Алекс пробился к алтарю за десять секунд.

— Дара! — Он рванул её с камня, прижал к себе. — Дара?!

— Жива. Вера...

— Я вижу.

Он освободил мать, перерезав путы. Вера застонала, приходя в себя.

— Алекс..

— Тихо, мама. — Алекс прижал её к себе другой рукой. — Мы здесь. Мы вытащим тебя.

Красноглазый взревел, видя, как рушится его ритуал. Он выхватил нож и бросился на Алекса.

Дара среагировала быстрее.

Золото ударило из её рук, сбивая сектанта с ног. Он покатился по полу, зашипел, пытаясь подняться.

— Не двигайся, — приказала Дара, нависая над ним. — Или следующая вспышка будет в сердце.

Красноглазый замер.

Бой стихал. Сектанты, видя, что глава повержен, бросали оружие, поднимали руки. Северяне не убивали — только брали в плен.

— Всё кончено, — выдохнул Алекс, оглядывая зал.

— Нет. — Вера села, держась за голову. — Это только начало. Красноглазый — не главный. Главный — тот, кто послал его. И он всё ещё там.

— Где?

— В Совете. — Вера посмотрела на Дару. — Тот, кто убил твоих родителей, был только пешкой. Настоящий охотник — его отец. Велемудр.

Дара замерла.

— Что?

— Велемудр — глава секты. Он создал её много лет назад, чтобы воскресить свою жену. Она была Лунной крови и умерла, родив ему сына. Он не смирился. Он искал способ вернуть её всё это время. Твоя сила — последний ингредиент.

— Но он помог нам...

— Помог, чтобы ты ему поверила. — Вера покачала головой. — Думаешь, случайно его сын оказался там с посохом? Думаешь, случайно ты убила его? Это была проверка. Он хотел увидеть, насколько ты сильна. И теперь он знает — ты готова.

Дара смотрела на Веру и не верила. Тот старик с добрыми глазами, что плакал над телом сына, — монстр? Глава секты?

— Откуда ты знаешь? — спросил Алекс.

— Я была в плену три дня. — Вера усмехнулась. — Они много говорили. Думали, я всё равно умру. А я слушала. И запоминала. Велемудр ждёт вас в Совете. Ждёт, чтобы закончить ритуал.

Алекс молчал. Дара чувствовала, как в нём закипает ярость.

— Я вернусь, — сказал он наконец. — И закончу это.

— Да, ты. — Вера поднялась, шатаясь. — Ты. Один. Если вы придёте вдвоём, он убьёт Дару сразу. Он знает, что она — твоя слабость.

— Она — моя сила.

— Для тебя. Для него — слабость. — Вера положила руку ему на плечо. — Сынок, все верно, ты должен идти один. А Дара останется здесь, под защитой клана.

— Нет, — выдохнула Дара.

— Да. — Вера посмотрела на неё. — Ты сильная, девочка. Но этот бой — не твой. Этот бой — за тебя. Пусть Алекс сделает то, что должен.

Дара смотрела на мужа. Видела, как борются в нём любовь и долг.

— Иди, — сказала она тихо. — Я буду ждать. И наши будут ждать. Все, кого они пощадили.

Алекс прижал её к себе так сильно, что хрустнули кости.

— Вернусь, — прошептал он. — Обещаю.

И ушёл в темноту.

Дара осталась у алтаря, сжимая в руках медальон матери.

Вера стояла рядом, молчаливая, твёрдая, как скала. Вокруг северяне собирали пленных, перевязывали раненых — своих и чужих.

— Выдержишь? — спросила Вера.

— Выдержу. У нас вся стая жива. Выдержим.

— Умница. — Вера кивнула. — Тогда ждём.

Они ждали.

А за стенами Храма начиналась последняя битва.

Алекс шёл один.

Горы встречали его воем ветра и тяжёлым, давящим молчанием. Храм Забвения остался за спиной, там, где Дара и Вера ждали его возвращения. Впереди — цитадель Совета. И Велемудр.

Три дня пути он преодолел за полтора. Почти не останавливался, почти не спал. Зверь внутри рвался наружу, но Алекс держал его под контролем. Ярость — плохой советчик. Вера учила его этому с детства.

Цитадель возникла на горизонте на рассвете.

Серые стены, серые башни, серое небо над ними. Место, где вершилась судьба кланов. И где сейчас ждал главный враг.

Но что-то было не так.

— Чуешь? — прошептал внутренний голос.

Алекс принюхался. Воздух пах... пустотой. Ни одного живого запаха. Ни стражи, ни слуг, ни старейшин.

Ворота были распахнуты.

—

Внутри его ждала тишина.

Мёртвая, звенящая тишина. Алекс шёл по коридорам, считая повороты. Левый, правый, прямо. Ни души. Только эхо собственных шагов.

Тронный зал встретил его полумраком.

В центре, на возвышении, стоял трон. На троне сидел Велемудр. Но не в одеянии главы секты — в серой мантии старейшины, с лицом, похожим на восковую маску.

— Ты пришёл, — сказал он, не поднимая глаз. — Я знал, что придёшь.

— Где моя мать? Где Дара?

— Живы. — Велемудр поднял голову. В его глазах плескалась пустота. — Но скоро умрут.

Алекс шагнул вперёд.

— Что ты сделал?

— Я? — Старик усмехнулся. — Ничего. Это сделал ты.

— О чём ты говоришь?

— О том, что ты привёл их сюда. О том, что твоя любовь — их смерть.

Из тени за троном вышли люди. Не старейшины — воины в чёрных доспехах, с красными глазами. Алекс узнал их — Тёмная стража, личная гвардия Велемудра, которую считали уничтоженной сотни лет назад.

— Я хотел просто умереть, — продолжал Велемудр. — Думал, что если ты убьёшь меня, всё закончится. Но потом понял — нет. Слишком поздно. Тьма во мне сильнее меня.

— Что ты сделал с Советом?

— С ними? — Велемудр махнул рукой. — Они спят. Или мертвы. Какая разница? Важна только она. Дара. Лунная кровь.

— Ты не получишь её.

— Уже получил. — Велемудр улыбнулся. — Пока ты шёл сюда, мои люди окружили Храм. Вера мертва. Дара — в цепях. Её везут сюда.

Алекс зарычал, бросаясь вперёд.

Чёрные воины встретили его стеной.

—

Бой был страшным.

Алекс дрался как зверь — потому что зверем и был. Рвал, крушил, убивал. Тёмная стража падала под его ударами, но на место каждой вставало двое.

— Тщетно, — голос Велемудра доносился сквозь грохот битвы. — Ты силён, северный. Но их сотни. А ты один.

— Он не один.

Голос Дары раздался от входа.

Алекс обернулся и замер.

Дара стояла в дверях. Свободная, без цепей. Рядом с ней — Вера, живая и невредимая. А за ними — сотни северян. Мирон, следопыты, бойцы, даже волчицы. Все, кто мог держать оружие.

— Дара? — выдохнул Алекс.

— Ты думал, я буду сидеть и ждать? — Она улыбнулась. — Мы пришли за тобой.

— Но как вы узнали...

— Мы не узнавали. — Вера шагнула вперёд. — Мы просто решили, что одним тебе не справиться. И пошли.

Велемудр смотрел на них, и в его глазах впервые мелькнул страх.

— Это невозможно... мои люди окружили Храм...

— Твои люди спят, — ответила Дара. — Я Лунная кровь. Я умею не только лечить.

— Ты... усыпила их?

— На время. Этого хватило, чтобы выйти.

Алекс рассмеялся. Прямо там, посреди боя.

— Моя жена, — выдохнул он.

— Твоя. — Дара кивнула. — А теперь давай закончим это. Вместе.

—

Бой закипел с новой силой.

Северяне дрались отчаянно — за своего альфу, за свою госпожу, за свою землю. Тёмная стража таяла на глазах. Алекс пробивался к трону, сметая всё на пути.

Дара шла за ним, прикрывая спину. Золото лилось из её рук, исцеляя раненых, ослепляя врагов, ломая их защиту.

Велемудр пятился. Впервые за тысячу лет он отступал.

— Не подходите, — шипел он. — Я уничтожу всё! Я призову тьму!

— Призывай. — Алекс настиг его у трона. — Посмотрим, кто сильнее.

Велемудр выбросил вперёд руки. Тьма хлынула из него — густая, липкая, живая. Она заполняла зал, гасила свет, душила.

Дара шагнула вперёд, встала рядом с Алексом.

— Вместе? — спросила она.

— Вместе.

Золото и тьма столкнулись.

Зал содрогнулся. Стены пошли трещинами. Северяне попадали на пол, закрывая головы. Свечи погасли.

А потом наступила тишина.

Дара открыла глаза. Тьма исчезла. Велемудр лежал у трона, без сознания, но живой. А над ними, в проломленном потолке, сияло солнце.