Мы проезжали мимо невысоких зданий в стиле ар-деко, мимо пальмовых аллей, залитых солнцем. Я видел огромные рекламные щиты «Кока-Колы» с улыбающимися девушками, моряков, что шли по улицам группами.. Всё это казалось декорациями к масштабному фильму, но запахи разогретого асфальта, дешевого бензина и жареного бекона из придорожных кафе были абсолютно реальными. На всякий случай я еще раз тайком ущипнул себя.

— Почти приехали, — сказал Кэссиди, сворачивая в тихий район с двухэтажными домами, утопающими в зелени магнолий. — Это Сильвер-Лейк. Тут живут приличные люди, Кит. Никаких шумных вечеринок, понял?

Мы остановились у трехэтажного кирпичного дома с коваными решетками на окнах первого этажа. Здание выглядело добротным, хотя и немного обветшалым, выгрузили вещи на тротуар. К нам вышла невысокая пожилая женщина в строгом сером платье с белым кружевным воротником. У нее были аккуратно уложенные седые волосы и внимательные карие глаза, которые мгновенно оценили и меня, и мой багаж.

— Миссис Сильверстоун, — тренер приподнял бейсболку. — Это Кит Миллер. Хороший парень, спортсмен. У него временные трудности с университетом, но я за него ручаюсь. Есть свободные квартиры?

— Добрый день, Кэссиди — женщина внимательно меня еще раз осмотрела — Есть квартира на втором этаже и мансарда. Она подешевле будет. Возьму пятьдесят долларов в месяц плюс залог. Это если парень пообещает помогать по хозяйству - таскать мебель, носить продукты… Так она восемьдесят стоит.

Голос женщины был певучим, с легким южным акцентом.

— Он обещает! — тут же поручился за меня тренер, подмигивая

Женщина повела нас внутрь. В холле пахло воском для паркета и сушеной лавандой. Лестница была крутой и узкой. Миссис Сильверстоун показала мне большую угловую комнату за сто пятьдесят. Потом мансарду. В ней стояла узкая кровать, комод, небольшой стол и стул. Шкафа не было, были крючки на стене.

— Общая ванная на каждом этаже. Курить в комнате запрещено, завтрак включен в стоимость, если спуститесь в столовую до восьми утра.

Я посмотрел на простую обстановку, на железную кровать с лоскутным одеялом. Двести долларов в кармане теперь казались целым состоянием.

— Я беру мансарду, — сказал я, доставая стольник тренера и автомобильные права. Управляющая переписала мои данные, протянула мне тяжелый железный ключ. Тренер Кэссиди хлопнул меня по плечу.

— Обустраивайся, Кит. Послезавтра в шесть вечера жду тебя на тренировочном поле. Твой ящик с формой в раздевалке останется за тобой.

Ну тут тренера ждет большое разочарование. Квотербек из меня, как из говна пуля. Американский футбол я видел только по ящику.

— Не кисни! — неправильно расшифровал мое выражение лица Кэссиди — Мы что-нибудь придумаем. Обещаю!

Они ушли, и я остался один в своей новой “крепости”. Положил чемодан на кровать, подошел к окну и посмотрел на улицу, где солнце медленно вверх, окрашивая небо Лос-Анджелеса в невероятные розовые и оранжевые тона. Я достал рулон календаря, развернул его и прикрепил кнопкой к стене над столом. Моя Мэрилин снова была со мной. И в этот торжественный момент желудок тревожно заурчал, напоминая, что война войной, а обед должен быть по расписанию. Особенно если и завтрака не случилось. Что же… Пора найти местечко, где можно перекусить.

Я похлопал Мерлин по попке, запер дверь и потопал на улицу.

Глава 4

Район, куда меня занесла судьба и тренер Кэссиди, оказался на удивление тихим и уютным, совершенно не похожим на те шумные бульвары, по которым мы ехали. Здесь не было пальм, но и магнолии создавали плотную тень над двухэтажными зданиями из светлого кирпича. Каждый дом был похож на своего соседа — аккуратные палисадники с подстриженными кустами гортензии, деревянные лестницы, ведущие к входным дверям, и обязательный почтовый ящик, похожий на маленький домик для птиц. Пастораль! А ведь через 50 лет, город Ангелов будет набит проститутками, наркоманами, бомжами…

Я вышел на улицу, пытаясь запомнить маршрут. Тротуары были изрезаны трещинами, сквозь которые пробивалась трава, пахло скошенной зеленью и чем-то острым, жареным, что дразнило мой пустой желудок. Проезжали старенькие “Форды” и “Шевроле”, их двигатели работали на низких оборотах, словно не желая нарушать утренний покой. Женщины в простых платьях выходили на крыльцо, чтобы забрать утренние газеты, мужчины в расстегнутых до пупа рубашках поливали газоны. Всё это было настолько обыденно, настолько неспешно, что казалось картинкой из довоенного фильма, снятого на черно-белую пленку. Единственное, что нарушало эту идиллию, так это моя собственная реальность, которая до сих пор не давала мне покоя.

Впрочем, я сосредоточился на мелких задачах. Надо было что-то делать с питанием - желудок даже не ныл, а выл, требуя еды, словно забытая собака, которую оставили надолго без хозяйской заботы. Я шел, принюхиваясь, пытаясь уловить тот запах, который манил меня из глубины района. И вот, наконец, на пересечении Банкрофт-авеню и Тэвиот-стрит, я увидел спасительный огонек.

Придорожное кафе «The Daily Grind» выглядело донельзя просто. Фасад из красного кирпича, вывеска с неоновой надписью, пара столиков под навесом снаружи. Изнутри доносился шум — звон посуды, гул голосов, смех и кантри из музыкального аппарата. Я распахнул тяжелую деревянную дверь и окунулся в этот шумный, пахнущий едой мир.

Все столики были заняты. Работяги в потертых комбинезонах, пузатые дальнобойщики в клетчатых рубашках, женщины с аккуратными прическами, пришедшие, видимо, на обед из расположенных неподалеку офисов. Было шумно, жарко, я тут же взмок от пота. На улице хотя бы тебя обдувает воздух… А здесь ты попадаешь сразу в “объятия” жаренного лука.

За стойкой бариста ловко управлялся с громоздким аппаратом, а по залу, словно шустрые ласточки, сновали молоденькие официантки в белых накрахмаленных фартуках и одинаковых платьях цвета морской волны. Их движения были отточены, каждое — на вес золота, чтобы не уронить, не задеть, не задержаться ни на секунду дольше, чем нужно.

Мне повезло. Возле окна освободился столик и я сразу туда плюхнулся. Цветное меню стояло в специальном держателе я быстро его изучил. Два вида бизнес-ланчей, по полтора доллара каждый. И много разных напитков - от колы и кофе, до разного спиртного. Несколько видов пива.

Пока я изучал меню, ко мне подошла официантка. Молодая, лет девятнадцати или двадцати, с точеными чертами лица и озорными зелеными глазами, которые, казалось, видели всё насквозь. На щеках у нее были милые ямочки, а темно-каштановые волосы, почти чёрные, были высоко заколоты в тугой хвост, который забавно покачивался при каждом её движении. Ярко-бирюзовое форменное платье с белым кружевным воротничком и таким же фартуком — обтягивала её отличную фигуру, выгодно подчеркивая тонкую талию и округлые бёдра, которым позавидовала бы любая модель. Мой взгляд невольно скользнул вниз. Ноги у неё были длинные, стройные, мне стало сразу интересно, какова она на каблуках?

— Привет! — произнесла девушка, чуть наклонив голову, как бы вместе со мной рассматривая меню. — Что-нибудь выбрал?

— После чего тут чаще всего выживают? — пошутил я

— Ой, а я тебя знаю! — официантка улыбнулась — Ты университетский бэкап!

Тут мой английский дал сбой. Бэкап это же резервное копирование?

— Троянец, да?

Ситуация становилась все запутаннее, на всякий случай я кивнул.

— Я видела тебя на стадионе во время последнего матча. Ты выходил на замену. Вот только имя забыла…

Ага, Троянцы - это название университетской команды по американскому футболу. Такой шеврон был на куртке тренера. Помню. А бэкап это наверное, запасной квотербек.

— Кит Миллер

— Точно! Ты классный пас отдал в последней четверти.

Я почувствовал, как по моему лицу расплывается улыбка. Пас отдал прежний Кит, а радостно мне.

— Ладно, мне работать надо — девушка заметила, как ее подзывают из-за соседнего столика — Бери мясной рулет с картофельным пюре и подливкой, плюс салат из капусты. Ну и, конечно, домашний пирог с яблоками на десерт.