—Похоже, к нам едет кто‑то важный, — заметила Аня.

—Вполне логично, — сказал Дан. —

Ты только помни: мы — не их подданные.

И не их спасатели «по долгу службы». Мы — их случайное счастье.

Она кивнула.

Шлюпка пристала к борту каравеллы.

Роботы ловко подали трап.

Первым на палубу поднялся мужчина лет пятидесяти, загорелый, с проседью в бороде и умными, прищуренными глазами. На нём была аккуратная, но не вычурная одежда — капитанская куртка, поношенная, но чистая.

За ним — молодой, очень хорошо одетый парень: кружево на манжетах, шляпа с пером, пышный плащ, которому здесь было явно жарко.

—Капитан Диего Моралес, — представился первый, приложив руку к груди. — Командир судна «Сантьяго де ла Фе». —

Он склонил голову. —И дон Алонсо де Вильяреаль, владелец судна и груза.

Молодой человек чуть наклонил голову — так, чтобы не испортить линию пера.

—А вы, сеньоры? — спросил капитан, глядя на Дана и Аню с профессиональным любопытством.

—Капитан Карлос де… — Дан на мгновение замялся, подбирая подходящее имя, — де Вэйр, — выдал, — и моя… компаньонка, Анна.

Судно — каравелла «Сombra del Mar».

Аня чуть приподняла подбородок, принимая на себя взгляды.

Глаза капитана были уважительными;

глаза молодого дона — слишком внимательно‑оценочными.

—Сеньор де Вэйр, — капитан отдал небольшой поклон. — Мы обязаны вам жизнью.

Пираты были готовы взойти к нам на борт.

Ваш огонь… пришёл вовремя.

—Ваше судно — под короной Испании, — ровно ответил Дан. — Если бы его взяли французы, последствия были бы далеки от этого берега. Я вмешался не только из милосердия.

—Тем не менее, — вмешался дон Алонсо, улыбаясь белозубо, — вы проявили отвагу, сеньор капитан.

И… — он скользнул взглядом по Ане, — ваша дама тоже.

От этого «дама» Ане захотелось показать ему, как она держит шпагу. Но она только вежливо кивнула.

—Позвольте, — продолжал капитан, — пригласить вас на наш борт. Сеньор дон Алонсо желает выразить благодарность лично.

У нас есть стол, вино, свежий хлеб…

— Он на секунду улыбнулся. — И тень, что в этот час ценится выше золота.

—Мы с благодарностью примем приглашение, — кивнул Дан. — Оставим здесь своих… людей.

Роботы, стоявшие неподалёку, выглядели достаточно «людьми» издалека, чтобы не вызывать лишних вопросов.

Переход на испанское судно был коротким, но показал разницу.

Если их каравелла была сдержанна, функциональна и подтянута, то «Сантьяго де ла Фе» дышал тяжёлым уютом денег.

Палуба — широкая, чистая, скрипела мягко.

Орудий — не так много, но видны были приличные калибры — добротная оборона.

Такелаж — ухоженный, паруса — без прорех.

Внутри — совсем другой мир.

Их провели в кормовую каюту.

Там было просторно — как в добротной гостиной.

Стены отделаны полированным деревом,

на стенах — карты, иконы, пара гобеленов с охотничьими сценами. На полу — ковёр, что для моря было роскошью. Вдоль стен — резные лавки, на столе — тяжёлые подсвечники.

Стол был накрыт.

Белая скатерть, глиняные, но искусно расписанные блюда, кувшины с вином и водой,

хлеб — свежий, с хрустящей коркой, солонина, сыр, маринованные овощи, фрукты — дольки апельсинов и лаймов, как маленькие солнца.

Окна в корме давали мягкий свет и вид на море — уже спокойное.

—Прошу, — капитан сделал жест. —

Садитесь, сеньоры. Вы наши гости.

Дан сел так, чтобы видеть дверь и окно одновременно. Аня — справа от него. Капитан занял место напротив, а дон Алонсо — по диагонали от Ани, слишком близко, чтобы это было случайностью.

—За ваше здоровье, — поднял кубок капитан. — И за то, что сегодня Бог послал нам ваш корабль.

Они чокнулись.

Вино было тёплым, пряным, с тяжёлым послевкусием. Аня отпила немного, больше из вежливости — слишком много за один день она уже видела крови, чтобы пьянеть.

—Вы — испанец, сеньор де Вэйр? — поинтересовался дон Алонсо, глядя на Дана поверх кубка.

—Скажем так, — ответил тот. —

Моё судно под испанским флагом, этого достаточно. В этих водах флаг зачастую важнее происхождения.

—Мудро, — усмехнулся молодой аристократ. — Вы не похожи на простого капитана. Ваш корабль…— он чуть наклонился вперёд, — слишком хорошо управляется и слишком хорошо стреляет для обычной каравеллы.

—Я дорожу своей жизнью, дон Алонсо, — спокойно сказал Дан. — А значит — тем, на чём плыву.

Взгляд дона скользнул на Аню.

—И тем, с кем? — спросил он с намёком. —

Сеньорита Анна, вы необычны для этих мест.

Долго ли вы уже в этих водах?

—Достаточно, чтобы знать, что эти воды любят тех, кто не задаёт лишних вопросов, — ответила она, держа его взгляд.

Капитан чуть заметно улыбнулся краешком губ — ему явно нравилась её прямота.

—Вы храбры, сеньорита, — продолжал дон Алонсо, не сдаваясь. — Не каждая женщина встанет на борт корабля, идущего в бой.

Позвольте спросить: вы — его жена? Сестра?

— он чуть приподнял брови, — или… нечто более интересное?

—Я — та, кому он доверяет спину, — сказала Аня. — Иногда — больше, чем ваш капитан доверяет вам.

Капитан Моралес кашлянул, будто подавился вином, скрывая усмешку.

Дан поймал её ладонь под столом, легко сжал — не столько удерживая, сколько поддерживая.

Дон Алонсо чуть посерьёзнел.

—Вы дерзки, — сказал он. —

Но дерзость часто хорошо смотрится в правильном месте. Позвольте быть откровенным, сеньор де Вэйр?

—В пределах приличия, — кивнул Дан.

—У меня есть предложение, — дон продолжил, словно этого ограничения не заметил. — Вы — хороший капитан.

Ваша каравелла — интересна. Вы спасли моё судно. Я могу щедро заплатить вам золотом… — он на секунду выдержал паузу, — или… иной ценностью.

Его взгляд скользнул по Ане так, что воздух в каюте стал на градус тяжелее.

—Моему роду нужны люди отважные, — продолжал он. — Я могу предложить сеньорите Анне место в моём доме, в Испании.

Образование, положение, защиту…

Жизнь, достойную её огня. Не как… — он сделал пренебрежительный жест куда‑то в сторону борта, — спутницы капитана фортуны, который завтра может погибнуть в очередной стычке.

Аня почувствовала, как пальцы Дана в её ладони чуть напряглись. Но он молчал, давая ей право первой ответить.

—Вы предлагаете мне… клетку? — тихо спросила она.

—Я предлагаю вам статус, — мягко поправил дон. — Вы молода, красивы, смелы.

Таких, как вы, мало даже при дворе.

С вашим характером вы можете однажды стать леди, перед которой будут склоняться многие.

—А сейчас, — внезапно жёстко сказала она, — вы предлагаете мне повернуться спиной к тому, кто вытащил меня из ада. К тому, с кем я стояла на палубе под пушками. К тому, с кем я… — она на секунду запнулась, — делю море.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

—Вы привыкли покупать всё, что вам нравится, дон Алонсо? — спросила.

Он чуть скривился.

—Я привык брать то, на что у меня хватает воли, — ответил. — И я вижу, что вы просто ещё не поняли, что мир… изменился. И что с этим капитаном вы рано или поздно погибнете.

А со мной — будете жить.

—Интересно, — спокойно сказал Дан, наконец вмешиваясь. — Я думал, благодарность выражается иначе.

—Я благодарен, — повернулся к нему дон. — Искренне. И именно поэтому предлагаю вам деньги, а ей — жизнь. Каждому — своё.

—Похоже, — медленно произнёс Дан, — вы не до конца понимаете, с кем разговариваете.

Воздух в каюте стал плотнее.

Капитан Моралес, до этого пытавшийся примирять, поднял ладонь:

—Сеньоры, прошу, давайте не…

Дон Алонсо перебил его:

—Сеньор де Вэйр, — его тон стал холоднее, — вы — капитан наёмного судна. Она — женщина на вашей палубе. Ваше положение шатко, как и любое положение таких людей.

Я — дон Испании. Это мой корабль, мои люди, мой груз. И, если я захочу, — он чуть прищурился, — моя гостья.