А тут мы честно проверили:

наружный выход закрыт, юридический — отложен, станция врет… не врет, но не договаривает. И остаётся банальная истина:

жить и работать в тех координатах, которые есть.

— «Пока» — напомнил он.

— Да, — согласилась. —

Ключевое слово.

В этот момент воздух возле дальней стены чуть дрогнул.

— Кажется, — заметил Дан, —

у нас гости.

__________________________________________

Сначала проявился Локи — как обычно, с лёгкой ухмылкой, словно появлялся не в высокотехнологичной капсуле времени,

а выходил из соседней комнаты.

За ним — Ани и Эйза, слегка синхронные, как люди, которые давно привыкли ходить тройкой.

— Доброе… ваше станционное утро, — сказал Локи, оглядываясь. — Каждый раз, когда прихожу сюда, меня не покидает ощущение, что я попал в чью‑то очень дорогую и очень пустую гостиницу.

— Мы и есть её единственные постояльцы, — ответил Дан. — По крайней мере на этом уровне сервиса.

Ани улыбнулась Ане — чуть теплее, чем обычно:

— Вы выглядите… живыми. Это приятно.

— Стараемся, — кивнула Аня. — А вы что, с инспекцией?

— Скорее с консилиумом, — вмешалась Эйза. - Тут кое- кто решил, что нам полезно было бы пообщаться.

— Типа решил кто- то и Вы прям так разогнались — скептически повторил Дан.

Локи пожал плечами:

— Ну это кто- то попросил, сам он не может вмешиваться, базовый запрет. А отказать внучку трудно, а уж внучки - и он оглянулся на рыжую пару, - и вовсе не могут...-

Он улыбнулся и уселся прямо на край стола, проигнорировав станционные условности.

— Вы тут пытались…прощупать стены клетки.- Произнес он.

— Это как‑то осуждающе прозвучало, — заметила Аня.

— Наоборот, — вмешалась Аня. — Симптом здоровой психики. Только психически мёртвый агент, а Вы почти агенты, принимает свою рамку как естественную навсегда и больше никогда не трогает границы.

Эйза чуть подалась вперёд:

—Но есть нюанс. Когда понимаешь, что границ сейчас не пройти, надо не уходить в истерику и не впадать в апатию, а… научиться с ними жить.

И использовать их, а не просто упираться.

— К «основному смыслу визита» подходим? — уточнил Дан.

—Да, — кивнул Локи, на этот раз без улыбки. — Придётся — пока— здесь и так. На станции, в задачах, в узлах. У Вас есть выбор, Вы всегда можете уйти и остаться в одном из открытых миров, но...только в этой ветке миров, открытых порталами станции и в диапазоне шестнадцатый- двадцать первый век.

Он поднял взгляд на обоих:

— Я не говорю «никогда». Но пока так, условие местных богов, мы не можем начинать войну сейчас, нет причины нарушать договоры, а они ...они с интересом смотрят и даже делают ставки на то, в каком веке и какой реальности Вы в итоге останетесь....-

Он неожиданно снова рассмеялся и добавил:

- Мы тоже приняли участие, сделали ставку, о чем не скажем. Но, если мы угадали ..вы получите в выбранной точке " зелёную улицу"...посмотрим. так что Дерзайте

— Ради справедливости, — добавила старшая Аня, — никто из нас тоже не сидит в предвкушении прекрасной пенсии.

Мы давно живём с пониманием, что «нормальной жизни» в классическом смысле

для нас нет. Зато есть… своя.

— И она может быть не хуже, — сказала Эйза. — Если наконец понять, что Вы творцы и можете прогнуть мир под себя.

Аня скрестила руки.

— То есть ваша мысль:

«перестаньте дёргать дверь наружу, сосредоточьтесь на том, что можете стать творцами внутри»?

— Нет, — спокойно ответил Локи. — Наша мысль:

«перестаньте считать это тюрьмой», это ступенька ....и мы тоже во многом так начинали.

Аня перевела взгляд на старшую:

— И вы не жалеете?

Та чуть приподняла уголок губ:

— О чём именно?

-О том, что когда‑то могла бы стать обычным врачом, лечить людей в одном городе, и тихо состариться с внуками?- Пояснила Аня.

- Нет, я не дура. Внуки есть и я по-прежнему молода, моя любовь тоже. Мы не старимся вместе, мы просто вместе, мы любим и нам интересно, хорошо друг с другом до сих пор...о чем жалеть? Это сказки рефлексующей классики, безнадежно оторванной от жизни.- ответила старшая Аня, а Эйза кивнула, соглашаясь...

— Да и вообще, жалеем мы или нет, — вмешался Локи, — это, по большому счёту, наш частный выбор, наше решение и наша ответственность...помните, мы сами творцы своей жизни?

А вот вам сейчас нужно главное:

понять, что планы «вырваться в большой мир» сейчас не актуальны, вам скорее надо наработать некий уровень, чтобы потом стартовать в новой реальности.

Он сделал паузу и неожиданно громко рассмеялся, добавив саркастично:

- Готовьтесь короче, когда пройдете текущие уровни, появится выбор и там будет очень вкусно...уровень Бога или Легенды. И Вам никто не сможет помешать, даже местные боги, потому как иначе придут - Он, со своей девяткой, кланы Асгарда, Посредники, Высшие Демоны...Они не станут рисковать, местные. А он и правда загорелся этой темой, это уже второй опыт, первый был в лоб, на Голубой планете, третий сейчас готовится....а у Вас пока просто отложено.

И он замолчал и девчонки улыбнулись, да так, что Дан сразу вспомнил:

- А они ведь из той самой девятки молодого демиурга, девятки его богинь, его спутниц, которых боятся даже боги...

Повисла тишина. Не давящая — скорее плотная.

Дан медленно кивнул.

—Понял, — сказал. — Сбросить фантазии о двери «наружу», вложиться в то, что есть

и постепенно наращивать уровень...и свободу.

— В том числе — свободу личного времени, — подмигнул Локи. — Вы, кстати, с этим уже начали неплохо справляться.

Аня чуть покраснела, но промолчала.

Эйза поднялась.

— Нам пора, — сказала. — Мы ещё вернемся, когда придёт время. А пока — вдохните, выдохните и перестаньте мысленно жить в точке, которой пока нет.

— И да, — добавила Ани, уже почти исчезая, — живите, просто живите.

Локи задержался на секунду дольше.

—И ещё, — сказал он уже совсем тихо, —

умейте радоваться тому, что вы есть друг у друга. Не всем так повезло.

И растворился, как и пришёл — без вспышек, без звука.

Остались — они, станция и длинное эхо фразы «придётся пока тут и так».

_________________________________________

Они сидели в аналитическом модуле,

на столе — две кружки, над столом — мягкая проекция интерфейса.

— Итак, — сказала Аня, — по заявлению старших товарищей, мы застряли здесь надолго.

Значит, пора перестать относиться к станции как к «неприятному начальнику»,и начать — как к… расширению нас самих.

— То есть к кибернетической печени,

фильтрующей последствия наших решений? — усмехнулся Дан.

—Куда‑нибудь ближе к мозгу, — поправила она. — Нейро, расскажи нам, пожалуйста, не только о том, что мы не можем, но и о том,

что мы ещё можем, но пока не используем.

— Наконец‑то, — отозвалась станция. —

Я ждала этой формулировки уже несколько циклов.

Интерфейс над столом расслоился на несколько вкладок.

— Первое, — начала Нейро, —

вы почти не пользуетесь расширенным симуляционным модулем.

До сих пор — только для отработки конкретных операций.

Но он позволяет вам проживать альтернативные сценарии без реального входа в линию.

— Насколько «проживать»? — уточнил Дан.

— Сильно зависит от глубины погружения, — ответила станция. — Можно в режиме «наблюдателей», можно — частично погружаясь в роли.

Главное — понимать: это не реальность, это — расчёт.

Но он даёт вам возможность примерить решения, которые в настоящей линии стоили бы слишком дорого.

Аня хмыкнула:

— То есть нечто вроде тренажёра совести?

«Посмотри, как ты себя почувствуешь,

если сделаешь вот так — и всё пойдёт по этому сценарию».

— В грубом приближении — да, — подтвердила Нейро. — Второе:

персональные модули восстановления.

Вы используете базовые настройки —