Лорен всё ещё плачет, но Тейлор отворачивает её и поднимается наверх, а я наконец оседаю, зарываясь лицом в ладони. Так будет лучше, но это не убирает боль. Они моя семья, единственная причина, по которой я всё ещё жива.

Им требуется немного времени, Тейлор чувствует срочность, и когда она спускается вниз, у меня уже готов тревожный рюкзак. Я протягиваю его ей, и она закидывает его на плечо.

— Там достаточно денег, чтобы начать заново, если со мной что-то случится. Там же документы на этот дом, паспорта, удостоверения, школьная информация Лорен и все услуги, которые мне должны. Используй их, слышишь? Пусть присмотрят за вами и помогут выбраться в безопасности.

— Пообещай мне, Бэксли, что ты вернёшься, — требует она, сжимая руку Лорен.

— Я встречу вас на пляже, — обещаю я, хотя это может быть ложью.

Она кивает, и я подталкиваю её к машине, которую купила ей, загружаю её, затем усаживаю Лорен на место.

— Я сама могу, — бурчит она, всё ещё всхлипывая.

— Знаю, что можешь, — шепчу я. — Просто позволь мне помочь в последний раз, ладно?

Она кивает, и я пристёгиваю её ремень, а потом беру её лицо в ладони.

— Присмотри за Тейлор для меня? Я на тебя рассчитываю.

— Присмотрю, — серьёзно отвечает она.

— Я люблю тебя. Ты – лучшее, что со мной когда-либо случалось, малая, даже когда ты заноза в заднице. Что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

— Бэксли, не говори так, будто ты больше никогда меня не увидишь, — умоляет она.

— Увижу. Я помогу тебе научиться нырять, когда приеду, хорошо?

— Хорошо, — она кивает, и я притягиваю её к себе в объятия, прежде чем отступить и закрыть дверь. Обходя машину, я вижу, как Тейлор опускает стекло, её глаза подёрнуты слезами, которые она изо всех сил старается не пролить.

— Не останавливайтесь, пока не доберётесь, поняла? — говорю я ей.

— Я знаю, как это делается. Не переживай за нас, просто береги себя, — она сжимает мою руку. — И ты лучше бы притащила свою задницу на этот пляж.

— Притащу. Ни за что на свете это не пропущу, — настаиваю я, сжимая её руку. — Будьте в безопасности.

— Ты будь в безопасности, — парирует она. — Помни, Бэксли, ты куда сильнее всех остальных. Закончи это и найди нас.

Кивнув, я отступаю и натягиваю на лицо улыбку, махая им рукой. Я не предупредила Шелли, что они приедут. Она – бывшая проститутка, которую я помогла спасти много лет назад. Я не хочу оставлять к ним след, но она будет знать, что делать. Она позаботится о них вместо меня.

Их фары обливают меня светом, и я продолжаю махать, пока они не исчезают из виду. Когда они уезжают, я позволяю одной слезе упасть, и улыбка сползает.

Не знаю, увижу ли я их когда-нибудь снова, но я сделаю что угодно, лишь бы они были в безопасности. Я пообещала, что встречу их там, так что я не остановлюсь, пока не сделаю этого, если только не умру.

Я поворачиваюсь к теперь уже пустому дому и выдыхаю.

Пора работать.

Честно говоря, врываться в особняк Сай становится слишком легко. Развалившись на шёлковой кровати, я жду, нарочно пачкая ботинками идеальные простыни, пока не начинаю гадать, какие мерзости Нео вытворял на них. Наверное, ничего более грязного, чем я, так что я смотрю порно, которое списала с его карты, открываю все его вычурные кремы и намазываю ими руки и лицо. Ещё я стырила пару двадцаток, потому что почему бы и нет?

Я слышу, как выключается душ, и устраиваюсь поудобнее. К счастью, проходит совсем немного времени, и дверь открывается. В комнату тянет паром, прежде чем он входит, в свободно завязанном голубом халате с вышитым на нём именем. Волосы зачёсаны назад, кожа ещё влажная. Он выглядит так, что его хочется съесть.

— Привет, Нео, — тяну я.

— Ёб твою мать! — орёт он, вцепившись в халат и глядя на меня в шоке.

— Мимо, я предпочитаю отцов, — парирую я. Он моргает на мою реплику, когда дверь распахивается. Охранники врываются, целясь в меня из пистолетов, следом за ними входит Зейн, на нём расстёгнутые брюки от костюма.

Зейн усмехается.

— Ты умеешь эффектно появляться. Честно, зачем мы вообще запираем двери? — спрашивает он, глядя на охранников. — Опоздали. Съебитесь, — он выгоняет их и захлопывает дверь, подходя ко мне.

— Как ты вообще сюда попала? И можем выключить порно? — бурчит Нео, бросая взгляд на телевизор.

— Там только начинается самое интересное, — вздыхаю я, пока Зейн посмеивается и забирается на кровать Нео рядом со мной, и мы оба смотрим на телевизор, пока она не достигает своего грандиозного финала. — Немного наигранно, но свою работу сделала.

— Я бы её трахнул, — Зейн пожимает плечами.

— Я тоже, — телевизор выключается, и мы оба поворачиваемся к Нео.

— Зачем ты здесь? — спрашивает он, теперь халат завязан туго.

— Не чувствуй себя обязанным запахиваться из-за меня. Мне понравилось шоу. Есть что-то очень шлюшечное в мужчине в свободно завязанном шёлковом халате, — дразню я, а потом становлюсь серьёзной. — Я знаю, где твой брат.

— Где? — спрашивают они оба.

— Ну, я знаю, кто его держит, и собираюсь выяснить, где именно. Я просто пришла предупредить, чтобы вы не лезли мне под ноги, — пожимаю плечами, поднимая украденный крем для лица. — Я это забираю, кстати.

— Сосредоточься. Наш брат, — требует Нео.

— Нет смысла вам говорить, потому что вы до него не доберётесь, а я – да, — я пожимаю плечами и откидываюсь на кровать. — Эта хрень реально удобная.

— Как? — спрашивает Зейн, впервые проигнорировав мой другой комментарий.

Моё выражение лица становится холодным, когда я перевожу взгляд с одного на другого.

— Дав ему то, чего он хочет – меня.

Мы всю ночь спрашивали Карму, но она отказывается говорить нам, кто держит нашего брата и где он. Это бесит меня, но она говорит, что у неё есть план, и нам нужно ему следовать. Я не доверяю никому, кроме своей семьи, но, похоже, другого выбора у меня нет. В нашем расследовании мы далеко не продвинулись, а она явно продвигается. На кону жизнь моего брата, так что мы пойдём на её поводу.

В конце концов ей надоели наши вопросы, и она вздремнула, а потом проснулась и потребовала, чтобы её накормили. Я смотрю, как она уничтожает еду, которую приготовил наш шеф. Отец в отъезде по делам, и это единственная причина, почему он ещё не знает о Кейне, и я хочу, чтобы так и оставалось. Нам нужно вернуть его, прежде чем отец узнает.

— Ещё порцию? — спрашивает Зейн, внимательно наблюдая за ней. На его лице странная улыбка. — Так горячо смотреть, как ты ешь.

— У тебя проблемы, — говорит Карма, запихивая в рот ещё один кусок омлета. — Извращённо, но мне нравится.

— Хотя бы скажи нам, как мы можем помочь твоему плану, — говорю я ей, и она вздыхает, бросая на меня раздражённый взгляд, пока дочищает тарелку и допивает кружку, прежде чем встать.

— Ну пошли тогда. Двигаем, пока вы не выбесили меня настолько, что я снова испорчу твою милую мордашку.

— Подожди, мы едем прямо сейчас? — я вскакиваю на ноги.

— Ага. Если только у тебя нет йоги или какой-нибудь херни, — фыркает она, выходя из комнаты и ожидая, что мы пойдём следом, и мы идём, схватив ботинки и куртки. Когда мы её находим, она прислонилась к одной из наших машин, на лице у неё солнечные очки, и я хмурюсь, думая, откуда она их взяла, пока не вижу одного из наших охранников, который держится за яйца и привалился к колонне.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, но она просто забирается в машину.

— С нами, — говорю я Доджу и охранникам. Он кивает и садится за руль, а мы устраиваемся сзади, Зейн зажат между нами.

Включается радио, и она мурлычет.

— Обожаю эту песню. Сделай погромче.

— Карма! — огрызаюсь я. — Куда мы едем?

— Какие грубые. Езжайте в сторону Митпэкинг-дистрикта, — она напевает мелодию, а Додж смотрит на меня. Я киваю, и мы трогаемся. Всю дорогу она нас игнорирует, подпевая радио, пока вдруг ни с того ни с сего не орёт: