Щёлкнув пальцами, царь загробного мира растворился в воздухе. Амир тут же ощутил странную боль в груди, будто кто-то сжал его сердце. На краткий миг все вокруг потемнело, а затем пред глазами Амира возник оазис. Солнце уже стояло в зените, от его зноя тело жреца спасали лишь пальмы, которые росли вокруг озера.

Вскочив на ноги, Амир кинулся в гробницу. Сердце в груди болезненно ныло. Жрец до ужаса боялся увидеть бесчувственно лежащую на постели Алёну.

Однако гробница была пуста. Ни Алёны, ни какого-либо напоминания о том, что она была в гробнице в гробнице. Лишь постель была мятой и покрывало сиротливо свисало на пол.

Амир растерянно осмотрелся и вздохнул, осев на пол. Потянулся к покрывалу, намотал его на кулак и прижал к лицу. Запах Алены окутал жреца с головой — свидетельство того, что она действительно была. Лежала здесь, весело рассказывала о своем мире, нежно смотрела на Амира и даже касалась его лица.

Послышался стук копыт. К жрецу подбежал Хрюша. Ткнулся влажным носом ему в бок и грустно хрюкнул.

— Мне тоже без неё плохо, — сказал Амир, глядя на это недоразумение природы. — Но только так можно было сохранить ей жизнь.

Жрец еще очень долго сидел на полу, прижимая к себе покрывало, хранившее запах Алёны. Затем, сверкнув глазами, он решительно встал и сжал кулаки. Пора было искать новую жертву, чтобы окончательно оживить тело и осуществить свою месть.

— Ваш кофе и басбуса.

Официант поставил передо мной чашку капучино и оранжевый кусочек пирога, от которого вкусно пахло апельсином. Басбусу почти каждый день подавали на завтраки в отеле, но руководитель раскопок Захра сказала, что я обязательно должна попробовать этот традиционный арабский десерт родом из Египта именно в этом четырехзвездочном ресторане.

— Ммм, — не удержалась я от восторженного мычания, проглотив первый кусочек.

Такую нежную вкуснотищу не хотелось даже запивать кофе.

Десерт исчез с моей тарелки за считанные минуты. Подмывало еще и облизать блюдце, покрытое апельсиновым сиропом, но я сдержалась.

— Вам все понравилось? — спросил официант, предоставив мне счет.

— О, да. Можно еще стакан воды? — После сладкого десерта и кофе пить хотелось со страшной силой.

— Разумеется.

Официант ушел за водой, а я откинулась на спинку невероятно удобного стула и с тоской посмотрела в окно, на залитую солнцем улицу и пальмы, чьи листья качались на ветру.

Не проходило и дня, чтобы я не вспоминала свое чудесное путешествие в другой мир, который был похож на наш Древний Египет.

Придя в себя за рабочим столом, я долго не могла осознать реальность. Позже я решила, что мое путешествие и знакомство с Амиром было лишь сном. Однако золотой браслет, который красовался на моем запястье, и сделанная из куска ткани юбка говорили об обратном.

После пробуждения я каждый день ждала какого-то чуда, но ничего чудесного не происходило. Разве что я все же набралась смелости уйти из музея и стать полноценным археологом.

Прошло чуть больше года, и вот я уже во второй по счету археологической экспедиции. Недалеко от города Эль-Бадрашейн в Египте нашли торчащую из песков верхнюю часть колонны, которая по прогнозам могла оказаться одним из храмов располагавшегося в этом месте Мемфиса.

Когда я с группой археологов из разных стран приехала на место, и мы начали раскопки, выяснилось, что это вовсе не храм, а дом одного из жрецов фараона — об этом говорили настенные фрески.

Сердце мое сжалось при воспоминании об Амире. Интересно, жил ли его двойник в нашем Древнем Египте? И, если да, то каким он был?

— Ваша вода, — вырвал меня из воспоминаний официант.

— Благодарю, — улыбнулась я.

Осушив стакан с водой, я поправила красовавшийся на руке браслет, что подарил мне Амир, и направилась к выходу из ресторана. Тяжелая дверь из затемненного стекла не сразу поддалась мне. Пришлось навалиться на нее со всей силой.

— Ооой! — воскликнула я, налетев на кого-то со стороны улицы.

Мои ладони коснулись мягкой белой ткани, под которой ощущались твердые грудные мышцы.

— Простите, — смущенно пробормотала я, опустив взгляд на голубые джинсы и белые кеды мужчины, на которого я налетела.

— Ничего страшного, — раздался приятнейший баритон, показавшийся мне смутно знакомым.

Отступив на шаг, я подняла голову. Передо мной стоял Амир. Красивый, статный и живой. Вместо длинных волос — короткая стрижка с челкой, которая делала Амира значительно моложе. Бинты и набедренная повязка сменились современной одеждой, которая очень ему шла, подчеркивая красивую и мужественную фигуру. На губах играла все та же очаровательно-дерзкая улыбка.

Я долго смотрела на Амира с открытым ртом, не решаясь заговорить. Вдруг это не он, а его двойник, который знать меня не знает. Будет глупо, если я кинусь в его объятия, а он с брезгливым видом меня оттолкнёт.

— Ротик прикрой, а то муха залетит, — весело сказал двойник Амира. Усмехнувшись своей шутке, он шагнул ко мне и порывисто обнял. — Как же я скучал по тебе, моя Аленка. Моя сладкая шоколадка.

Поддавшись порыву, я обняла его в ответ. Глаза защипало от слез.

— Это ты, Амир? Настоящий? — прошептала я, прижимаясь к нему всем телом и вдыхая знакомый запах мускуса и кофе.

— Настоящий. И живой, — ответил он.

Я отстранилась от Амира, заглянула в его темно-карие глаза, в которых плясали задорные огоньки, и спросила:

— Но как?

Амир переплел мои пальцы со своими и потянул меня к лавочке в тени.

— Давай присядем. Это долгая история.

Мы удобно расположились в тени молодых пальм, продолжая держать друг друга за руки. Я боялась снова потерять Амира, как в прошлый раз, когда уснула в его гробнице, а проснулась уже в своем мире. И, судя по выражению лица Амира, он боялся того же, что и я.

Его взгляд зацепился за браслет. Губы тронула довольная улыбка.

— Ты носишь его.

— Не снимая, — ответила я, все еще не веря, что Амир передо мной, такой живой, такой реальный.

— Ждала меня? — Он склонил голову на бок, глядя мне в глаза.

— Я очень надеялась, что мы еще встретимся.

Кивнув, Амир отвел взгляд в сторону и начал рассказывать, как он понял, что я должна была отдать свою жизнь для того, чтобы его тело ожило. Разозлившись, он отправился в Загробный мир, чтобы требовать ответы у богов. С Осирисом — с ума сойти, как просто он обо всем этом рассказывал, — ему удалось договориться о том, чтобы я перестала быть жертвой и вернулась в свой мир.

— Но как тогда ты стал живым? — спросила я, дослушав его до конца.

— Ну, — протянул Амир, почесав затылок, — это заняло много сил и времени. Благодаря жизненной энергии, которую я успел от тебя получить, я мог творить серьезные заклятия. В общем, собрав разбойников во главе с Фарухом, я проник ночью во дворец фараона и, после кровопролитного сражения, выкрал царицу с несколькими ее прихвостнями. Оставшиеся магические силы я использовал для создания заклятия, которое постепенно перекачало жизнь из царицы и остальных в меня. Как-то так.

— То есть боги послали тебе меня, чтобы обойтись минимальной жертвой, но ты их милость отклонил и пошел долгим и кровавым путем, — резюмировала я.

— Ну я же не виноват, что без памяти влюбился в тебя, — произнес Амир с обезоруживающей улыбкой. — К тому же я так и так планировал отомстить царице. Вот, совместил приятное с полезным. Правда, после этого я навлек на себя гнев фараона, но да ладно. Оно того стоило.

— Понятно, — кивнула я, бездумно поглаживая его длинные пальцы. — А как ты оказался в моем мире?

Амир поднес к губам мою ладонь и поцеловал ее тыльную сторону.

— Потому что мое сердце там, где моя госпожа. Как я мог оставаться в своем мире, если моя любовь находится в другом?

Я ощутила, как мои щеки зарделись. И вовсе не из-за жары.

— Негодник, — с улыбкой произнесла я, глядя в веселые глаза Амира.

— Точно так меня назвал Осирис, когда я снова явился тревожить Поля Иалу просьбой отправить меня к тебе.