— Хороший год, — одобрительно киваю я. — Должно быть, стоило тебе пару миллионов, — выдёргивая пробку зубами, я встречаюсь с ним глазами и делаю большой глоток, и когда он никак не реагирует, закатываю глаза. — Скучно, — наклонив бутылку, я выливаю её на него, а потом швыряю через кабинет, заливая ковёр, пока он давится и задыхается. Я обхожу стол, снова останавливаясь у шахматной доски.

Подняв королеву, я кладу её в карман и с подмигиванием иду к двери, доставая зажигалку и бросая её на пол по пути.

— Ты же сказала, что не будешь! — ревёт он, пытаясь подняться, пока алкоголь вспыхивает, с шипением расползаясь по ковру прямо к нему.

— Я сказала, что не буду в тебя стрелять, — отвечаю я, положив ладонь на дверь и поворачиваясь посмотреть на него. — Я ничего не говорила о том, что не буду тебя убивать. Я бы осталась посмотреть, но мне пора домой. Наслаждайся пожаром, который ты устроил.

Я закрываю дверь и иду по коридору, его крики заполняют воздух, пока он сгорает заживо.

Спускаясь по лестнице, я снова выхожу в коридор, пока пламя пожирает второй этаж, и нахожу Тейлор на деревянном кухонном стуле, глаза широко распахнуты, рот заткнут. Двое мужчин по бокам от неё колеблются. Закатив глаза, я беру их на прицел.

— Уходите, пока я вас не убила. Последний шанс.

Они переглядываются, но оба поднимают оружие.

— Значит, нет. Видишь, Тей, вот что я получаю за то, что пытаюсь быть милой.

Её глаза сужаются, она что-то кричит за кляпом, но я её не слышу, так что сосредотачиваюсь на двух мужиках.

— Друзья? — предлагаю я вместо этого, и они переглядываются, растерянные и неуверенные. На людей я так действую.

Подняв руку, я стреляю, но магазин пуст.

— Упс, — говорю я с ухмылкой. — Похоже, я увлеклась. Может, тогда поговорим?

Я падаю на пол, когда они открывают огонь, и бросаюсь на первого, врезая его в кухонную столешницу.

— Значит, нет, — бормочу, вколачивая его ладонь в мрамор.

Он выпускает пистолет, и я хватаю его и рывком поднимаю мужика перед собой как щит, когда его дружок разворачивается к нам.

Он колеблется.

Я нет.

Я стреляю, но он дёргается в сторону, и пуля режет ему плечо, когда тот, кого я держу, бьёт меня локтем, заставляя согнуться с хриплым стоном. Я бью ногой, и он спотыкается, падая на кухонный коврик, а потом поднимается.

Он тоже бьёт ногой и попадает по моей руке, из-за чего я роняю пистолет, который прокручивается по комнате и залетает под шкафчик. Как же, блядь, бесит. Я слышу, как пламя подбирается ближе, и знаю, что нужно заканчивать.

Его кулак врезается мне в челюсть, я разворачиваюсь, а потом поворачиваюсь и плюю кровью ему в лицо. Он рычит, вытирая её.

— Сучка!

— Неа, моя мамка не растила сучку. Хотя, технически, она вообще меня не растила, но ты понял, — шучу я, ныряя под его удар. — Бля, тебе не нравятся шутки про мёртвых родителей? Ну да, мы бы с тобой не стали хорошими друзьями.

Тейлор дёргается на стуле, и он с грохотом валится набок, а она падает на пол, извиваясь на боку. Я бью ногой, и мужик спотыкается об неё и плюхается на задницу по другую сторону, пока его окровавленный дружок бросается на меня с кухонным ножом. Отпрыгнув назад, я пригибаюсь и петляю, уходя от лезвия, пока не вижу шанс. Схватив кухонное полотенце, я натягиваю его между руками и на следующем его взмахе вверх наматываю на его запястье, выкручиваю и проворачиваю. Нож улетает, и я хлещу тканью ему по лицу. Он воет, отступая и закрывая глаза.

— Чёрт, — шепчу я, глядя на полотенце. — Кто бы знал?

Раздаётся ворчание, и я успеваю поднять взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как они оба снова идут на меня.

— Вы правда не сдаётесь, да? Он хорошо платит? Пакет соцгарантий? Интересно, каков нынче тариф на наёмных идиотов.

— Ты труп, — рычит тот, в кого я стреляла.

— А тебе нужен тезаурус или словарь. Ну же, где словесная перепалка? Дерзкие ответочки? Добавь перчику, а, знаешь? — вздыхаю я, пока жар на кухне начинает подкрадываться из-за пожара.

Я хватаю сковородку и швыряю её в тупорылого идиота. Она смачно врезается ему прямо в лицо, ломая нос, и его дружок бросается на меня, пока я отвлеклась.

Он хватает меня сзади и поднимает в воздух. Я использую это себе на пользу, когда его дружок идёт на меня, поднимаю обе ноги и пинаю того в грудь, отправляя на задницу.

Он поднимает меня выше, и я откидываю вес назад, так что мы оба падаем навзничь. Он тяжело бьётся о пол, а я по пути вниз обязательно заезжаю локтем ему по яйцам, чтобы хватка ослабла. Перекатившись, я хватаю его за голову и сворачиваю ему шею. Смерть быстрее, чем мне бы хотелось, но тут становится жарко, а я не хочу быть шашлыком из Бэксли. Проскользив по полу, я хватаю полотенце и обматываю его вокруг шеи второго, пока он с трудом поднимается на ноги. Подпрыгнув, я упираю одну ногу ему в плечо, другую в пол, и тяну изо всех сил. Он шлёпает по мне, лицо у него становится фиолетовым, и когда он затихает, я отпускаю.

Его безжизненное тело падает на пол.

— Надо было соглашаться на моё предложение дружить, — вздыхаю я, бросаю полотенце и тороплюсь к Тейлор, дёргая кляп вниз. — Скучала?

— Дура, освободи меня сейчас же! — кричит она, глаза красные от слёз.

— Такая злая со мной, даже после того, как я тебя спасла, — бормочу я, развязывая её. — Ты видела меня? Я была крутая? Как женский Джон Уик? Ты могла бы быть моей собакой.

Я откидываюсь назад, и она обнимает меня обеими руками. Кряхтя под её весом, я неловко похлопываю её по спине.

— Ты в порядке. Ты же знала, что я приду.

— Знала, — шепчет она, шмыгая носом. — Просто мне не нравится интерьерный дизайн этого дома. Поэтому я плачу.

— Не переживай, скоро он сгорит дотла, что, кстати, напоминает, что нам точно пора валить.

Когда я помогаю ей подняться на ноги, мы идём к двери, но я останавливаюсь и торопливо возвращаюсь на кухню.

— Бэк! — шипит Тейлор, но я хватаю полотенце и закидываю его на плечо, а она смотрит на меня во все глаза.

— Что? Оно пригодилось. Может, начну новую линейку оружия и назову её «Готовим с убийством».

Я слышу её вздох даже сквозь пламя.

Я помогаю Тейлор зайти в наш дом, но она замирает на пороге.

— Не обращай внимания на бардак и трупы, — бормочу я, усаживаю её на диван и спешу в ванную.

Я достаю одну из множества аптечек, которые у нас распиханы по всему дому. Опустившись перед ней на колени, я поднимаю её руки. Запястья в синяках, но не сильно, слава богам. Я аккуратно наношу гель от синяков, а она оглядывается, прищурившись.

Она злится. На меня точно сейчас будут орать, так что я молчу, пока обрабатываю порез на её голове там, где её вырубили, и закрываю его. Закончив, я откидываюсь назад, ожидая выволочки, но она удивляет меня, накрывая мою руку ладонью.

— Спасибо, Бэкс, что пришла за мной, — тихо говорит она, глядя мне в глаза.

— Всегда. Мы семья, — отвечаю я так, будто это очевидно, потому что для меня так и есть.

Я всегда буду её защищать. Мы сёстры. Я не могу не улыбнуться, но, оглядевшись, добавляю:

— Я тебя люблю, но это я убирать не буду.

Она смеётся, и это, в свою очередь, заводит меня, пока мы не распластываемся на грязном диване.

— Так кто они были? — спрашивает она, когда мы затихаем. — Они почти ничего не говорили. Было очевидно, что я просто наживка.

— Никто важный.

Я не хочу её тревожить, да и с этим уже разобрались. Я стараюсь держать её подальше от этой жизни, насколько могу. Получается плохо, но я правда стараюсь изо всех сил.

— Лорен, кстати, в порядке. Я проверила. Завтра она вернётся, так что, думаю, нам стоит убрать трупы.

— Я устала, — ноет Тейлор, — и это твоя очередь закапывать.

— Ага, щас, я в прошлый раз делала это из-за того идиота, который тебя до дома преследовал, помнишь? — ворчу я, сверля её взглядом, и она садится ровнее.