видел, как ты это снимала, — признаюсь я.

— Я скрытная, — пожимает она плечами.

— Чертовка, — серьёзно говорит Кейн, — не делай этого, если не имеешь в виду. Ты знаешь, что мы к тебе чувствуем. Мы это предельно ясно обозначили. Мы все трое влюблены в тебя и хотим быть с тобой. Ты не можешь играть с нами, когда тебе удобно, а потом бросать.

— Мы бы позволили, — признаю я, и Зейн кивает.

— Но было бы больно, — заканчивает Кейн. — Так что это?

— Может, я решила дать вам шанс, — повторяет она. — Я не говорю, что это продлится вечно или вообще сработает, но, может, вы правы. Может, я не хочу возвращаться к тому, чтобы быть ничем. Может, мне нравится проводить с вами время и играть с вами. Я не скажу… это слово на «Л», которое вы так любите мне бросать, но вы мне нравитесь все. Мне просто понадобилось время, чтобы это понять. Я ненавижу себя за это, но вот оно, так что я здесь. Этого достаточно? Или уже поздно?

— Мы бы ждали тебя целую вечность, — серьёзно отвечаю я. Она единственная для нас.

— Мы ждали, что ты сама вернёшься. Я бы отпустил тебя, если бы ты этого хотела. Мы никогда не хотели отнимать у тебя выбор. Мы хотели, чтобы ты выбрала нас, выбрала это. Мы умеем быть терпеливыми, но теперь, когда ты снова вошла в эту дверь, мы больше тебя не отпустим, — предупреждает её Кейн.

Она тяжело сглатывает, переводя взгляд между нами, потом стряхивает серьёзную мысль, и её губы изгибаются в хитрой улыбке.

— А если я с вами только из-за ваших денег?

— Мне плевать, пока ты со мной, — отвечает Кейн, и мой брат смотрит на неё мечтательно, такой счастливый, что вот-вот лопнет от радости.

— Ты ненавидишь золотоискательниц, — парирует она, переводя взгляд между нами. Я лишь ухмыляюсь, позволяя Кейну разбираться. Зейн тоже.

— Я никогда не смог бы тебя ненавидеть. Вот.

Он протягивает пачку карт.

— Пин-код – твой день рождения. Покупай всё, что хочешь, это твоё.

— А если я хочу остров? — шутит она, без сомнения проверяя его, или, может, она правда хочет остров. С Бэксли сложно сказать.

— Тогда купи его, — пожимает он плечами. — У меня достаточно денег, чтобы обеспечивать тебя миллион жизней, и даже если ты каким-то образом умудришься потратить всё до копейки, я всегда могу заработать ещё.