— У меня синяки легко остаются, — вздыхает он. — Ладно. Если они узнают, моей репутации конец⁠…

— Флетчер, — предупреждает она.

— Ладно, ладно, господи, держи сиськи при себе, — сдаётся он. — Я не знаю его имени. Но лицо у него было приметное. Голубые глаза и шрам на шее под татуировкой мотылька. Жуткий ублюдок на харлее. Он сказал мне, где и что ему нужно. Хотел что-то, что не убьёт, но будет чертовски унизительно. Для шантажа, думаю. Это всё, что у меня есть.

— Хороший мальчик, возвращайся к роли химика, — говорит она.

Бэкс сбрасывает вызов и смотрит на нас, но я уже в раздумьях.

— Ты его знаешь? — спрашивает она.

— У нас много персонала, — говорю я, разворачиваясь к компьютеру и загружая файлы, просматривая их. — Но, похоже, его здесь нет.

Очередной тупик. Прекрасно.

— Если здесь нет никого, кто бы выглядел так, он может быть платным посредником. Ваш персонал сейчас не может выйти, это вызовет слишком много подозрений, а значит, им пришлось бы как-то попасть сюда, чтобы получить заказ и деньги. Они бы не рискнули делать это по телефону или онлайн, даже с одноразового. Они были бы параноиками, ведь мы их ищем, — рассуждает она. — Нам нужно проверить всех за последние два дня и посмотреть, кто приходил и уходил, — откинувшись, она смотрит на экраны, показывающие улицу. — Подожди, тот фургон… он был здесь в прошлый раз, когда я пробралась внутрь.

— А, это копы. Они следят за нами годами. Это их мобильный пункт, — объясняю я, а она ухмыляется, поднимаясь. — Эй, ты куда? Бэксли! — зову я.

У меня плохое предчувствие, и когда я смотрю на братьев, понимаю, что они его разделяют.

— Ей точно понадобится адвокат, — поддразнивает Зейн, поднимая тост в нашу сторону зелёным смузи, который его заставили выпить.

Переходя улицу прежде, чем фургон успевает уехать, я открываю дверь и ухмыляюсь ошарашенным лицам технарей и копов внутри.

— Привет, — забираюсь внутрь, закрываю дверь и оглядываюсь. — Неплохое оснащение. Погодите, а куда вы писаете, если приспичит?

Они просто продолжают пялиться, и я вздыхаю.

— Ладно, я всего лишь пыталась поддержать разговор. Не переживайте, я не затем пришла, чтобы вас убивать или типа того. Мне просто нужна ваша запись, спасибо, — я хлопаю по сиденью одного парня, и он косится на того, кто, должно быть, здесь главный, прежде чем подняться. Я сажусь и смотрю на экраны и камеры. — Чёрт, да у вас куча ракурсов, но ни одного внутри.

Главный здоровяк говорит:

— Это незаконно, но если бы ты помогла нам⁠…

— Тут прошу уяснить, мистер Значок. Я не собираюсь быть стукачкой. Как я сказала, мне нужна запись, — пробегаюсь взглядом по экрану. — Оснащение у вас хорошее, но качество камер дерьмо. Видимо, работа на государство не даёт вам доступа к крутым игрушкам. Неудивительно, что у вас на них ничего нет, чтобы сделать арест.

— Мы думаем, братья Сай замешаны в нескольких преступлениях, — говорит мистер Значок, подходя ближе.

— Ни капли не сомневаюсь, — пожимаю плечами и поворачиваюсь к технарю. — Я понятия не имею, как пользоваться этой хернёй. Я ищу чувака со шрамом на шее под татуировкой мотылька, и он ездит на харлее. Это было в течение последних двух дней. Мне лень перелопачивать все записи, но вы же должны были наблюдать. Ничего не напоминает?

— Почему мы должны тебе помогать? — рявкает Значок. — Мы должны арестовать тебя прямо сейч⁠…

— Да-да, у меня нет времени на меряние письками. Слушай, покажешь мне, что нужно, и я дам тебе всё, что захочешь.

— Если мы поможем тебе, ты должна помочь нам, — соглашается Значок, явно видя лазейку. Очевидно, он уже давно застрял на этой дерьмовой работе и никуда не продвинулся. — Если мы покажем тебе, то ты должна дать нам то, что нам нужно на Сай, чтобы их арестовать.

— Конечно, конечно, показывай, — отвечаю я.

Он смотрит на меня, изучая выражение моего лица, и я жду, но, честно говоря, ему нечего терять, и он это знает. Он кивает технарю, и тот наклоняется ко мне, что-то делая на экране.

— Был тут похожий парень на днях. Я пометил его для проверки, подумал, что он может быть связующим звеном с кем-то из более мутных делишек братьев Сай. Он встречался с охранником сбоку дома вниз по улице. Вот.

Технарь откидывается и запускает запись. Достав телефон, я снимаю экран, разглядывая охранника. Я его не знаю, но у них охраны полно.

— Когда мы пробили его, выяснилось, что он наёмный воя̀ка. Это то, что тебе было нужно?

Логично. Он заплатил кому-то, чтобы тот забрал и доставил то, что ему нужно. Без сомнений, он был в отчаянии и собирался шантажировать Зейна и братьев ради денег или защиты, а потом свалить к ебеням. Он боится, а страх делает людей тупыми. Это специализация Бутчера, – ломать человека настолько, что он начинает делать вещи не в своей манере.

— Круто, спасибо. Всё, — говорю я, встаю и киваю на стул, а технарь нерешительно садится. — Я пошла. Продолжайте в том же духе.

— Подожди, ты сказала, что поможешь нам с ними, — огрызается Значок.

Я поднимаю пальцы, показывая ему.

— Я держала их скрещёнными. Извини. Ещё раз спасибо!

Я выныриваю из двери фургона и захлопываю её, прежде чем торопливо перейти дорогу и увидеть всех троих братьев, стоящих у входной двери и ждущих меня.

— Какого хрена, чертовка? — тяжело вздыхает Кейн

— Просила у копов помощи. Не переживай, они помогли, — нажимаю «отправить». — Это охранник. Дальше вам самим его искать. А я пойду в душ и посплю. Увидимся позже, красавчики.

Проходя мимо них, я напеваю себе под нос, поднимаясь наверх. Это почти закончено. Потом я заберу Лорен и Тейлор, мы поедем домой, и всё вернётся в норму.

Никаких братьев Сай и никаких проблем, просто дом. Миленько и просто.

Почему от этой мысли что-то внутри у меня дёргается?

Я не буду… скучать по ним, правда?

Мне же не нравятся братья Сай, да?

Эта мысль останавливает меня как вкопанную.

Мне нужно задать себе несколько очень серьёзных вопросов, прежде чем я решу.

Они мне правда нравятся, или они просто высокие?

Меня привлекают их деньги или они сами?

Мне нравится, что они могут убить человека меньше чем за три секунды, даже не вспотев? Поэтому я такая? Или мне правда… нравятся они?

От одной только мысли, что меня может действительно тянуть к ним, по мне прокатывается дрожь ужаса, так что я отмахиваюсь от этого и спешу к себе в комнату, пока не сиганула с лестницы от этого представления. Ни за что. Мне просто нравятся их члены и деньги.

Это всё.

Я едва не стреляю в Нео, когда выхожу из ванной, обмотанная одним полотенцем, и нахожу его ждущим. Он поднимает взгляд от телефона, и его улыбка мгновенно исчезает. Глаза разгораются голодом, пока он скользит ими вниз по моему телу.

— Что такое? — спрашиваю я. — Или ты просто хочешь попялиться на меня?

Обычно он ведётся на наживку, но, когда его взгляд снова встречается с моим, в нём жёсткое, требовательное выражение, и я напрягаюсь.

Молча, он крадущейся походкой подходит ко мне, останавливаясь, когда оказывается достаточно близко, чтобы коснуться.

— Я пришёл сказать, что мы нашли, кто это, но он растворился, так что твой контракт ещё не закончен. Должно быть, он понял, что мы вышли на него.

— Ладно, ну, ты мне сказал.

Я пытаюсь обойти его, но он цепляет пальцем верх полотенца и дёргает, стягивая его ниже, открывая больше моих сисек. Нео наклоняется и слизывает каплю воды с округлости моих грудей, и от его тёплого языка меня пробирает дрожь.

Я хочу трахнуть его, но с ним весело играть, так что я делала это, но сейчас он выглядит так будто устал играть и теперь хочет просто швырнуть меня вниз и взять силой. Я бы не возражала, если честно. Хочу попробовать их всех, прежде чем уйду, даже при ужасающей мысли, что, возможно, они правда… мне нравятся. Мысли, которая продолжает меня преследовать, или, может, просто чтобы доказать самой себе, что это не так.