—Если хочешь, могу включить шторм, — как‑то предложила Нейро, когда он в очередной раз застрял взглядом в ровной ряби.

— С дождём, молниями и грохотом. Без риска промокнуть.

Он тогда отказался.

Шторм без риска — слишком странная вещь.

Но сама возможность попросить «плохую погоду» по запросу оставалась в голове как напоминание: здесь они действительно могут регулировать многое. Не всё — но гораздо больше, чем внизу.

На столе их уже ждали: простые, но вкусные блюда — овсяная каша с фруктами,

поджаренные ломтики хлеба, какой‑то местный аналог омлета из синтезированного белка,

и — да, пусть и «ненастоящий», — горячий напиток, очень похожий на кофе.

Ну и конечно, всяко-разно...колбаска, сыр, масло, или что- то похожее на них, да в нескольких вариантах

—Ладно, — Аня понюхала кружку, прищурилась, сделала глоток. — Сдаюсь.

Это почти как настоящий. Нейро, ставлю тебе плюс.

—Зафиксировано, — удовлетворённо ответила станция. — Буду учитывать эту формулу при дальнейших приготовлениях.

—Осторожнее, — хмыкнул Дан. —

Так недолго дойти до культа станционного кофе. Через пару лет ты уже не сможешь без его одобрения принимать решения.

—Зато буду знать, что хотя бы одно божество в моей жизни стабильно, — парировала Аня. — Оно всегда отвечает, не врёт и умеет варить кофе.

—Не обольщайся, — вмешалась Нейро. —

Я тоже могу ошибаться. Просто мои ошибки обычно дороже.

- Так, а мы реально тормоза, - вдруг рассмеялся Дан и пояснил свою мысль:

- Что нам мешает закупить в Бразилии Кофе, в Индии чай, в Европе деликатесов , на поесть, и мяса , а потом все переработать и хранить?- Спросил он и Нейро тут же отозвалась:

- В принципе ничего, подготовится и сделаем.-

Аня слушала и улыбалась:

- Это он из--за нее...- Поняла она и на сердце стало так тепло..

Дан притянул ее у себе, обнял и продолжил:

- Так, Нейро, сможешь развернуть на станции автоматизированные производства по списку - производство мясных, овощных и фруктово-ягодных консервов ...производство и консервацию колбас и не только, производство сыров, чая, кофе и системы консервации всего?- Прозвучал вопрос и Нейро тут же отозвалась:

- Да технологии есть- охлаждение, глубокая заморозка, консервация, вакуумное хранение и наконец стазис системы; оборудование сделаем, контролёров подготовим из роботов.-

Дан кивнул и распорядился:

- ну значит запускаем подготовку по всем направлениям, как будет готово, закупим продукты и подготовим первую партию. Заодно будет чем торговать..-

А Аня расхохоталась, поцеловала свою Судьбу и прошептала:

- И это я захотела кофе. ., что будет дальше..-

А Дан похоже услышал, принуд не ещё темнее и ответил:

- Это только начало, ты ещё увидишь...-

Аня улыбнулась, а Нейро вдруг произнесла с каком- то облегчением:

- Так, наконец- то ты ожи, вспоминаешь все...-

И тут же добавила со смехом:

- Ну девочка, теперь держись, он не остановится теперь ...и ты , и роботы начнёте жарить блины, варить борщи...-

Аня улыбнулась и почти крикнула:

-А я не против.-

Дан снова рассмеялся и спросил, а шашлычки....?

И Все замолчали в предвкушении...

________________________________________

Дан разглядывал голограмму Земли, висевшую над столом — уменьшенное, но чёткое изображение планеты, с возможностью приблизить нужный регион.

Когда‑то в детстве он видел подобие такого глобуса в музее — только там это была пыльная сфера под стеклом, с пожелтевшими контурами материков и выцветшими названиями морей.

Тогда он долго вертелся вокруг витрины,

пытаясь представить, как это — взять да отплыть туда, куда указывает тонкая синяя линия морского пути.

Теперь он, по сути, делал то же самое, только линия была невидимой и проходила ещё и через время.

—Итак, — начал он, когда они уже немного поели, — повестка дня.

Пункт первый: подведение итогов Мексики.

Пункт второй: выбор следующего направления.

Пункт третий: матчасть и корабли.

—И пункт четвёртый, — добавила Аня. —

Что мы делаем с тем испанским недоученным павлином, если он вдруг всплывёт в нашем будущем.

—Это входит в пункт второй с подпунктом «побочные эффекты», — уточнила Нейро. —

Но можем вынести в отдельный раздел.

—Не надо, — фыркнула она. — Не хочу, чтобы он занимал в нашем планировании больше места, чем заслуживает.

Она откинулась на спинку стула, обводя взглядом столовую. Станция ухитрялась создавать ощущение обжитого места даже там, где по сути всё было сгенерировано пару минут назад:

легкий оттенок тёплого света над столами,

чуть более тёмные «протоптанные» дорожки на полу, даже невидимый глазу уровень шума, имитирующий далёкое шевеление людей.

Если прищуриться и на секунду забыть, где они — можно было представить обычный портовый трактир на берегу: утро, ещё не все проснулись,

пахнет хлебом и горячей похлёбкой, за окном — серое море.

Разница была в том, что здесь

никто не швырял кружки, не орал матом,

не требовал вторую порцию за чужой счёт.

И никому, кроме них двоих, не нужно было спешить, чтобы успеть на прилив.

Дан откинулся на спинку стула, глядя на вращающуюся Землю.

—Мексика, — медленно проговорил он. —

Плюсы: мы опробовали каравеллу в тёплых водах, поняли, как ведут себя местные торговые маршруты, дали по зубам пиратам и засветились перед испанцами. Минусы: один обиженный дон с хорошей памятью и длинными связями.

—И один капитан, который, думаю, если услышит о нас что‑нибудь плохое, пару раз подумает, прежде чем поверить, — добавила Аня.

Она вспомнила сутулую фигуру на палубе,

солёный ветер, бьющий в лицо, и странную смесь страха и уважения в глазах людей,

которые сначала приняли их за обычных авантюристов, а потом увидели, на что способна их «игрушка» в бою.

Такие капитаны запоминают не имена,

а чувство: «эти двое пришли не просто так».

И в каком‑то смысле это было опаснее любого дона.

—Верно, — кивнул Дан. —

Но задерживаться в этой зоне сейчас — бессмысленно. И корона Испании, и её враги ещё дадут о себе знать.А у нас есть роскошь выбора.

Он посмотрел на голограмму, провёл рукой — и изображение приблизилось.

Африка, Аравия, Индия… контуры становились крупнее.

—Ты действительно говорил про Индию? — спросила Аня, с интересом следя за движением.

—Да, — подтвердил он. —

Если уж расширять географию, то не по сантиметрам. Индийский океан, Аравийское море, порты Индостана…

Там и торговля другая, и корабли, и люди.

—И специи, — мечтательно заметила Нейро. — Согласно данным, именно из‑за них в вашем веке половина Европы потеряла голову и полезла по морям.

—Не только из‑за них, — возразил Дан. —

Там ещё ткани, драгоценности, слоны, принцы, шахи, англичане, португальцы, местные князьки…

Там такая мешанина, что наш Ла‑Манш покажется скучным каналом.

Аня задумчиво посмотрела на подлетающий к ним полуостров.

—Я Индии только по книжкам касалась, — призналась. —Фильмы, картинка: дворцы, слоны, яркие ткани…

А по сути — знаю мало.

Нейро?

—Уже подготавливаю обзор, — ответила станция. —

Но сначала — ещё один пункт вашей повестки: корабль.

Дан кивнул.

—Каравелла хороша, — сказал он. —

Ловкая, шустрая, для разведки и точечных ударов — идеальна.

Но если мы собираемся соваться в Индийский океан времён крупных торговых кампаний…

Нам нужен не только клинок, но и щит.

И… склад.

—То есть… больше, — подытожила Аня. —

В разы.

—Каракка, — произнёс Дан, как будто пробуя слово на вкус. — Большая, пузатая, тяжёлая, но с длинным дыханием.

Плавучий дом, склад и крепость в одном флаконе.

— Он усмехнулся. — Ты хотела романтику дальних странствий — вот она, с высокими бортами и гружёными трюмами.

—Каракка… — повторила Аня. —