— Я смотрел на обе.

— Одновременно⁈

Октавия, наблюдавшая за ними рядом со мной, тихо вздохнула.

— Знаешь, — сказала она, — я думаю, что для них это просто привычка. Пока они жили в очаге, у них не было никаких удовольствий. Годами. Скука пожирала их жизнь. А ссоры помогали добавить огонька.

— Ты думаешь, они ссорятся нарочно? — спросил я.

— Я думаю, что они просто не умеют развлекаться по-другому. Может быть, стоит отправить их к психологу. Пусть научатся более здоровым способам поддерживать интерес друг к другу.

Я посмотрел на Киру и Льва. Они уже помирились. Кира положила голову ему на плечо, Лев обнял её за талию, и они молча смотрели в окно. Через минуту Кира снова что-то ему скажет, и они снова начнут спорить. И снова помирятся.

Может быть, Октавия права. А может быть, некоторым людям просто нужна буря, чтобы затем насладиться штилем.

Елена пришла на свадьбу с маленьким Артёмом.

Мальчику было пять лет, и он совершенно не понимал, зачем все эти взрослые собрались в одном месте и почему нельзя бегать по залу. Впрочем, запрет его не остановил. Артём носился между гостями, как маленький ураган, уворачиваясь от рук Елены с ловкостью бывалого бойца.

— Артём! — Елена пыталась его поймать и одновременно не налететь на кого-нибудь из высокопоставленных гостей. — Артём, стой! Сюда нельзя!

Мальчик проскочил между ног командора Хейса, который даже не шелохнулся, обогнул Регину, которая проводила его взглядом, способным заморозить кипяток, и понёсся к десертному столу.

Ольга перехватила его у самого торта. Подхватила на руки, и Артём, вместо того чтобы вырваться, вдруг затих и уставился на неё большими серьёзными глазами.

— Привет, — сказала Ольга.

— Привет, — ответил мальчик. — Ты тоже Рихтер?

— Тоже.

— А ты умеешь делать скелетов?

— Умею.

— Покажешь?

Ольга рассмеялась и посмотрела на запыхавшуюся Елену, которая наконец их догнала.

— Потом, — пообещала она Артёму. — Сейчас давай вернём тебя тёте Елене.

Елена забрала мальчика и прижала к себе. Она тяжело дышала, волосы растрепались, но она улыбалась. Той самой улыбкой, которую я видел у неё в клинике, когда она впервые нашла своего младшего брата среди детей из склепов.

— Спасибо, Ольга, — сказала она. — Он совершенно неуправляемый. Но я так счастлива, что он есть.

Каролину и Виктора я нашёл возле одной из колонн. Они о чём-то спорили, как обычно, и вокруг них собралась небольшая группа бывших однокурсников. Лиза, Роман, Марк и ещё несколько выпускников.

Они уже давно не были студентами. Каждый из них прошёл через зачистку очагов, через бои с мутантами и Тенями. Каролина стала архимагом. Виктор тоже.

Даже юный Роман, которого когда-то пришлось спасать из очага, вырос в сильного боевого мага.

Я остановился рядом и послушал. Виктор рассказывал, как во время зачистки одного из очагов его кавалерия наткнулась на мутанта размером с дом, и как они его завалили за двадцать секунд.

— Двадцать две, — поправила Каролина.

— Двадцать, — настаивал Виктор.

— Я засекала.

— Ты была на другом фланге и не видела начало боя.

— Я всегда всё вижу.

Некоторые вещи не меняются.

Я посмотрел на них и подумал о том, что клан растёт. За время зачисток многие из наших магов достигли новых рангов. Прохор уже вплотную подобрался к уровню вне категорий. Ещё пара лет, и он точно преодолеет эту грань.

Десятки студентов получили ранг архимага. Фантомы тоже выросли.

Клан Рихтер больше не состоял из одного древнего некроманта и горстки учеников. Он стал настоящей силой.

А праздник всё продолжался. И вот Бланш уже бросила букет.

Белые розы взлетели в воздух, кувыркаясь в свете гелиовитрумов. И каждая незамужняя женщина в зале бросилась к ним, словно от этого зависела судьба мира.

Ольга, Алина, Октавия, Нэрис, Лифэнь, Минжу и ещё добрый десяток дам разного возраста и положения столкнулись в весёлой куче-мале.

А поймала букет Шарлотта, хотя скорее он сам прилетел к ней в руки, пока она скромно стояла в стороне, а другие девушки мешали друг другу его заполучить.

Шарлотта посмотрела на цветы с таким удивлением, словно они материализовались из воздуха.

Потом покраснела.

Фил, стоявший рядом с Гансом у стены, схватил друга за рукав.

— Братюнь! — прошипел он. — Ты видел⁈ Это знак! Я точно сделаю ей предложение!

— Конечно сделаешь, бро! — поддержал Ганс, хлопая его по спине. — Давно пора! Только не забудь встать на колено. И говори от сердца. И не ляпни что-нибудь, как обычно.

— Я? Ляпну? Когда я что-нибудь лишнее говорил?

Ганс посмотрел на него.

— Ладно, — признал Фил. — Но сегодня я буду аккуратен!

Мы с Прохором, Аланом и дедом как раз встретились у дальней стены и наблюдали за происходящим.

— Ну всё, — сказал Алан. — Теперь начнётся.

— Что именно? — спросил Прохор.

— Цепная реакция свадеб, — объяснил Алан. — Одна свадьба порождает следующую. Это как очаг скверны, только с цветами и тортами.

В этот момент в углу зала раздался подозрительный лязг.

Шпиль-Ка стояла в стороне и смотрела на Шарлотту с букетом. Потом перевела крайне разочарованный взгляд на свои пустые лапки. Её мохнатая мордочка отражала собой всю вселенскую несправедливость.

Вин-Тик посмотрел на неё. Потом молча исчез.

Через три минуты он вернулся с агрегатом. Устройство было собрано из деталей музыкальной аппаратуры, фонтанной трубы и чего-то, подозрительно похожего на ножку от стула. На боку красовалась кривая надпись: «АФК-1. Автоматический Флористический Компенсатор».

Вин-Тик нажал кнопку.

Агрегат загудел, задрожал и выстрелил букетом в потолок. Потом вторым. Третьим. Букеты летели во все стороны, как фейерверк из роз.

Один попал в Ольгу. Другой в Октавию. Третий поймала Нэрис. Четвёртый приземлился на голову Регины, которая сняла его с таким выражением, словно ей на голову села лягушка. Лифэнь перехватила свой на лету. Минжу просто протянула руку, и букет сам лёг ей в ладонь.

Шпиль-Ка получила самый большой букет. Огромный, в половину её роста, перевязанный блестящей лентой. Она прижала его к груди и посмотрела на Вин-Тика.

Вин-Тик стоял рядом и неловко чесал затылок.

— Ох, — тихо сказала Октавия, глядя на гремлинов. — Кажется, у нас ещё одна пара.

Агрегат всё ещё стрелял букетами. Один попал в Фридриха Штайгера. Второй в командора Хейса. Третий прилетел деду в лицо.

— Кто-нибудь, — спокойно произнёс дед, снимая розы с головы, — выключите эту адскую машину.

Прохор подошёл к АФК-1 и просто наступил на него ногой. Агрегат хрюкнул и замер.

Гремлины обиженно запищали. Но я заметил, что Шпиль-Ка по-прежнему прижимала свой букет и не собиралась его отдавать.

Я оглядел зал. Все девушки стояли с цветами. Все улыбались. Даже Регина, хотя она бы в этом никогда не призналась.

— У нас новая проблема, — пошутил я. — Как распланировать все новые свадьбы.

— Можно сыграть их в один день, — хмыкнул дед. — Экономнее.

— Дедуля! — откуда-то со стороны возмутилась Ольга, — каким-то образом услышав его слова.

Где-то за моей спиной раздался подозрительный скрежет. Я обернулся и увидел Зуб-Чика и Ис-Кру возле свадебного торта, который медленно вращался на специальной подставке. В лапах у Зуб-Чика была отвёртка.

— Нет, — сказал я.

Гремлины замерли.

— Нет, — повторил я.

Они обиженно переглянулись и убрали отвёртку. Но я заметил, что Иск-Ра уже смотрела на торт, а главное на подставку с профессиональным интересом. Вопрос был не в том, попытаются ли они это «улучшить». Вопрос был в том, когда.

А пока музыка играла, гости танцевали, и мир за окнами дворца медленно выздоравливал. Первая свадьба в новом мире. Первый праздник после войны.

Я стоял рядом с Октавией, держал её за руку и смотрел на людей, которые стали моей семьёй.

Всё будет хорошо, подумал я. Может быть, не сразу. Может быть, не без трудностей. Но будет.