струится на белом склоне
словно все мертвецы наблюдают
за этим забытым городом
если границы и впрямь существуют
то как же выходит, что опять умираю
на этой пустой стоянке
в ничего не значащей поездке
ведь, знаешь
никакая смерть не кончит этот свет
только далекие-далекие пространства
проглотят нас как сказку
перед сном
Теория малого взрыва
мы сидим за столом
вдруг собака чувствует приближение канонады
воя от страха, пытается спрятаться в ванную
под лестницу, втиснуться
между стеной и калорифером
сейчас начнется
через мгновение действительно
сухие стоны взрывают темноту
это первые залпы в честь праздника
потом сильнее, для подтверждения
мужественности, авторитета, свободы или чего-то
спрятанного глубже
потом и впрямь начинают
разносят городскую панораму, пускают
тысячи ракет и ракеток
в честь божка свободного рынка и стадного чувства
произносят какой-то тост, а потом попадают в глаз
произвол судьбы над облаками
малый взрыв – это, может
начало чего-то, что, собственно, начинается
нет чтобы бояться бога – люди
мечут в небо гром и молнии
время кружит на месте и не устает, словно
обезумевший от страха зверь
Сон в летнюю ночь
ты с таким задором молчишь, что не знаю ответа
ни на один из моих вопросов, не знаю времени, места
не знаю даже себя и своих желаний
а ты молчишь и улыбаешься
может, это лучший способ ответа
на все, что так или иначе касается нас
сад превращается в пустыню
полную диковинных зверей
прямо сейчас, когда без предупреждения
ты отворяешь дверь в такую ясную ночь
когда с ироничной улыбкой
пытаешься запомнить имена, лица и запахи
мы не знаем, какими путями приходит судьба
но она всегда вовремя, и каждое место
знает свой час
в худшем случае ничего не случится
и ни одна птица не покинет с криком небес
ни одна любовь не минует божьего промысла
какая путаница и неразбериха, а ведь
я мог бы найти место получше
на стоянке у торгового центра, я мог бы
стать служителем экзотического культа и петь
на восходе возлюбите ближнего своего
ибо ничто не изменит того, что вам суждено
любите врагов ваших
ибо только страх отвергает от вас счастье
отриньте зло
ибо лишь оно позволяет отринуть себя
вот что я говорил из глубины своих страданий
вот что я говорил из сердца надежды
расставляя правильные акценты
когда мне было тридцать девять весен
а моя жена не помнила о них
и ни один, ни один из миров
не казался более бренным
чем глаза, просящие о знании
о подтверждении
своей наивной веры
каждый мир – не больше, чем сбывшийся сон
наступающий из раскаленной тьмы
чем крик любимой женщины
еще одна бутылка виски
и костюмы с белым воротничком
в которых мы бегали в школу
наши первые слова
наши прощальные жесты
наша молодость, молчащая в тишине
и уверенность в том, что ничто не может нам угрожать
что ничто не может с нами сравниться
вера, которая двигает горы
но потом технологии чернокнижников
превращают нас в цветы и слова
В дороге
в пути без цели и без причины
мы проносимся мимо мира
за стеклом, а мир мимо нас
но остается время, бегут цветущие поля
программа не кончается, вечное повторение
и каждый полевой цветок оборачивается вослед
и вот уже серые леса погружаются в зимнюю ночь
белый снег, сизые пихты, бумага желтеет
сталактиты можжевельника всматриваются в следы на пнях
ты помнишь, все можно разбить и рассыпать
словно зерно, которое воруют птицы
как огни городов вдалеке
тысяча яблок катится сквозь ночь
и всегда кто-то плачет и кто-то смеется
и везде есть что-то небольшое
