Мальдира упёрла руки в бока и посмотрела на спутника с таким видом, что клирику тут же стало стыдно.

— Я просто устал от этого забега. Знаешь ли, надо было предупреждать, что мы пойдём по бездорожью. Я бы коня забрал. А то это ты у нас… привычная к подобным переходам.

— Я предлагала тебя понести? — строго спросила Мальдира.

Федель неуверенно кивнул.

— Ты отказался. Всё, отставить нытьё. Если очень хочется, можешь тут полежать, а я пока в еловую рощу за лапником. Ты, главное, внимательно следи за башней. А то мало ли.

Первым желанием Феделя было собрать себя в кучку, отбросить усталость и пойти за Мальдирой, но сил хватило лишь на то, чтобы встать на одно колено. Мышцы тут же налились свинцом, и Федель понял, что никуда он не пойдёт. Если он хочет быть полезен Мальдире, ему стоит отдохнуть.

— Хорошо, я понял, — нехотя согласился клирик, пытаясь устроиться поудобнее у большого шершавого камня.

Он подпихивал плащ и так и эдак, стараясь скрыть острые неровности. И наконец-то ему удалось. Правда, Мальдиры уже не было, и уточнить, что именно нужно отслеживать, Федель не смог.

Он сидел и всматривался в руины, отмечая про себя, что первое впечатление о башне было в корне неверным. Если опираться на его скудные, но всё-таки знания об архитектуре. Характерная кладка бойниц, похожая издалека на пальцы, разрывающие тело башни изнутри, говорила о том, что башне от шестисот пятидесяти до семисот лет. Подобные строения возводил мятежный Фурьос Хладнокровный для устрашения. Ходили легенды, что его маги могли ненадолго оживлять эти самые “пальцы”, которые хватали нападавших и, ломая кости, затягивали внутрь башни.

“Зачем мы здесь? Чтобы упокоить призрака или?.. В Бенифтерре подобные башни сравняли с землёй как минимум две сотни лет назад, а вот в Мортерре нашёлся призрак прошлого”, — задумался Федель, ненадолго отрывая взгляд от башни.

С севера дул холодный ветер, ловко забирающийся под рясу. В воздухе запахло сыростью. Приближалась туча, которую Мальдира почуяла ещё несколько часов назад. Федель поёжился и снова посмотрел на башню. Положа руку на сердце, он бы предпочёл туда не ходить. Она и так выглядела зловещей, а скоро начнётся обещанный Мальдирой дождь, и мало ли что… конечно, это всего лишь россказни дураков, но многие верят, что в дождь нежить становится сильнее.

Пока Федель следил за башней, некромантка развила бурную деятельность. Пусть она и не могла заболеть, мокнуть ей совершенно не хотелось, поэтому ближайшие ели довольно быстро лишились своих нижних лапок. На радость Мальдире, нашлось даже несколько хорошо просохших поленьев. Закинув “добычу” на спину, некромантка потащила её на холм, где нашла порядком продрогшего жреца.

— И что ты дрожишь как осиновый лист? — со вздохом спросила Мальдира, глядя на это совершенно не приспособленное к жизни создание.

Федель поднял на неё усталый взгляд.

— Так ветер… аж до костей пробирает. Да и… башня эта. Не нравится она мне. — Он невольно поджал губы и скривился.

— А что с ней не так, с башней? Кусок камня как кусок камня. Ладно, не кусок, но камнем она от этого быть не перестаёт.

— Знаешь… мне кажется, что это не просто башня. Помнишь, не так давно мы поминали мятежного короля? — зашёл издалека Федель.

— Фурьоса-то? Да его каждый поминает. Мы ж вроде бы пришли к выводу, что одни будут его любить, другие будут ненавидеть, а правду мы никогда не узнаем, — пожав плечами, ответила Мальдира и принялась сооружать некое подобие шалаша.

Нужно было наметить основу, чтобы точно знать, сколько ещё материала нужно принести. Да и закрепить лапник на каркасе Федель сможет самостоятельно. Сможет же, да? Некромантка окинула клирика внимательным взглядом и решила не давать поспешных прогнозов. С неженки-жреца может статься не справиться и с такой мелочью.

— Эта башня из его времени, — зябко поёжившись, пояснил Федель и поднялся, чтобы помочь Мальдире.

Некромантка передала ему две скрещенных сухих ветки и начала их связывать.

— Мне кажется, это может быть интересно. Не думала, что такая древность сохранилась. Наши земли часто любят поглощать всё, что плохо лежит, — прокомментировала Маль, привязывая к получившейся конструкции третью палку.

— Это опасно! Ты что, не слышала про пограничные башни Фурьоса?! — зашипел Федель, замечая, что от волнения он успел порядком сжевать губы.

— Не слышала. Знаешь ли, история — безусловно, очень ценная наука, но когда ты пытаешься выжить, на такие вещи часто не хватает ни сил, ни времени, — со вздохом ответила Мальдира. — Так что с этой башней?

— О-о-о! — Федель расправил плечи, почувствовав себя в своей стихии. — Когда мятежного короля изгнали в Мортерру, он затаил обиду и начал готовиться ко второму восстанию. Воровал женщин и мужчин в приграничных селениях, готовил их, подавив волю. И были у него в войске маги-отступники, которые отринули учение Всеблагой и остались с предателем.

— Давай меньше вот этой вот всей пропагандистской мути. Меня интересуют только факты, — оборвала его Мальдира. — У нас осталось не очень много верёвки, поэтому лапник будем крепить с двух сторон только, на третью не хватит. Смотри внимательно, как я вяжу. Не хочу потом мокнуть под дождём.

Федель кивнул ей, сам не особенно-то желая мокнуть и мёрзнуть.

— В общем, башни эти обычно имели от трёх ярусов. Вход… а демоны его знает, где в них вход был. Говорят, камень сам расступался в стороны и пропускал своих. А вот с чужими башни были не так ласковы…

— М-м-м? — нетерпеливо спросила Мальдира, заканчивая крепить последнюю ветку лапника.

Нужно было выдвигаться за новой порцией строительных материалов, а Федель как назло остановился на самом интересном месте.

— Башня защищала не хуже людей. Она была не просто оборонительным сооружением. Она была… живой. Сложно поверить в живые здания, да? В живых мертвецов и то проще, — со вздохом сказал Федель, бросая обеспокоенный взгляд на горизонт, где уже время от времени мелькали яркие всполохи молний.

— Ну… мало ли. И что же эта живая башня делала? Выкапывалась из земли и уходила в далёкие дали?

— Мне кажется, на такое они тоже были способны, но… Тут важно другое. Если к башне подходил неприятель, вот эти вот странные рисунки у бойниц, похожие на пальцы, хватали людей и утаскивали внутрь. Как ты понимаешь, мало кто выживет после такого…

— Да и мало кто сунется, если ему жизнь дорога, — резонно заметила Мальдира. — А теперь я пошла. Почешем языком позже.

— Я с тобой. Нам нужно нормальное укрытие, — заметил Федель, с трудом поднимаясь.

— Ты? Со мной? Не дури голову. Сиди и наблюдай за башней, от этого будет больше пользы, — тоном, не терпящим возражений, потребовала Мальдира и уверенно зашагала в сторону рощи.

Они едва успели к началу грозы. Небо грохотало, словно Всеблагая разгневалась и решила доложить об этом своим нерадивым детям. Федель шептал под нос молитвы, а Мальдира, забившись в угол шалаша, наблюдала за башней.

Рассказ клирика её нисколько не впечатлил. В Мортерре есть монстры похуже ожившей каменной башни. Тот же лич… Хотя Кайлинния выглядела вроде бы адекватной. Мальдира не знала, как ей поступать. Она запуталась во всём, что происходит.

Отправляясь “спасать” из лап лича того, кто был мёртв, она просто хотела дать людям надежду, увидеть этот странный огонёк в глазах, из которого в мгновение ока рождается пламя. Но вместо надежды для других она принесла непонимание для себя.

Теперь вот за левым плечом призраком стоит какой-то король из прошлого, про которого рассказывают очень уж разные вещи. Если верить хроникам Мортерры, Фурьос был тем, кто создал Сассочитту, Город-из-Камня, в котором люди могли укрыться от полчищ неконтролируемой нежити… Но, по словам Феделя, Фурьос был не так уж и благороден. Где правда? Наверняка где-то посередине.

Сосредоточиться и хорошенько обдумать то, что беспокоило, Мальдира не могла. Громыхало знатно. Некромантка даже порой думала, что для Феделя могло быть безопаснее внутри башни, даже если живущее в ней привидение решит наброситься на незваных гостей.